Поток жизни. Том 1

Поднимаюсь на третий этаж. На нем две двери. Толкаю первую. Внутри три человека, склонившиеся над столом со стопками бумаг. Три знакомых мне лейтенанта. Лесли, Котч и Скотч. Они одновременно поднимают головы.

– Привет мертвецам, — пистолет издает еще два хлопка. Двое из ларца валятся мешками.

Белобрысый вздрагивает и делает пару судорожных вдохов.

– И-и-и-и-и че-че-че-чем об-об-обяз-ан-ан?

– Хз, если честно, — я и вправду не до конца понимал почему оставил его в живых. Вроде как он был ровным пацанчиком в игре, но вот только я уже убедился в практически полной бесполезности знаний из нее, — попробуй назвать мне причину.

– Я-я-я-я-я мо-мо-могу…

– Короче, бля.

– Де-де-деньги-ги.

– Хм, живи пока что. Попробуешь смыться и я тебе все кости переломаю, ясно?

Лесли несколько раз кивнул, затрясшись при этом всем телом. Осталась вторая комната. Внутри была приемная, если можно так сказать — пара столов и диванчиков, на которых развалилась еще пара дрыхнувших братков. Плюс два. Открываю последние двери. За ними спальня, погруженная во мрак. Нашариваю и щелкаю выключатель. Все заливает свет, что отразившись от красных стен окрасил все в бледно-фиолетовый оттенок.

– Э-э-э-э? Че за херь? Лесли, ты? Какого хуя?

Со здоровенного траходрома посреди комнаты поднялась жирная туша местного вершителя судеб. Ну, сугубо по его личному мнению. Маленький рост, волосатая грудь, выбритая голова с зализанным хохолком и татуировкой пронзенного стрелой розового сердца. Какой же он мерзкий. Убивать я его буду с толикой отвращения.

– Ты кто еще, мать твою? Э! Охрана! Че здесь этот чмырь делает?

Наступила тишина. Я молчал. А трупы говорить не умеют.

– Да че за срань здесь творится? Ты кто, бля?

Продолжаю молчать. Корнео заметно нервничает — высокая фигура, закутанная в плащ, что врывается к тебе ночью в спальню у кого угодно заставит очко заиграть.

– Да хули ты бля молчишь?

На кровати заворочалась вторая фигура. Фигурка точнее. Бля, не то чтобы это многое меняло, но я надеюсь что ей хотя бы 18 есть. Дон, не иначе как слегка осмелев от молчания, подошел вплотную и схватился за мой воротник.

– Да ты, сука, знаешь кто я?

– Тот кто сегодня сдохнет в муках? — наконец-то подаю голос я.

– ШШШТООО?

– То, — тыкаю ему в пузо пальцами, отчего он сгибается. Обхожу его слева и бью с короткого замаха ногой в колено. Его подкашивает и он валится кучей, в последний момент успев выставить руки и опершись ими о пол.

– А-А-А-А-А-А! — ну да, сломанное колено это больно. Наверное.

Начинаю каблуком крошить ему пальцы. Он брыкается, вопит, но куда ему против СОЛДАТа.

Кулаки сжимаются. Они жаждут чужой жизни.

Начинаю избивать Корнео. Медленно. Методично. Как кузнец кует металл, не давая тому застыть в неподходящей форме, я не позволял ему сдохнуть. Лицо дона превратилось в кровавую кашу. Он уже даже не брыкался и не вопил. Только хрипел.

Внезапно раздался щелчок взводимого курка. Мне в голову уперся дрожащий ствол здоровенного золотого пистолета, который еле удерживали на весу две хрупких девичьих руки.

– Отойди от него.

– И с чего бы мне это делать, м-м-м?

– Он должен дать мне денег. Много денег.

– Хах, — я усмехнулся, — подруга, тебя развели.

– НЕТ! ОН ОБЕЩАЛ! — ствол задрожал еще сильней.

– Ну и кому ты на слово-то поверила? Ему что ли? Ну ты даешь, млин.

Девушка, хотя возможно что и девочка, задрожала всем телом и всхлипнув, опустилась на колени, выпустив из рук пистолет. Хорошо что он от удара об пол не стрельнул. Вот бы я запарился объяснять детали случившегося Айрис.

– Но-но как… деньги… нам нужны деньги…

– А кому они не нужны? Но восславь Планету, подруга. Сегодня все твои самые смелые желания исполнятся. Иди, короче, в соседнюю комнату, там хрен белобрысый сидит. С него деньги потребуй сколько надо. Скажи что я сказал.

Она явно не в полной мере осознавала что я ей говорю. Слишком много потрясений за один день. Беру ее за руку и тяну вверх. Девушка подчиняется и встает. Веду ее к Лесли.

– ЭЙ, ПОТЕРПЕВШАЯ! ИДИ СЮДА! — попутно вызываю вторую пострадавшую.

Старшая сестра бегом взлетает по лестнице и увидев младшую, немедленно бросается к ней и сжимает в объятиях. Так, понятно. Надо кого-то более трезвого умом звать.

– Э, белобрысый, — ко мне немедленно подбегает оставшийся лейтенант, — вот этим двум выдать бабла сколько они хотят, найти одежду и охранять пока они там дальше не разберутся как жить. Не дай Планета ты косяк спорешь, я тебя найду и хребет вырву, понял?

Лесли закивал столь часто, что я начал опасаться за целостность его шеи.

– Так, девицы, — девушки посмотрели на меня заплаканными глазами, — я все понимаю, тяжелый день, все дела, но тут скоро пожар начнется, так что в темпе вальса собирайтесь. Вот этот белобрысый о вас позаботится и даст денег, ради которых вы, походу, сюда и залезли. Все ясно?

Те закивали. Ну я молодец. ЦУ надавал, осталось лишь проследить за исполнением.

– Ну так вперед все! Хрена ли замерли? — троица начала наконец-то шевелиться.

Ну а мне надо закончить одно дельце. Корнео лежал там же где я его и оставил. И он вырубился походу. Неудивительно. Найдя в соседней комнате бутылку воды, выливаю целиком ему на голову. Дон начинает дергаться и сипеть.

– Слышишь меня, дружок?

Куча мяса дергано кивает головой.

– Наверно ты все думаешь — а что сегодня такое произошло? За шо, как говорится. Отвечу тебе перед смертью, так и быть. Сегодня я пришел распорядиться жизнью того, кто слишком уж привык распоряжаться жизнями других. Вот и все. Карма, хули.

Простреливаю Корнео второе колено, после чего оттаскиваю его на ковер перед кроватью. Подхожу к оголовью и начинаю дергать все выступающие части. Так, где-то… а вот, есть. Очередная драконья морда поддалась нажатию и опустилась носом вниз. Одновременно с этим перед кроватью открылся люк, в который и провалился дон со своим ковром. Карма, хули.