Подонок
Шрифт:
— Не трогай её! — заорал я, бросаясь к нему.
Отец оттолкнул меня.
— Твоя алкашка мать опять нажралась, а ещё со своим фитнес тренером трахалась в машине! Проститутка! Посмотри на неё!
Я бросил взгляд на маму. Ночное неглиже едва прикрывало её чулки на подтяжках.
— Явно ни для меня так твоя мама вырядилась! — с презрением сплюнул он и вышел из комнаты.
Я, подойдя к маме, накрыл её и помог дойти до кровати.
— Сыночек, он меня ненавидит! У него у самого молодая любовница!
Я положил маму на кровать, всего тряслось.
— Мама ложись
Произнёс это, а у самого слова в горле застревали, уже был что-то не уверен.
— Сыночек, я ведь его так любила, я ведь его первую бабу ради него убила, человека наняла!
Я зажал руками уши.
— Мама прошу!
Вышел из комнаты, и, дойдя, до, своей, рухнул на кровать, трясло всего, как в куматозе, я не хотел, об этом, не слышать, ни знать, моя семья и всё, что было у меня, рушилось на глазах.
Глава 6
АЛЁНА
Молчаливая молодая горничная, проводила меня до кабинета генерала, неодобрительно покосившись на мои старые джинсы и толстовку. Не так надо было выглядеть на приёме у таких высокопоставленных людей, но у меня не было хороших вещей, ни здесь, ни дома. Усевшись в кресло, я покосилась на дверь, в кабинет первым вошёл вчерашний парень со стволом. Он, дойдя до стола, нагло уселся на него и с усмешкой посмотрел мне в глаза.
— Ну здравствуй, Элина!
От него сильно несло алкоголем, а ещё после этих слов стало неуютно, кто такая Элина и жива ли она вообще…
— Что молчишь, как рыба? Ты же моя будущая жена!
Я вздрогнула. Почему-то, я так и предполагала что этот парень, сын генерала, но не думала об этом, после пережитого всего, провалившись в сон. Конечно, он был красив, и атлетическое телосложение, и огромные карие глаза, чёрные смоляные кудри, рост, но что-то отталкивало от него, скорее всего его наглое поведение и презрительный взгляд хозяина жизни.
— О чём разговаривать? — сухо спросила я, стараясь не дышать.
Он небрежно смахнул бумаги отца со стола.
— О, нас с тобой! Придумала, в какой позе, я тебя трахать буду в нашу первую брачную ночь?
От его слов всё сдавило в грудной клетке. Стало до жути страшно, об этом, я не думала когда соглашалась. Смешно, но дожив до двадцати лет, и пройдя такую тяжёлую школу жизни, как детский дом, я осталась девственницей. Посоветоваться было не с кем, подруг не завела, а вечно пьяной матери было неинтересно. Со Светланой Васильевной, я не могла поговорить о таком. Это оставалось со мной. Только сейчас смотря на своего будущего мужа, я понимала, завтра ночью всё переменится.
— Раком! — нагло ответила я и отвернулась к окну.
Главное не показывать ему свои чувства, как мне сейчас страшно и плохо, главное чтобы генерал сдержал, своё слово, и с моей девочкой и семьёй всё было хорошо.
— А я думал, отсосёшь! Может, щас начнём если раком?
Прежде чем, я успела опомниться, он резко соскочил со стола и, подхватив меня за руки, толкнул на него. Я с силой отпихнула его. Детство, прошедшее в детском доме, дало о себе знать, в обиду маленькая Алёна себя не давала, и сейчас легко могла дать отпор. Джабраилов младший походу не ожидавший от меня такого, отлетел на пол. Его
красивое лицо, исказила гримаса ярости.— Ты что, сука охренела?
Он ловко вскочил с пола и, не дав мне опомниться, сорвал меня со стола, заломил меня руки, поставив в унизительную позу.
— Ну что, сучка, поиграем?
Через секунду, я почувствовала, как под кофту залезла его горячая ладонь. Ещё миг и пальцы Вахида, коснулись груди, зажав сосок. Странная дикая дрожь прошла по моему телу, я никогда не испытывала ничего подобного. Дикое ощущение вперемешку с каким-то непонятным отвращением руководило мной.
— А ну отпусти! — дико прорычала я, пытаясь оттолкнуть его.
Вахид рассмеялся в голос и свободной рукой, прижимая меня своим весом к столу, скользнул мне в джинсы, забираясь за кромку трусиков. Когда его пальцы рванули внутрь, с неистовой яростью исследуя самое сокровенное что у меня было, я ощутила, как мои щёки начинают пылать, как дикий румянец заливает их.
— Отпусти!
— Уже не так уверенно, сучка моя!
Вахид грубо закусил моё ухо, сжимая зубами мочку. Я дёрнулась. Твою мать, что за чувство…
— Не трогай меня!
— Что здесь происходит? Вахид, как, ты мне всё это объяснишь? Не терпится начать семейную жизнь?
Вахид отошёл от меня, а я, поправляя джинсы, старалась не смотреть на лицо генерала. Он подошёл к столу и стараясь не смотреть мне, швырнул бумаги.
— Подписывайте!
— Что это?
— Ваши документы, что, вы единственный опекун Кристины! Читайте и подписывайте! Потом поедете за платьем! Завтра свадьба!
Он жестом показал на бумаги, а я, не веря собственному счастью, бегло прочитав, всё подписала.
— Кристину привезут через час! Можете созвониться со своими родными, они в клинике! Позвоните от меня вечером! А теперь покиньте мой кабинет! Вам также привезут приличные вещи и косметику, а то без слёз на вас не взглянешь!
Я, молча, вышла из кабинета, прижимая договор к себе. Сердце бешено стучало. Лишь у себя в комнате, усевшись на мягкую пушистую кровать, дала волю слезам. Мне было наплевать, что происходит, главное чтобы моя девочка была со мной. Увидеть её большие сияющие глазки, радостную улыбку на лице и знать, она рядом, она со мной. Её голос…. Я не знала зачем, я понадобилась этим людям, но молила Бога об одном, защитить нас с Кристиной. То, что эта сказка рано или поздно закончится, я знала, а ещё здесь была обратная сторона медали. Мой будущий муж. Непроизвольно положила руку на грудь через кофту. Никогда доселе, я не испытывала таких чувств и не знала, что так можно. В дверь постучали.
— Войдите!
В комнату вошёл он, сверкая своими наглыми глазами.
— Соскучилась?
Засунув небрежно руки в карманы, изучал меня гипнотизирующим продолжительным взглядом.
— Если скажу, да, то совру! — бойко отбила удар я.
Вахид рассмеялся.
— Я не знаю, что, ты там себе придумала, но мадам Джабраиловой себя не возомни! Как всё уляжется, разведёмся! Вылетишь с голым задом, какой и пришла!
Я молчала, не спорить, ни ругаться с ним не хотелось. Главное что сестра будет со мной, а всё остальное неважно.