Потерянные души

Подполковник пробрался к буфету и спросил через плечо:

– Собака указала на буфет. Понятые, вам все хороню видно?

– Да, видно...
– синхронно кивнули до предела заинтригованные соседи.

Милиционер открыл верхние створки буфета - на полупустой полке стояли несколько жестяных банок со специями. Подполковник снял первую - там была старая, пожелтевшая от времени лаврушка. Вторая и третья банки были пустыми, а вот в четвертой под толстым слоем комковатой соли оказался запаянный полиэтиленовый пакетик с белым порошком. Милиционер с торжествующей улыбкой поднял его над головой и повернулся к понятым.

– Все зафиксировали? В кухонном буфете, в банке с солью обнаружен пакет с неустановленным порошком белого цвета. Предположительно - героин.

Кордоновская соседка тихо ахнула, повернула к нему свою жирную, мокрую от пота физиономию и пролепетала:

– Андрей Андреич, как же это?..

– Да, как же это прикажете понимать, Андрей Андреич?!
– желчно ухмыльнулся подполковник.
– Кино, говорите, снимаете? А это

что?
– он встряхнул пакетиком.
– Для вдохновения что ли?!..

От увиденного Кордон потерял дар речи. Он попятился назад, но не сделал и пяти шагов, как наткнулся на мрачного сержанта. А из кухни к нему уже шел подполковник - все с той же кривой ядовитой ухмылочкой, от которой продюсеру стало и страшно и тоскливо.

"Все, накрылся мой Голливуд!..
– почему-то первой мыслью, рожденной его ошеломлен-ным разумом, была именно эта - о срывающемся контракте.
– Такой шанс пропал, господи! Такой шанс!.. Такой шанс..."

И в подтверждение этой немудреной догадки, над ухом продюсера прозвучал резкий, как удар под дых, и жесткий, как наждак, голос милицейского начальника:

– Гражданин Кордон, вы арестованы.

XXIV

И снова Белов ждал звонка - на сей раз от томящегося в ментуре Кордона. По его прикидкам перепуганный продюсер должен был позвонить уже к вечеру того же дня, но телефон молчал. Белов нервничал - дело шло к ночи, а Кордон все молчал. Вместо него совершенно неожиданно позвонила... Аня. Голос артистки дрожал от волнения:

– Саша, беда! Андрея арестовали!..

Белову пришлось изобразить удивление:

– Как?! За что?!..

– Я не могу ничего понять, Саша! Говорит, что у него на даче нашли наркоту! Бред какой- то! Ты же знаешь - он никогда... Ну покуривал иногда, но там же - героин!

– Менты подбросили?
– деловито спросил Белов.

– Да откуда мне знать, господи!!..
– Аня едва не плакала.
– Саш, надо как-то его отмазывать, ему же срок светит!

Саша выдал задумчивую паузу и пробормотал:

– Да, наркота - это серьезно... А что ж он сам-то мне не позвонил?

– Не знаю я! Говорит, ты па него обижен за что-то... Саша, ну какие теперь обиды? Человека спасать надо!

– Ну конечно, о чем речь!
– немедленно согласился Белов.
– Где он сейчас?

– В Одинцове, в местной ментовке. Андрей сказал, надо вытаскивать его пока он там, срочно. Пока дело не передали в прокуратуру и не упекли его куда-нибудь в Бутырку!

– Да, он прав...
– задумчиво поддакнул Саша.
– Ладно, утром съезжу, узнаю - что там и как...

– Как - утром?.
– взвизгнула Аня.
– Утром будет поздно! Утром его, может быть, уже в Бутырку отправят! Надо немедленно, сейчас же, сию секунду!!..

– Ань, десятый час уже, - засомневался Белов.
– С кем там сейчас договариваться?

– Ну пожалуйста, Сашенька!
– взмолилась артистка.
– Ну пожалуйста!..

Белов выдал еще одну мхатовскую паузу. Аня тоже замолчала, только тихонько всхлипывала, напряженно ожидая ответа своего бывшего любовника.

– Ладно, - буркнул, наконец, Белов, - съезжу прямо сейчас...

Вид подавленного и растерянного продюсера в "обезьяннике" подмосковной ментовки доставил Белову неизъяснимое наслаждение. Вместе с ним за решеткой парились трое пьяных, дурнопахнущих оборванцев - на их фоне продюсер в своем летнем кремовом пиджаке от Гуччи смотрелся весьма и весьма колоритно.

Увидев Белова, Кордон вскочил как подброшенный.

– Саша! Ты видишь?.. Ты видишь, что творится?!..
– жалко улыбаясь, пролепетал он.
– Черт знает что!..

Белов, озабоченно хмуря брови, кивнул:

– Вижу, вижу, Андрей... Ты посиди здесь еще немного, я сейчас... Где ваш начальник?
– обернулся он к сопровождавшему его лейтенанту.

– Сюда, пожалуйста, - милиционер - сама учтивость - показал вдоль коридора.
– Третья дверь налево.

– Я сейчас, Андрей, потерпи, - повторил Саша продюсеру и, упрямо набычившись, пошел вслед за лейтенантом.

В кабинете начальника райотдела Белова ждали. Едва он шагнул за порог, лысый под-полковник выскочил из-за стола и вытянулся в струнку.

– Здравствуйте, Александр Николаевич

– Добрый вечер, - Белов опустился на стул рядом со Шмидтом, вздохнул и поднял усталые глаза на все еще стоящего навытяжку подполковника.
– Присаживайся, ты что?.. Мальчонку моего не били?

– Никак нет! Пальцем не тронули, действовали исключительно убеждением!
– по-военному доложил милиционер.

– Хорошо, и что дальше?

– Простите?
– не понял подполковник.

– Ну, как вы должны действовать в этом случае дальше?

Милиционер бросил растерянный взгляд на Шмидта. В его глазах отчетливо читался вопрос: "К чему он клонит? Ведь все это только спектакль?" Шмидт еле заметно пожал плеча-ми, и подполковник вынужден был отвечать:

– Передать задержанного, протоколы и вещ доки в прокуратуру. А уж там заводят уголовное дело, ну и так далее...

– Угу...
– кивнул Саша и неожиданно спросил: - Слушай, а у тебя выпить нет? Башка что-то трещит.

– Есть!
– милиционер бросился к шкафу, в его руках появилось сразу три бутылки.
– Водка, коньяк, виски?..

– Давай водки!

На столе появились стаканы, полузасохший лимон, банка с маринованными огурцами и початая пачка печенья. Белов разлил по стаканам водку, чокнулся с хозяином кабинета и Шмид-том и неторопливо, с чувством выпил. Проигнорировав милицейские разносолы, он поставил пустой стакан на стол и шумно выдохнул:

– Фффу-у-у... Хозяин, а водка-то у тебя, похоже, паленая!