Полет Зерба

Илан выдохнул и тяжело поднялся с пола. Без него дирижабль навсегда останется спящей грудой деталей: он даже не сможет взлететь после ремонта. В генераторной едва ощутимо бился пульс рим-кольца.

— Не прощаюсь, — маг погладил дверной проём и вышел из каюты. Следовало организовать ремонт и обеспечить себе транспортное средство. Их ждала железнодорожная станция.

***

Они покинули Завод номер Четырнадцать почти сутки спустя. Осталась позади спешка подготовки, выпученные глаза инспектора Гло, пытавшегося остановить гостей из столицы, последние приказы мастеру Кенто и его людям.

Автопоезд оказался комфортной машиной. Состав из трёх вагонов, соединённых тамбурами, предлагал приемлемые условия для размещения и пяти членов экипажа, и команды Зерба. Илан и Диана сидели позади водителя и штурмана в рулевой кабине. Ташу и Ласи усадили за пульт защиты, Рале безмятежно устроилась в куполе наблюдателя, а Фарель и Эзель постоянно шныряли по составу, помогая экипажу и присматривая за ним. Илан следил за ними, просто чтобы отвлечься от разъедающих душу сомнений. Чем должна окончиться эта поездка? Маг считал, что разочарованием. Он уже проиграл. И рывок через мёртвые пески равнин всего лишь агония.

Поездка проходила в тишине. Иногда штурман озвучивал прохождение путевых отметок, но и всё. Земля под Вуалью почти не имела рельефа. Горы и каньоны встречались так редко, что не каждый путешественник имел возможность их увидеть. Холмы, овраги, русла рек — всё превратилось в камень, стекло и песок. За века после Свержения ветра и молнии сточили облик некогда богатых краёв.

Взгляд Илана бесцельно скользил по проносящимся мимо пылевым тучам, в которых мелькали едва заметные искры разрядов.

— Говорят, что после смерти, души грешников сам Восьмой гоняет под Вуалью. И их постоянно бьёт молниями, — внезапно сказал водитель.

— Не говори чепухи, и вообще — помолчи! — мгновенно среагировал штурман, бросив взгляд на пассажиров.

Илан лишь хмыкнул и включился в разговор:

— Подождите затыкать вашего напарника. Напомните мне, вас зовут?… Ларс?

— Лэнс, милорд маг, — ответил водитель.

— Лэнс, Лэнс… знавал я одного Лэнса, бабник был, каких поискать!

— Это про него, милорд маг! — хмыкнул штурман. — Меня Драон зовут, если запамятовали.

— Да, я был невнимателен, господа. Драон и Лэнс, я запомню. Итак, что за страшные истории о посмертии мод Вуалью? — улыбнулся Зерб. — Байки из храмов?

— Скорее рассказы из-под стола, милорд, — покачал головой Драон. — Чуть больше рома, чем нужно, пара лишних специй в сладких булках, и вот уже достойный представитель братства рабочих видит зелёную гарпию верхом на велосипеде, гарланящую непотребные песни.

— Я давно и капли в рот не брал, — буркнул Лэнс.

— Ты может и не брал, а вот дружки твои — весьма красноречиво проводят вечера! — штурман кинул быстрый взгляд на карту и приборную панель, кивнул и вернулся к разговору. — Пьяные басни, милорд. Люди порой видят тени на самой грани восприятия, у границы радиуса. Смотришь в бинокль и видишь: стоят, колеблются на ветру. Вот только я вам, милорд, ответственно заявляю: дурь это всё! Воздух дрожит от перепада температуры и давления. Сколько я слышал этих выдумок? И то, что дождь молний искусственно создаётся какими-то артефактами, и то, что железные дороги появляются сами по себе из ниоткуда?

— Вы знаете, я очень редко спускаюсь под Вуаль, и эти байки для меня в новинку. Расскажите подробнее! Особенно, про искусственное происхождением молний, — попросил Зерб.

— Э… милорд маг, я так-то не особо ими интересуюсь… — замялся Драон. — Вон, Лэнса лучше спросите.

