Потаповы&Potapoffs

Павел задал себе вопрос: «Стал бы он покупать отцу клубнику и поехал бы за ней на рынок во второй раз?» Ответ был очевиден, и он, ответ, не характеризовал Павла с лучшей стороны. Как же так могло получиться, что у Павла вырос такой замечательный сын? Павел явно его не заслужил. Не иначе как у Алекса все гены Беттины, а генов Павла минимум миниморум.

31. Джонни

В первый день после отъезда Павла в юридическую контору Potapoff & Son прямо с утра приехал Макар Петрович – Потапофф старший, собрал всех сотрудников и объявил, что нынешний глава конторы Павел Потапофф – сын отбыл в длительную командировку. В связи с этим в работе конторы произойдут некоторые изменения. Всех ВИП-клиентов будет принимать лично он. Первичный прием обычных клиентов будет вести мистер Джон Смит, т.е. Джонни. После выяснения проблем клиентов он будет распределять работу по сотрудникам конторы. Для клиентов контора будет закрываться на час раньше. За этот час все сотрудники должны составить отчеты о выполненной за день работе и ознакомить с ними мистера Смита, который ежедневно после окончания рабочего дня должен отчитаться перед Макаром Петровичем за всех у него дома. После вступительной речи Макар Петрович отбыл домой, а Джонни остался. Джонни отчаянно трусил, он, конечно, заметил усмешки коллег, когда до них дошло, что теперь их начальником будет лодырь и мажор – пасынок шефа, но ему было все равно. Джонни был готов поменяться креслом с любым из коллег, только чтобы откосить от обязанности занять место шефа и остаться один на один с клиентами.

Действительность оказалась не такой страшной. Все клиенты приходили в восторг от того, что в решении их проблем примет участие сам Макар Потапофф. Более того, никаких серьезных проблем не было. В принципе, Джонни вполне мог проконсультировать практически всех клиентов сам. Он такого сам от себя не ожидал. Вечером он в отличном настроении прибыл к Макар Петровичу с отчетом. Дед его похвалил, но в одном из документов заменил пару слов. Это заняло полминуты, зато дальше в течение часа Макар Петрович растолковывал Джонни, как два неправильных слова могут исказить смысл документа. Джонни проникся, ему даже было интересно. На радостях вечером они с Норой оторвались в клубе. Нора, между прочим, преобразилась. После того, как шеф перевел ей деньги на учебу, она потратила часть своих сбережений на себя: сделала стрижку, покрасилась, приоделась и стала выглядеть, если не на сто, то на девяносто пять баллов, точно. Это после семидесяти с натяжкой. Джонни очень хотелось похвастаться успехами, но перед Норой хвастаться было не с руки, она и так все знала. Вот кто мог оценить работу Джонни, так это Павел. Он отправил отчиму мейл с подробным описанием своих достижений и стал ждать ответа. Следующим утром Джонни первым делом проверил почту – ответа не было. Джонни не получил ответ и на следующий день. Нора заволновалась, шеф никогда так надолго не оставлял фирму без присмотра. Джонни попробовал позвонить Алексу, но его телефон оказался вне зоны. Чуть позже с неизвестного телефона пришла эсэмэска, что старый телефон Алекса, а также все сообщения, отправленные со старого номера Алекса после 10.00 по московскому времени, недействительны. Джонни перепугался и сейчас же стал звонить по новому номеру. Линия оказалась занята. Джонни набирал номер еще и еще, весь извелся и, наконец, дозвонился. Алекс только успел шепотом сказать, что есть сведения с грифом ноль, это на их с Джонни детском языке означало, что информация строго конфиденциальная, сейчас озвучена быть не может ввиду присутствия посторонних. Дальше трубку у Алекса взял отец:

– Джонни, мальчик мой, как дела? Извини, здесь столько событий, я даже мейл не проверил.

– Папа, все ОК! Кресло у тебя очень удобное. Когда первого клиента принимал, чуть от страха в штаны не надул, а потом ничего, привык. Дед сильно не ругается, все проверяет. Между прочим, все время тебя хвалит. Да, еще новость, Нора подстриглась и покрасилась – теперь красотка. Меня, пап, она бортанула, замуж не хочет, пока на юриста не выучится. Я сначала тоже хотел ее бортануть, а потом решил повременить – боюсь, без нее с клиентами опростоволоситься. Ты-то как? На Боба наехали, слышал?

– Слышал, не бери в голову. Я тобой горжусь. Норе передай привет. Сегодня же посмотрю почту.

– Пап, караул! Мать в контору заявилась, на Нору наезжает. Я пошел на таран. Пока.

– Держись, Джонни!

32. Следователь

Старшее поколение – Павел, Максим и Владимир – настоятельно попросили следователя разрешить им поприсутствовать на его беседе с Алексом и Денисом. Николай Иванович для вида поартачился, но быстро сдался, единственное – попросил «отцов» сидеть тихо и не мешать разговору.

