Потерянная душа. Том 2

– Это ничего, что не получилось с первого раза,– весело сказал он, но в голосе его было столько нежности и ободрения. Так захотелось прижаться к его груди и, закрыв глаза, окунуться в эту пленительную ауру, что пульсировала волнами вокруг него.

Он тоже не отрывал глаз от моего лица, а я усилием воли сдерживалась, чтобы не опустить взгляд на его красивые губы. Я не могла быть первой: если бы всё, что ощущала от него, оказалось фантазией – меня бы это разочаровало, а если нет, то, наверное, разочаровало бы его. Ведь женщины не должны были проявлять эмоций так прямолинейно. Но, похоже, что эмоция моей увлеченности Грэйном светилась ярче, чем Брэйнус в этот день. Он первый опустил взгляд на мои губы. От смущения я среагировала мгновенно: тут же отвернулась на чей-то растерянный возглас, придав своему поступку невинный вид.

– Ой, кажется, еще кто-то заблудился,– засмеялась я как можно звонче и радостнее, чувствуя, как дрожь из груди поднимается к горлу.– Пойдем помогать?!

Мы легко поднялись с колен, я отряхнула мелкие соринки с подола платья, отмечая, что головная боль прошла. Грэйн снова непринужденно улыбался, но его сногсшибательный магнетизм не давал расслабиться ни на секунду. Он пошел первым, указывая дорогу, оглядываясь через каждые несколько шагов, чтобы не потерять меня из виду, – заботился обо мне. А я торопливо следовала за ним по пятам, восхищенно разглядывая его спину, обтянутую тонкой светло-зеленой туникой, узкие бедра, стройные ноги в свободных брюках и кисти рук. Хотелось просунуть свою тонкую ладошку в его руку, обхватить красивые пальцы и ощутить на своей коже приятное тепло и давление его пальцев. Было бы приятно взяться за руки и идти вместе. Но такого я себе уж точно не могла позволить после многократных заявлений моих учителей о запрете на прикосновения. Но почему-то, наперекор всем доводам рассудка, казалось, что Грэйну тоже было бы приятно.

Утолив жажду, Грэйн позаботился о комфортном отдыхе под навесом из цветущих зеленых роз. А мне все время хотелось что-нибудь пожевать, пока мы бродили на свежем воздухе, но здесь не было минимаркетов, чтобы купить сухарики или печенье, или тележек со сладкими булочками или вафлями, как в парке развлечений. Но и есть вне специальных заведений у них было не положено. Я выпила всю свою воду и с досадой заглянула на дно капсулы.

– Проголодалась?– догадливо улыбаясь, спросил Грэйн.

– О-очень,– шепотом протянула я, отчего-то чувствуя себя неловко.

– Думаю, что мы уже можем отправляться на полуденный обед,– решительно сообщил Грэйн и взглянул на мои часы.– Твои часы согласны с этим?

Я тоже посмотрела на часы и энергично закивала:

– Да, они очень согласны!

Грэйн рассмеялся бархатным смехом, от которого у меня внутри радостно зазвенело.

– После обеда на водопадах я научу тебя играть в «Мокрый пузырь».

– Что? Мокрый пузырь?– теперь рассмеялась я.

– Именно мокрый,– подмигнул Грэйн и вызвал коммуникаторы остальных наших спутников.

Через несколько минут к нам вернулись Вэлн, Киэра и Бикена Раи, тоже проголодавшиеся и готовые съесть мамонта. Киэра раскраснелась от активной игры в лабиринте и весело рассказывала, как ей удалось выбраться без чьей-либо помощи, а Бикена Раи попала в засаду нескольких малышей, которые закидали ее ворохом опавших цветов, и теперь она терпеливо выпутывала из растрепавшихся на висках красных волос мелкие лепестки – вертолетики.

– Хочешь, я тебе помогу?– улыбнулась я, заметив, что терпение ее на исходе, но она лишь отрицательно мотнула головой.

«И ладно!– пожала плечами я.– Может, в ее культуре нельзя прикасаться и к девушкам? Кто их знает! А может, она еще не остыла от моего «сочувствия». Интересно, шэктэри мстительный народ?»

