Поток жизни. Том 1

– Надеюсь, у них ничего не вышло?

– Надейся, – мудак усмехнулся, – они смогли получить некоторые… весьма интересные данные о структуре Оружия. Это довольно-таки интересная вещь – чрезвычайно крепкая, прочнее любого известного металла, минеральная кора снаружи и огромное количество потока жизни внутри. Практически Планета в миниатюре. И способности у нее соответствующие.

– Все еще не понимаю, как ТЫ с этим связан.

– О-о-о-о, видишь ли, в один момент я… многое осознал. Чрезвычайно многое. И решил действовать немного по-другому. Изменить, так сказать, правила игры.

– Угу, если джентельмены не могут победить – они меняют правила. В курсе.

– Именно так. Для безмозглой псины ты иногда говоришь довольно дельные вещи.

– Для обрыгана, которому все просто упало с неба, у тебя слишком большое ЧСВ.

– Что? – его глаза в гневе сузились.

– Говорю что не тебе, кому все дано с рождения, и кто не приложил ни малейших усилий для получения своих способностей, на кого-то кукарекать.

– Просто поразительная способность вынуждать противника желать разорвать тебя на куски.

– Спасибо. Так че там дальше-то? Ты не закончил.

Сефирот прикрыл глаза и покрутил головой из стороны в сторону, будто раздумывая над тем, стоит ли меня порвать на клочки сейчас, или чуть-чуть все же обождать. Не надо сейчас, я еще даже Айрис ножку не облизал. После этого можешь убивать, а вот до – ни-ни.

– Так вот, получив подобные данные, ученые Шинры не смогли их должным образом приложить к своим исследованиям – слишком уж неподъемный для них уровень. А вот Ходжо… Он смог придумать кое-что. Пусть и не без моего участия.

Сефирот поднял руку и, словно увидел ее в первый раз, придирчиво осмотрел ее.

– Основой послужил один из моих неудачных клонов – все же я должен был как-то это тело контролировать. После все его внутренние органы и внешние покровы трансформировали – то, что внутри, наполнили огромным количеством мако. На том, что снаружи, вырастили кристаллическую броню с помощью данных об Оружии. Все это объединили в единый организм с их же помощью. И теперь это тело… пусть и не верх совершенства, но все же, все же… довольно интересно.

Я несколько раз моргнул. То, что сначала показалось трудностью практически Планетарного масштаба, превратилось в… какую-то клоунаду. Они же не могут быть НАСТОЛЬКО тупыми, ведь так? И не могут не догадаться, что клетки Дженовы, находящиеся внутри клона-основы, начнут конфликтовать с огромным количеством мако и структурой Оружия, которое, на секундочку, является ответом Планеты на появление этой самой Дженовы, ведь так?

– Не вижу осознания своей никчемности.

– Сорян, его и не будет.

– Ну что ж, печально. Столько времени потратил… Тогда просто умри.

Не дожидаясь окончания его фразы, отдаю мысленную команду Багамуту. Он, заранее выдвинув из-за плеч свою артиллерию, сразу атаковал лучами. Они получилась куда тоньше и не такими разрушительными, как после подготовки, но прожигать стальной пол были в состоянии. Вот только по Сефироту они полоснули без малейших для того последствий – только кожа чуть покраснела.

– Я же говорил – у тебя нет шансов.

– А я тоже уже говорил – соси.

Стреляю двумя оставшимися в барабане БД пулями. Одна – обычная, лишь отскакивает от него, а вторая – разрывная, разлетелась огненным всполохом, не нанеся опять никаких повреждений.

Сефирот начинает шагать. Медленно. Неудержимо. Не иначе как ожидая что я обделаюсь. А вот хрена тебе. Ведь я уже. Отскакиваю и заменяю револьвер на пушку – снаряд просто сплющивается об кожу противника. Багамут, тем временем, зарядив атаку, стреляет еще раз. Лучи расчерчивают все помещение лаборатории, обращая его в огненный хаос. Но Сефироту все равно – он продолжает шагать с ухмылкой на лице. В бой вступает Рэд – бросается вперед, раскручиваясь во время прыжка колесом и, набрав скорость, полосует когтями по лицу мудака. Тот лишь отмахивается и котопса сносит в сторону от легкого взмаха ладони. В моих руках стрекочет пулемет. Пули плющатся и отскакивают, не вызывая ничего кроме ухмылки. Выхватываю из Инвентаря материю Ифрита и кидаю ее Рэду, затем беру гранату, которую тут же швыряю прямо в лицо Сефироту, но тот от нее просто отмахивается.

– Призови Ифрита! Я его постараюсь задержать.

Рэд кивает и складывает лапы поверх красного шарика, после чего поднимает морду и начинает выть. За ним появляется Призыв – проекция полубога огня приняла вид получеловека-полуволка, который сразу же опустился на четыре конечности и широко раскрыл пасть, создавая огненный шар.

Достаю меч и делаю выпад. Ответный удар Масамунэ просто отсекает половину моего клинка. Е-мое. Такое по гарантии могут и не принять. Достаю из Инвентаря оружие последнего шанса – банку с мако-взрывчаткой, которую изготовила София, с примотанными к ней тремя гранатами и шнуром, продетыми в их кольца. Если бы Джесси это увидела, то никогда бы больше ко мне не приблизилась ближе, чем на пару километров.

– Собрался выпить за упокой своей души?

– Не, за это я выпить готов только твои слезы, шелупонь, – дергаю шнурок.

Одновременно с этим Ифрит и Багамут выпускают свои атаки – метрового диаметра огенный шар и двенадцать сиреневых лучей. Все это одновременно полетело в Сефирота. После чего Багамут метнулся ко мне, а Ифрит к Рэду, закрывая нас своими телами.

Температура в центре помещения подскочила, наверное, до пары тысяч градусов. А взрыв проломил пол и потолок, разметав все, что мы не сумели разломать до этого. Вот только это было безрезультатно.

Зависнув в центре лаборатории над образовавшейся в полу дырой, Сефирот не выглядел пострадавшим. За исключением одного ма-а-а-аленького нюанса. Я улыбнулся.

– Разум перед смертью помутился? – в очередной раз исчезнув, ублюдок переместился ко мне и, схватив за горло, поднял над собой.

Я же, расплывшись в безумной ухмылке, показал левым указательным пальцем вниз – на его тело. Сефирот, нахмурившись, перевел свой взгляд на него же.

Серая сетка, украшавшая его тело, с самого момента выхода из капсулы начала шириться и расти – просто я заметил это лишь в середине нашего разговора. А с начала битвы скорость этого процесса увеличилась в несколько раз. Теперь же эти линии свились в мелкую неровную мозаику и почернели. Кожа начала осыпаться, демонстрируя неровный рельеф мышц и внутренностей – будто бы бугристая поверхность металлической руды. И они тоже начали рассыпаться мелкой пылью.

– Кажется, ты снова отсосал, чмоха, – все с той же улыбкой бью его в центр корпуса кулаком.

В этот раз рука проходит сквозь все его тело без малейшего сопротивления.

– ТВА-А-А-А-АРЬ! – Сефирот вопит мне в лицо и хватается за него руками, надеясь раздавить, но в его руках уже нет силы – лишь оставляет на моих висках и щеках пыльные следы.

Он опадает грудой металлического праха.

– Так народ, фотография на память! – подзываю к себе Рэда и вызываю Багамута, уничтоженного взрывом.