Первым отстрелялся Денис. Он рассказал Николаю Ивановичу об одной детали, которая как-то прошла мимо сознания Алекса. Оказывается, во время речи Семена Лукича кто-то попросил включить дополнительный свет, а то в цеху темновато. Свет включили и одновременно заработал станок. Следователь этим моментом очень заинтересовался. Сейчас же стал спрашивать, кто попросил включить свет? Мужчина или женщина? Какой был голос? К сожалению, Денис смог только добавить, что голос был мужской и незнакомый. Алекс прояснить ситуацию не помог, он вообще не заметил, что кто-то включал свет, он был слишком сосредоточен на выступлении Семена Лукича. Алекс быстро сообщил Николаю Ивановичу все, что ему врезалось в память в цеху во время ЧП, и решил, что тоже отстрелялся. Однако следователь решил продолжить беседу и задал вопрос, которого Алекс не ожидал:

– Александр, скажите, пожалуйста, зачем Вы с невестой приходили в полицию к Роману Алексеевичу примерно неделю назад.

Алекс обернулся и посмотрел на отца. Ни один мускул на лице Павла не дрогнул, но Алекс почувствовал, что отец напрягся.

– Мы с Надей приходили к Роману Алексеевичу, чтобы передать ему лекарства для его тестя. Лекарства прислала моя мама из Лондона. Здесь, в России, их трудно достать, а тестю Романа Алексеевича они очень помогают.

– Вы принесли Роману Алексеевичу упаковки с лекарствами или посылку в нераспечатанном виде?

– Мы принесли нераспечатанную посылку.

– Вы уверены, что в посылке были только лекарства?

– Абсолютно уверен: если бы в посылке было что-то еще, мама бы меня предупредила.

– А не могла ваша мама положить что-то в посылку дополнительно, скажем, чтобы Роман Алексеевич передал вам это что-то позже, сделал сюрприз, так сказать?

– Откровенно говоря, не понимаю, зачем маме это было бы нужно. Если бы она хотела сделать нам сюрприз позже, она прислала бы нам еще одну посылку позже.

– Скажите, а не могла ваша мама прислать Роману Алексеевичу колье для Вашей невесты с просьбой, чтобы он до свадьбы подержал его в сейфе? У Вас же намечается свадьба, я так понимаю?

– Мне кажется, что этот вопрос проще было бы задать Роману Алексеевичу. Что касается меня, я уверен, что мама не могла послать Наде колье, которое нашли в полиции. Понимаете, – Алекс покраснел, – моя семья весьма состоятельная. Колье из поддельных камней за десять тысяч долларов для моей невесты – это, пожалуй, можно было бы расценить как неуважение. Мама, когда выходила замуж за папу, надевала фамильное колье Потаповых с настоящими бриллиантами. Колье было изготовлено в качестве подарка невесте основателя нашего рода Игната Потапова здесь, в России, еще до его отъезда в Америку. Я, честно говоря, думал, что Надя наденет на свадьбу что-то подобное. Дед не позволит Наде надеть подделку, и мама прекрасно это знает.

– Надя наденет на свадьбу потаповские драгоценности, которые хранятся у Вероники, они еще старше Игнатовских, – не смог смолчать Максим.

– Николай Иванович, мой сын совершенно правильно описал ситуацию, – пояснил Павел. – Свадьба Алекса и Нади непременно будет упомянута в светской хронике. Дотошные журналисты рассмотрят Надин наряд под микроскопом, поддельные бриллианты – для нашей семьи это будет потерей лица. Теперь вопрос немного из другой оперы. Скажите, Вы подозреваете, что мать Алекса могла послать колье Роману Алексеевичу в качестве платы за какую-то услугу?

– Пока я только последовательно отрабатываю все версии. Местный полицейский начальник предполагает, что колье – это плата за то, что Роман Алексеевич закрыл глаза на какой-то проступок Александра. Роман Алексеевич это категорически отрицает. Вы сами что думаете? Откуда взялось это колье?

– Пока я не могу ответить на этот вопрос. Очевидно, что след ведет в Штаты. Кого-то из нас, Алекса или, скорее, меня, хотят подставить, но, кто и зачем, я не знаю.

– Скажите, Николай Иванович, – обратился к следователю Максим, – ведь кто-то это чертово колье изготовил, доставил в Потаповск. Не может быть, чтобы следов не осталось. Может быть, нанять за наши деньги частных детективов, чтобы они пошерстили вокруг?

– Не волнуйтесь, Максим Григорьевич, Игорь Валерьевич Зуев уже предпринял все, что только можно придумать. Он очень заботится о Веронике Петровне и обо всех вас.

33. Разговор с Андреичем

Наконец-то Павел смог навестить Андреича.

– Неужели пришел, Пал Макарыч? Целый день жду, решил уже, что и думать про меня забыл.

– Как же про вас забудешь, Андреич? Теперь до смерти помнить буду.

– Тьфу ты, господи, опять ты ко мне на «вы». Прости, если так сильно обидел, давай на «ты». Идет?