Подруга Мародеров

Джейн закрыла глаза. Если с утра у нее было отличное настроение, то теперь оно ухудшалось прямо на глазах. Сначала Эдгар со своим праведным гневом, теперь Римус с волнением, вылившимся в тихое осуждение. И почему сегодня Джейн раз за разом разочаровывает тех, кого любит?

– Я запуталась, - устало вздохнула девушка. И Римус вдруг обнял ее.

– Эй, Джейн, все наладится, - прошептал он ей на ухо. И больше всего на свете сейчас Джейн хотелось в это верить.

Уроки прошли незаметно. Сириус, сидевший с Джейн, словно заметил ее скомканные чувства и все занятия не переставал ее смешить и развлекать. Правда в итоге это вылилось в то, что он отвлекся на Джеймса на трансфигурации, и оба они схлопотали наказание. Но, несмотря на это к обеду настроение Картер почти вернулось на утренний уровень позитива. Она уже даже поверила, что этот день можно спасти.

– Так, а что это было вчера? – внезапно обратилась к Картер за обедом Лили.

– Ты о чем? – не поняла Джейн. Эванс сузила глаза и разъяснила:

– Вчера, во время игры. Вряд ли это был такой ход, что ты зависала в воздухе минут десять без дела. Хоть я и не очень понимаю все тонкости…

– Вот именно, - чрезмерно резко перебила подругу Джейн. Но выслушивать претензии от Эванс она не собиралась. Тем более, после Эдгара и Римуса. Нервы ее и так сегодня были потрепаны, а настроение тотчас устремилось обратно к отрицательному значению. Кажется, ее досада только искала повод, чтобы вырваться и зацепилась за первую возможность. – Ты ничего не понимаешь.

– Но… – Лили растерянно моргнула, удивленная таким тоном и за помощью взглянула на Джеймса. Но тот, нахмурив брови, смотрел на Картер.

– Извини, - пожала плечами Лили, не желая ссориться, - просто мне показалось…

– Показалось – ключевое слово, - фыркнула Джейн, не сдерживаясь. Она не хотела быть грубой, и заведи этот разговор с ней Эванс в другое время, отвечала бы нормально. Но на сегодня ей осуждения за вчерашнюю игру уже хватило. – В следующий раз, когда кажется, держи это при себе.

– Ладно, - Лили сжала губы. – Незачем быть такой злой. Даже если у тебя нет настроения, это не дает тебе право так себя вести.

– В самом деле? – вскинула брови Джейн. – Может, не будешь рассуждать о моих правах. И моей игре. И вообще обо мне!

Последние слова получились громче. Джейн сама не поняла, чего так разозлилась. Наверное, в ней накипело. Срываться на Римусе и Эдгаре она не могла, но вот Эванс для этой роли подходила идеально. И пусть Джейн не признавала этого прежде, но с того самого дня, как она увидела целующихся Поттера и Лили, ей хотелось наорать на рыжую старосту и высказать ей все.

– Эй, Джейн, - попытался встрять Сириус, но его перебила Лили.

– Если у тебя ко мне какие-то претензии, скажи сейчас.

– Ну что ты! Ведь ты же святая Эванс, - не сдержала язвительности Джейн. Да и не пыталась. Её окончательно занесло. – Просто идеал всех идеалов.

– Картер! – злой голос Джеймса заставил Джейн заткнуться. Тяжело дыша, она повернула голову, и взгляд ее встретился с взглядом Поттера. И в его глазах она видела тот огонь, что всегда появлялся там, когда они ссорились друг с другом прежде.

– Тормози уже! – рыкнул он. – Лили просто спросила, что с тобой случилось, потому что волновалась как и все мы. Потому что это не было частью плана, и ты это знаешь.

– Да, черт! Да! – Джейн не видела никого и ничего, кроме лица Джеймса. – Это не было планом. И я парила на одном месте лишь потому, что не могла играть. Не могла! А теперь отвалите от меня и ты, и твоя расчудесная Эванс!

Джейн схватила сумку и, перешагнув через скамейку бросилась прочь, пока Джеймс не сказал ей что-то в ответ. Она злилась на него, на Лили и на себя. Ей стоило бы сдерживаться. И сейчас, чувствуя на себе взгляды притихших Сириуса, Питера и Римуса, ей стало стыдно. Но еще хуже стало, когда она увидела, как из-за стола Когтеврана смотрит в ее сторону Эдгар. Сомнений в том, что он слышал все, не было. Но сейчас, именно сейчас, ей было плевать, потому что она была слишком зла. Но позже, когда это пройдет, Джейн знала, что пожалеет.

– Картер!

Вот черт. Сохатый все-таки не успокоился, хоть Джейн и надеялась, что ее побег решит эту проблему.

– Чего?! – обернулась она, останавливаясь. Джеймс застыл напротив, непозволительно близко.

– Что это было?

– Скажи своей девушке, чтобы не лезла ко мне, и всё, - отмахнулась Джейн. Губы Джеймса дернулись.

– Почему ты не могла играть? – спросил он, и злость Джейн растаяла столь же мгновенно, как до этого возникла. Потому что она ожидала чего угодно, но не этого вопроса.

– Что? – тупо выдохнула она, хотя прекрасно расслышала вопрос. Но это «что», нужно было ей, чтобы потянуть время до своего ответа.

– Хватит, - склонил голову вбок Джеймс. – Та Джейн, которую я знаю, не стала бы грубить Лили без веской причины. А потом ты заявляешь, что не могла играть. Отсюда вывод, у тебя что-то случилось. Я хочу знать.

– Вывод неверный, - Джейн скрестила руки на груди. – И я уже не та Джейн.

– Мне все равно. Пусть тогда эта Джейн скажет мне правду хотя бы раз за последние полгода.

Джейн открыла рот, чтобы сказать что-нибудь колкое, но взгляд ее с лица Джеймса совершенно случайно скользнул в сторону и тотчас наткнулся на бирюзовые глаза Боунса. Эдгар наблюдал за Поттером и Картер и вне сомнений, все слышал. Запал девушки тотчас исчез.

– Скажи Лили, что мне жаль, - тихо и внезапно устало произнесла она. – Я не хотела на ней срываться. Просто мне неприятно вспоминать об игре, потому что я свалилась с метлы. А я ведь ненавижу слабость, ты знаешь.

Джейн с сожалением взглянула на парня и уже тихо пошла прочь, когда Джеймс выпалил ей в спину:

– Почему ты не можешь сказать мне правду?! Даже сейчас ты уходишь от ответа. Черт возьми, Картер!

Джейн зажмурилась, но продолжила идти. Нельзя остановиться. Нельзя вернуться. Нельзя сказать ему правду сейчас. Он к этому еще не готов.

Не оборачиваясь, Джейн покинула Большой зал и поплелась искать какой-нибудь тихий уголок, где можно будет привести в порядок свои растрепавшиеся чувства.