Поток жизни. Том 1

– Д-думаю что я лучше пойду в конце.

– Как знаешь, как знаешь. Ну что, банда, последний рывок?

Остальные покивали. Осталась последняя цель – президент и его сынок. Концентрация бойцов Шинры, тем временем, начала нарастать. Практически через каждое следующее помещение приходилось проходить с боем. Но Шиве с Ифритом было все нипочем – ряды пехотинцев буквально сдувало потоками стужи и струями огня. Только когда простых бойцов усиливали СОЛДАТы приходилось подключаться мне. Экспериментальный клинок стремительно терял остроту своей заточки – если в первый раз он был в состоянии рубить вражеское оружие, то теперь и обычные раны наносил с трудом. Приходилось не разрубать, а лупить противников как ломом, ломая им кости. Также заканчивались патроны к БД – при подходе к святая святых стали крайне часто попадаться пулеметные турели, которые я и расстреливал из револьвера. В общем, если наш прорыв затянется, то придется просто отступать из-за невозможности идти дальше.

– Впереди конечная цель – главный совещательный зал. После него только выход на крышу, где находятся вертолетные площадки.

– Ну наконец-то, а то рука бойца рубить уже устала, – я отбросил в сторону свой меч, окончательно превратившийся в кусок бесполезного металла.

– Должен заметить, что не понимаю зачем мы до сих пор несем с собой профессора.

Я глупо хлопнул несколько раз глазами. И вправду, а нахрена я его все это время, после того как мы нашли копии Чадли, тащил его с собой.

– Ну э-э-э-э, делом привычки уже успело стать, я так думаю.

Ходжо на моем плече задергался, явно не вдохновленный моим ответом.

– Тогда… может избавимся от лишнего груза?

– Каким ты кровожадным успел стать, Чадли.

– Просто напоминаю вам, мистер, что он подверг мои копии, фактически, по вашим понятиям, моих самых ближайших родственников, мучительной экзекуции, превратившей их всех в безвольные и безмозглые куклы.

– А-а-а-а-а, ну да, было что-то такое. Так чего, пожелания какие-нибудь будут?

– Доверюсь вашей фантазии, мистер.

– Да я как-то уже подустал и голова совсем не работает. Может ну его, просто по башке и на помойку?

Ходжо начал трястись еще активней.

– Почему бы не дать ему встретиться с плодами его трудов? – внезапно подала голос Айрис.

Я с неверием уставился на девушку.

– Чего? ТЫ! ТЫ предлагаешь МНЕ бросить этого недоноска на растерзание своре безумных монстров? – я больно ущипнул себя за руку.

Вроде не сплю. Айрис лишь посмотрела на меня раздраженным взглядом.

– Да, именно так. Не чувствую, в его случае, никаких сомнений или переживаний.

М-да, допек докторишка нашу цветочницу, раз та готова его на съедение живьем отдать. Не припоминаю за ней, кстати, такой кровожадности. Могу ли я гордиться тем, что оказал на нее такое влияние?

– Поддерживаю, – согласился с девушкой Рэд, – довольно подходящая для него смерть. От руки собственных творений.

– Ну ладно. Я тоже особо не против. А ты что скажешь?

– Э? Я? – удивился проявленному вниманию айтишник.

– Ты-ты.

– Ну-у-у-у, э-э-э-э, не думаю что вправе определять судьбу профессора.

– То есть воздерживаешься?

– ДА! Да. Именно так.

– Ну тогда решено, – скидываю с плеча Ходжо.

Удар за ударом ломаю ему ноги и руки, лишая последних шансов на выживание. От всего испытанного за сегодняшнюю ночь стресса и боли профессор вырубился. Пришлось приводить его в себя Лечением – хотелось чтобы он был в сознании, когда его начнут драть на части.

Сзади нас снова послышался скрежет когтей по металлу – несмотря на безумие, твари оказались в некоторой степени сообразительными и спустя несколько бесплодных попыток прекратили на нас кидаться, просто следуя в отдалении и иногда вступая в бой с заблудившимися или выжившими после нас шинровцами. Так что будет им подарок в награду за сообразительность. Оставив безумца на поживу завывшим монстрам, мы последовали дальше, к самому центру мировой власти и богатства – офису президента Шинры.

Открываю дверь, ведущую в лестничную шахту, и делаю приглашающий жест рукой, пропуская всех мимо. После чего тихо-тихо обращаюсь к Чадли:

– Пс-с-с-с, че там по моей темке? Ну, той самой. Которая жизненно важна для меня?

– Не переживайте, мистер, всё, что только можно было получить от Шинры для... как вы там сказали? А, темка. Так вот, для темки мы больше ничего взять не сможем.

– Но ты там ещё что-то про оборудование говорил.

– А у нас есть возможность утащить с собой несколько станков и экспериментальных установок, для чьей работы нужно электроэнергии как для небольшого города? Которые, к тому же ещё, и на нижних этажах находятся?

– Нет.

– Вот и я так подумал. Так что придётся в дальнейшем обходиться тем что есть. Ну или же... вернуться.

– Пф-ф-ф-ф, хорошо что сказал. Сейчас месячный абонемент на посещение оформлю.

– Я сказал, а вы меня услышали.

– Да, да, я понял.

– О чем шепчетесь? — обратилась ко мне Айрис со следующего лестничного пролёта, наклонив над перилами голову.

– О способах поедания сладких булочек с корицей.

– Чувствую что пожалею об этом, но всё же?

– Ну смотри, — я поднёс ко рту руку, будто держа невидииое пирожное, — сначала слизываем корицу...

Начинаю делать лижущие движения языком, пристально смотря в глаза Айрис, всем своим видом намекая что речь идёт не о еде. Она хмурит брови, пытаясь понять что происходит. Спустя пару минут просто махаю рукой — была бы тут Джесси, то всё бы получилось, а так...

Поднявшись до самого верха, первым выхожу в огромный холл только для того чтобы нырнуть рыбкой обратно за стену, так как он был забит рядами пехоты, за спинами которой возвышался огромный боевой робот в виде башни стальной расцветки на четырех ребристых валах, что служили ему средством передвижения – Арсенал. Падаю на пол и увлекаю за собой Айрис. На головы нам падает искрошенный декоративный мрамор стены, простреливаемой насквозь шестью шестиствольными гатлингами, составляющими вооружение левой руки творения сумрачного шинровского гения. Сисадмин среагировать не успевает и верхнюю половину его туловища буквально отрывает сплошным роем пуль. Шива с Ифритом также не выдерживают плотности огня и развеиваются. Одному Рэду все нипочем – он всего лишь пригнул голову, пропуская все над собой. Группируюсь и выпихиваю девушку ногами из сектора обстрела. Сам же поворачиваюсь на живот и краем глаза выглядываю из-за угла. Железяка, продолжая поливать из левой руки пулями как из огромного шланга, готовила к выстрелу оружие в правой – лучевую пушку такого внушительного калибра, что я мог бы засунуть голову в ее дуло. Цилиндры на ней стремительно раскручивались, а изнутри ствола нарастало красное свечение, сигнализируя что выстрел скоро будет готов.