После

Ворвавшись на край площади, рыцари немедленно навязали драку стрелкам серокожих, те бросались и бились тесаками, но рыцари лишь разрубали их одного за другим, и затем целыми пачками, разливая повсюду их черную мерзкую кровь.

Летели куски тел, конечности и головы.

Таврион наконец забрался, оказавшись в кругу латников, истребивших немногочисленных стрелков врага.

Встав на край, он закричал:

— Эй, внизу! Сюда! — затем, обращаясь к своему помощнику, — Труби наступление!

Зазвучал рог.

Внизу из-за домов вышло единой плотной массой ополчение, река, ощетинившаяся копьями, быстро вылилась наверх.

И вот среди развалин и руин, среди леса длинных пик, на которые были кругом нанизаны тела убиенных людей, среди грязи и пепла, воины стояли, ожидая дальнейшего, пока Таврион неспеша осматривал местность.

Здесь была такая же пустыня из обломков, как и в центральном районе, и лишь там, на востоке начиналась застройка.

Вышел на большую груду обломков стратег города, чтобы обозреть пространство.

Хищный его взгляд увидел последние осадные орудия, которые запускали снаряды куда-то далеко за кварталы.

"Это оно! Эти твари покрывают жидким огнем главную улицу, что идет от моста из центрального района."

Он поднял меч:

— Воины, за мной!

И небольшой, но плотный массив людей двинулся по грудам, сбивая своим ходом пики с насаженными трупами, те падали и трескались, а кругом позади валялись эти самые замученные тела.

Когда приблизились, твари заметили их и покинули свои машины, разбегаясь, чтобы затеряться в переулках меж уцелевших домов. На улице после машин осталась лишь крупная свора серокожих, огрызающаяся и не дающая людям сломить последнюю баррикаду.

Таврион выбежал вперед, дав знак помощнику.

— Раздавим их! В бой!

И зазвучал рог.

Твари у баррикады в своем убогом ужасе разворачивались, чтобы увидеть, как с тыла на них несется плотный строй ополченцев.

Зажимаемые с двух сторон серокожие протыкались и разрубались, как свалившиеся в кучу куски мяса. Быстро образовывалось под сражающимися смердящее озеро черной крови.

Вскоре все нелюди были истреблены, и ополченцы встретились с рыцарями.

Одним единым воинством, ведомым своим стратегом Таврионом, вооруженные горожане и рыцари вышли на последнюю пустошь пред Цитаделью, откуда враг получал приказы, где гнездилась тьма, с которой они так неистово вели борьбу.

Тяжело дыша грудью, стратег стоял, озираясь. Далеко впереди на стенах внешней стороны кварталов, поднимались белые знамена людей.

В небе больше не летали драконы, не слышно было их режущего слух визга.

Таврион видел, как последние отряды серокожих спешно скрываются во тьме врат цитадели и те закрываются.

"Это конец. Мы отстояли наш город. В цитадели они не остановят нас!"

Тогда стратег города взошел на груду обломков, из которой торчали остатки стены и обращаясь к тысячам воителей произнес:

— Победа!

Поднялся бравый шум ликования, штандарты качались из стороны в сторону, люди кричали и смеялись.

_____

Табия спешила за Люцием.

Тот шагал, лязгая в своих воронённых доспехах, украшенных редким золоченным узором в виде шипастых стеблей розы, держа в одной руке руку спутницы, а в другой цилиндрический шлем с прорезью для глаз.

— Что происходит!?

— Они уже здесь! — прикрикнул на неё Люций и дернул за руку, чтобы та пошевеливалась.

— Мне больно!

— Быстрее!

И Табия не смея более упираться, шла быстро, как только могла.

Они спустились по винтовой лестнице и попали в широкий коридор. Впереди из-за угла выскочила группа из трёх воинов в стёганках с факелами. Они быстро заняли проход, выставив копья.

— Отойди, — тихо бросил он и отдал ей свой шлем.

Сделав пару шагов, демон растворился черным густым дымом, и растёкся под ноги попятившихся от ужаса воинов, и вдруг за их спинами, он воплотился, одним страшным выпадом разрубив троих со спины.

Табия, сглотнув, наблюдала.

— Не стой там, иди ко мне, — властным ровным тоном произнес демон.

Легко и молча Табия побежала к нему.

Пройдя ещё полукруг, они вышли к винтовой лестнице стержневой пустоты Цитадели. Спустились на несколько этажей, после чего сделав ещё несколько поворотов нашли покои, где мирно спал Стратоник.

— Вставай, префект! — громко сказал Люций.

Открыв глаза, Стратоник приподнялся и, опустив ноги на холодный пол, стал протирать глаза.

— Бежишь из цитадели, генерал? — ехидно спросил человек.

— Не время, пошли. Оденься и мы уходим отсюда. Ты же не думаешь, что я оставлю тебя здесь!? — последовала властная ухмылка.

Демон встал в дверном проеме, и наконец спрятал меч в ножны.

— Люций, они ведь ещё вчера не перешли моста! — визжала Табия.

— Стратег города хорош, — демон задорно распалялся, — Не нужно было никаких уловок и гениальной тактики. Достаточно было одного удара, окружить и разбить мои лучшие силы на открытом пространстве. Достаточно было этого, чтобы все посыпалось.

— Как хрупка ваша мощь! — произнес Стратоник с издевкой в голосе, заканчивая одевать плащ поверх многих туник для тепла.

— Это всего лишь одна из немногих побед людей, отсрочившая ваше неминуемое падение. А теперь уходим отсюда!

Все трое вышли и пустились в запутанные переходы и лестницы Цитадели.

Где-то в этом огромном здании шли бои, и последние твари сопротивлялись стремительному вторжению людей.

Колосс Цитадели вмещал в себя одновременно множество самых разных событий.

Вскоре они спускались по винтовой лестнице, которая, казалось бы, не будет окончена. Стратоник понял, как мало успел он изучить в этом громадном здании, и как много ещё секретов оно таило в себе.

Тоннель, необычной круглой формы, вел далеко вперёд. Несколько часов они шли, пока не очутились на выступе снежного склона, где местами сошел снег с валунов.

В паре миль ниже узкой полосой тянулось то, что когда-то было рощей. Почерневшие стволы. Не было нигде зелени, только снега, и торчащие из них обломки мертвых деревьев.