Собрав подушки для сидения, мы пешком направились в сторону живописного грота. От водопадов дорога шла все время вверх, словно по серпантину, но подниматься было легко: уклон небольшой. Вход в грот открылся через пятнадцать минут ходьбы вверх по горе. Скользнув взглядом по склону вниз, я поняла, что мы забрались довольно высоко, но даже не ощутила этого физически. Мы оказались на вершине горы, откуда и брал свое начало водопад.

Пещера выросла, будто из озера. Каменная дорожка вела к арочному входу в грот, но всё остальное пространство окружала вода.

Мы вошли в высокую горизонтальную пещеру со сводчатым потолком и широким входом. Пещера была будто искусственно надстроена над озером. Передо мной предстал просторный светлый зал. Светло-бежевые с зелеными и бронзовыми разводами отложения или наросты на стенах и потолке словно были кем-то вылеплены, потому что смотрелись, как произведения искусства: очень скульптурно и органично. Никакой мрачности, сырости или сквозняка. Освещение было то же, что и везде – невидимые наночастицы в воздухе.

Отдыхающих было не так много. Это был необычный ресторан, где все видели друг друга, но каждый был занят своей компанией. Никто особо не обратил внимания на нашу группу. Я поймала несколько любопытных взглядов, но и те продлились недолго.

Я остановилась, чтобы оглядеться. Атмосфера была сказочной. Задняя стена каменного зала отсутствовала, вместо нее был широкий неровный проем с каменистым краем, а вместо стекла тонкой пленкой лился водопад. За этой водной стеной я разглядела озеро, которое и изливалось вниз с вершины горы.

– Над гротом стоят системы забора воды. Они создают эффект водопада из окон,– предвосхитив мой вопрос, сообщил Грэйн и мягко улыбнулся.

Я благодарно улыбнулась в ответ, сделала несколько шагов вперед и заметила, что внутри пещеры по периметру вместо окон находилось еще несколько неровных проемов поменьше, за ними тоже срывались водопады. Вода мягко шелестела, не создавая помехи для общения и спокойного отдыха за обедом, будто ее технично приглушили. Сквозь тонкую материю воды проглядывалось пространство парка, лабиринта внизу, а солнечный свет играл с водой, создавая разноцветные блики по залу. Здесь было довольно тепло и уютно.

– Тебе нравится?– спросил Грэйн.

Я оглянулась, не обнаружив рядом никого из группы адаптации, посмотрела в глаза Грэйна и расплылась в довольной улыбке.

Грэйн следил за мной. Куда бы ни пошла и что бы ни делала, всегда встречала его живой теплый взгляд. И если я не знала, куда двигаться или с изумлением замирала перед чем-то, он всегда незаметно, будто случайно, оказывался рядом и подсказывал, не давая растеряться или почувствовать себя забытой. И я чувствовала его заботу и искреннее внимание, совсем не похожее на дружеское. Но чувствовать – не одно и то же, что знать. Я лишь надеялась, что это не просто отражение моих желаний.

– Есть возможность выбрать место для обеда. Есть предложения?– игриво приподняв одну бровь, спросил он.

– Я тебе доверяю,– с той же интонацией прошептала я и отвернулась, чтобы не выдать искренней радости от его присутствия рядом.

Это было странно! Слишком я радовалась Грэйну. Меня тревожило это чувство и манило. Возможно, поэтому я периодически самоустранялась, чтобы взглянуть на ситуацию со стороны. Не знаю, насколько это получалось, но, определенно, спешить не стоило.

Я отошла от мужчины, а он пошел выбирать столик вместе с группой. Приблизившись к одному из проемов с водопадом, мне захотелось выглянуть под естественный козырек из камня. Брызги воды упали на лицо, и, улыбаясь, я растерла их ладонью. А потом вдруг замерла, заметив на каменном выступе сразу за водной завесой существо очень похожее на то, что встретила в подземном шаттле. Кажется, его называли даэгоном. Приглядевшись, я поняла, что это оно и было. И оно пристально смотрело на меня, дергая лишь персиковыми кисточками на ушах. Существо казалось еще больше, чем в первый раз. Возможно, вода искажала его размер.