Потаповы&Potapoffs

Зато, когда гости подошли к столу и Петрушка увидела их открытые американские рты, ей даже стало смешно. Впрочем, особенно наблюдать за гостями Петрушке было некогда. Она побежала переодеваться.

– Бен, слушай, может тебя пристроить помощником по хозяйству, у тебя здорово получилось. Я все в окно видел, – пошутил Стив.

– У тебя бы тоже получилось, Петрушка сказала, что у нее, кто не работает, тот не ест, а огурчики у нее – закачаешься, не говоря уже о пирожках… Советую попробовать.

– Эта Петрушка, она что, коммунистка? – поинтересовался Чарли.

Бенчик засмеялся:

– Я тоже спросил об этом Петрушку. Она ответила, что в этом вопросе – да, коммунистка.

Боб огляделся, все было на шесть с плюсом, кроме одного. К нему в гости без приглашения пожаловала жена Бена, Белинда, с сыном и его гувернанткой. Она была стервой почище Клары да и одевалась в ярко оранжевую одежду, которая резала глаза.

– Ты, дрянь, пригласил свою половину, чтобы вечер мне испортить, – заорал Чарли на Бена.

За Бена ответила Белинда:

– Нет, и в этом вопросе Бенчик оказался импотентом. Тебя, Чарли, сдала твоя секретарша.

– Прошу садиться, – пригласил Боб гостей к столу, чтобы сгладить скандал. – Надо чуть-чуть подождать, сейчас придет отец.

Петрушка в умопомрачительном туалете прибежала, когда все уже заняли свои места. Она села рядом с Бобом.

– Боб, а у тебя что, прислуга будет сидеть с нами за одним столом? – громко спросила Белинда.

– Если тебя что-то не устраивает, то двери моего дома открыты на выход, – ответил Боб.

Дальнейший обмен любезностями на время заглох, так как появились Макар Петрович с Татьяной Николаевной и Танюшкой. Платье для свекрови сшила Петрушка, Татьяна Николаевна выглядела в нем красивой и помолодевшей. Танюшка была в белых колготках, клетчатой юбочке в складочку и белой кофточке. Чтобы волосы не лезли Танюшке в глаза, у нее на голове был надет обруч, к которому Петрушка приделала два ушка с кисточками. Татьяна Николаевна попросила Танюшку показать Фреди, сыну Белинды, дом и сад, а гувернантку – присмотреть за детьми.

Макар Петрович сел на председательское место, обозрел присутствующих и остался недоволен. Белинда была лишней, при ней ничего важного говорить было нельзя. Он на минуту задумался, а потом встал:

– Дорогие мои, мы собрались сегодня в этом замечательном новом доме моего сына, чтобы отметить новоселье и еще два знаменательных события, которые произошли в нашей семье Игнатовичей. Я должен уведомить вас, что мой старший сын Павел воссоединился со своей первой любимой женой Бетти.

– Надолго ли? – сладким голосом задала вопрос Белинда. – Бетти ведь такая – раз, два и намылит лыжи. Придется Полу Клару вызывать…

– Попрошу меня не перебивать, – продолжил Макар Петрович, – в нашей семье произошло еще одно радостное событие: мой младший сын Борис наконец-то нашел свое счастье и связал свою жизнь с русской талантливой художницей Ренатой. Она предпочитает, чтобы ее звали Петрушкой. Это так, в скобках. Кроме жены, у Бориса появилась дочка Танюшка, а у нас с Татьяной Николаевной – долгожданная внучка. По-моему, моя супруга помолодела с появлением Танюшки лет на десять.

– Боб, ты что, хочешь протащить чужого ребенка в клан? Нам что, мало байстрючки Вероники?

Макар Петрович пришел в ярость, он стукнул кулаком по столу так, что зазвенели бокалы и приготовился сейчас же выгнать Белинду вон. В это время появилась гувернантка, которая тащила за руку Танюшку, едва сдерживающую слезы. Замыкал шествие улыбающийся Фреди.

– Ваша русская девочка напала на Фреди, она пыталась его ударить, – гувернантка всем своим видом выразила презрение к Танюшке.

Боб такого стерпеть не смог. Он подошел к Танюшке и присел на корточки:

– Танюшка, расскажи, что произошло, почему ты ударила Фреди. Никто тебя ругать не будет.

Белинда хмыкнула.

– Папа Боря, папа Боря, я повела Фреди в свою комнату показать свои рисунки. Он сказал, что они дурацкие и порвал мой рисунок динозавра.

– Ты из-за этого его стукнула?

– Нет. Фреди стал смеяться над моими ушками. Я объяснила ему, что у меня ушки, потому что я лисичка-сестричка, а он обозвал меня грязной русской макакой, а потом… – слезы у Танюшки все-же закапали, – а потом он решил проверить, есть ли у меня в колготках хвост, ну тут я ему и дала.

– И совершенно правильно сделала, – выразила общее мнение Петрушка.

Танюшка подбежала к матери, залезла на колени и уткнулась ей в грудь.

– Бен, прими меры, такого прощать нельзя, – обратился Боб к отцу Фреди.

Бен отвернулся. Тогда Боб подошел к Фреди и приподнял его за ухо. Фреди заорал.

– Отпусти ребенка сейчас же! – завизжала Белинда.

– Боб, отпусти мальчика, – железным голосом приказала Бетти, – уведите Фреди, – кивнула она гувернантке.

– Бетти, ты что? Фреди – Потапофф, в нашей семье никогда не было подлецов, – возмутился Боб.

– Фреди не Потапофф, он – Хоффман. Сам посмотри, Фреди – копия Фрэнка, даже пятна на шее и на руках в одних и тех же местах.

– Ты совсем спятила, Бетти! – в полной тишине закричала Белинда.

– Бен? – грозно спросил Чарли. – Бетти права?

– Я не знаю, чей сын этот засранец, может быть, и Фрэнка. Знаю только, что он не мой сын. Я ни разу не спал с этой стервой.

Все ахнули и разом заговорили. Бетти посидела немного, подумала и настоятельно попросила дать ей возможность прояснить все до конца:

– Бен, у Белинды была когда-нибудь оранжевая машина?

– Да, у нее других никогда не было.

– Белинда, в тот последний день, когда я еще жила с Пашей, я видела оранжевую машину у дома Клары. Это ты привезла ей чай, из-за которого я потеряла ребенка?

– Что? – заревел Макар Петрович.

Павлу показалось, что отец похож на Моисея. Грозный, седой и очень крупный мужчина. Казалось, что сейчас он возьмет посох, ударит им о пол, и земля разверзнется, чтобы поглотить Белинду. Краем глаза Павел заметил, что лицо у Боба превратилось в каменную маску.