— Да спросите меня! Я вам расскажу! — приободрился водитель. — Молнии, значит. У нас в окрестностях Завода есть стеклянные озёра, в них постоянно бьют молнии. Говорят, если найти застывший кусочек этого стекла и куда-то отнести, молнии найдут его.

— И много смельчаков… нашли себе такой кусочек? — спросила Диана.

— Находятся скорбные умом, как без этого? — покачал головой штурман. — У нас даже есть те, кто втридорога продаёт этот мусор наверх. Милорды маги платят не скупясь.

— А от магов эти кусочки стекла возвращаются под Вуаль артефактами, которые притягивают молнии? — проницательно спросил Илан.

— В корень зрите, милорд маг, — ответил Лэнс. — Именно так и говорят.

Диана и Зерб обменялись взглядами. Что для некоторых небылица, для других лишь техническое задание. На самом деле, маяки для молний прекрасно подходили на роль «несчастного случая». Люди попали в буйство природы, с кем не бывает?

Илан погладил подбородок и перевёл взгляд на однообразный пейзаж за окном. Возможно, что предыдущая экспедиция к столкнулась с саботажем? В каждый автопоезд поместили по артефакту, и вот дождь из молний стирает их из бытия. Что смущало Илана, так это слова выживших про взрывы и якобы дирижабль в Вуали. Совпадения наслаивались одно на другое и с каждой секундой становились всё более подозрительными. Гибель барона Глассин, побег его наследницы, непонятные пираты с невозможным грузом. Культисты, церковники, разрушение летающего острова спецбоеприпасами с дирижабля. Непонятная магия, чуть не убившая Мерсу Глассин. Мех-убийца, как вишенка на торте. Теперь вот байки про молнии-преследователи, и их реальное воплощение. Снова некий дирижабль. И всё это завязано вокруг Восьмого и артефактов эпохи Воцарения.

При всей своей широкой эрудиции Илан пасовал перед чаяниями глубоко религиозных людей. Боги — это суровая реальность, но настолько чуждая человеческому разуму, что Зерб предпочитал верить в их бездеятельную позицию. Привлекать к себе божественное внимание — опасно, а обращаться с просьбами — глупо, потому что опасно.

— Пойдём, разомнём ноги, — Зерб поднялся и протянул руку Диане.

— Правильно мыслите, милорд маг, — кивнул Лэнс. — Нам еще часов пятнадцать ехать только до места, где погибли наши ребята. И боги знают, сколько после.

У Илана непроизвольно дёрнулся глаз: слишком уж метко совпало замечание водителя с его собственными мыслями.

— Идём, ноги сами себя не разомнут, — сказала Диана. Она опёрлась на руку Зерба и уже ждала, когда он вернется в реальность.

— Да, прости.

Они вышли из кабины в небольшой кубрик, где жались к стенам две двухъярусные кровати. Узкие шкафчики слева и справа от кроватей — вот и вся обстановка. Илан потянул Диану дальше, через маленькую кухню, в пост управления защитой автопоезда. Ласи и Таша молча сидели в специальных креслах по бокам от прохода. Циферблаты перед ними играли стрелками, отражая состояние электрической сети всего автопоезда и молниевой защиты. Особняком висели две рунические доски, на которых тускло горели символы стандартных щитов.

— Девочки, почему вы обе на посту? Отдых, сон, смены — слышали про подобное? — спросил Илан и подошёл к Ласи. Та доверчиво прижалась щекой к протянутой руке.

— Слышали, — сварливо отозвалась Таша. — Лично я изучаю приборы. Не работала с этой системой никогда.

— Похвальное стремление доказать свою полезность, — кивнул Илан. — Но боюсь, нам придётся отнестись к своим обязанностям ещё более серьёзно. Ди, что скажешь, мы стали свидетелями саботажа?

— Как минимум, — Диана опёрлась плечом о стенку. — Что-то привлекло молнии, кто-то повредил защиту автопоезда. Один плюс один всегда равно два. Возможно они не встретились с неким дирижаблем, а просто где-то в самих поездах что-то взорвалось?