Поток жизни. Том 1

Она представляла из себя несколько металлических кругов, идущих от самого крупного внизу до самого маленького вверху, на котором в захватах был расположен прозрачный стеклянный шарик. Вокруг же установки, издающей низкий гул было расположено несколько антенн-приемников, направленных наружу в разные стороны и соединенные с ней кабелями толщиной в руку. И кое-что она мне напомнила. То, от чего начал чесаться несуществующий уже шрам по периметру лица.

– Слышьте, неуважаемые знатоки, предлагаю сыграть вам в игру – я задаю вопрос, и кто не успевает на него ответить за десять секунд, умирает. Начнем с тебя, – я направил БД на ближайшего яйцеголового, – для чего эта ваша приблуда предназначена?

Тот, с ужасом в глазах, начал метаться умоляющим взглядом по коллегам, но те, склонив головы, молчали.

– Неверно, – голова незадачливого молчуна разлетелась от попадания шестнадцатимиллиметрового патрона, – ты следующая. Вопрос тот же.

Следующая цель, женщина средних лет с пучком мышистых волос, лишь закатила глаза и грохнулась в обморок.

– И это тоже неправильно, – делаю очередной выстрел, – не переживайте, у меня патронов еще много, на каждого хватит.

– Скажу! Все скажу! Только не стреляй! – очередной ученый, пухлый мужик средних лет, на которого я направил револьвер, поднял руки и затрясся, – это… это экспериментальное оборудование для формирования новой материи.

– О, и что же это за материя такая? – хотя я уже начинаю догадываться.

И если эта догадка подтвердится, то все эти сраные доктора наук тут же своими умными мозгами пораскинут.

– Мы… не знаем. Завершающая часть эксперимента должна проводиться под личным руководством профессора Ходжо. Он же и даст окончательные указания по настройке приборов.

– Не еби мне мозг, клоун. Ни за что не поверю, что вы всем своим сучьим кагалом не смогли додуматься ни до чего вообще. Выкладывай все, живо.

Глазки пухляша забегали. Кажется, ему не очень-то и хочется рассказывать. Ну ничего, сейчас простимулируем. Выстрел. Голову ближайшего к нему коллеги разорвало.

– ВСЕ СКАЖУ! ВСЕ СКАЖУ! – присев и прикрывшись руками, завопил ученый.

– Ну так не стесняйся. Твои сомнения могут еще кому-нибудь стоить жизни. Например – тебе самому.

– Все эти внешние приемники предназначены для улавливания потока жизни – его излучения при смерти живых организмов. То же оборудование используется при производстве новых материй, это рядовой промышленный процесс, – затарахтел пухляш как из пулемета от страха.

– Но?

– Но обычно используется гораздо меньше приемников, и у них не такая информативность сигнала. Они превышают промышленные почти на два порядка.

– То есть?

– То есть количество информации, которую собираются загрузить в прототип, – он кивнул на прозрачный шарик, – может превышать таковое у обычных материй на три порядка.

Ебать. Ничего не понял. Хотя есть еще один вопрос…

– Ты сказал что они используются для улавливания излучения при смертях живых существ. И при этом говоришь, что поглотить эти приемники готовы в тысячу раз больше информации. А где, собственно…

Я не договорил. Потому что осознал. И остальные ученые поняли, что я понял. Гнилые хуесосы. Они начали разбегаться в стороны. Не так быстро. Извлекаю меч и перемещаясь рывками, от одного к другому, разрубаю каждого из яйцеголовых на пары неровных кусков. Лужи крови и выпадающие внутренности окрасили площадку в инфернальные тона. Перерубаю кабели, ведущие от приемников к установке. Раздражающий гул приборов затих. Почти победа. Осталось понять что здесь забыли шептуны и их папочка. Но сначала – прозрачный стеклянный шарик отправляется в Инвентарь.

– Раздражаешь. Следовало тебя убить с самого начала. Но я вновь совершил эту ошибку – посчитал летающую вокруг мошку не заслуживающей моего внимания, и теперь расплачиваюсь за это. Снова.

Разворачиваюсь и вижу Сефирота. В этот раз он появился сразу при оружии – со своей двухметровой катаной Масамунэ.

– Ой-ей, но ведь ты же говорил, что больше не придешь ко мне? Как же так, семпай? Ты меня обману-у-у-ул? Как нехорошо.

Вместо ответа он сделал диагональный взмах мечом, посылая в мою сторону волну энергии, что своим нижним концом касалась металлического пола, оставляя за собой глубокую борозду. С легкостью уклоняюсь от медленно летящей угрозы и одновременно перезаряжаю БД, ведь все три патрона до этого потратил на яйцеголовых недоумков. Быстро прикидываю в голове что из оружия имеется в наличии. Метательные ножи – все, снаряды к пушке еще есть, но она не заряжена, короб пулемета наполовину пуст. Все остальное на месте. Так что повоюем.

– ИФРИТ! – начинаю сразу с призыва братской помощи, от которого из носа брызжет кровь.

– БАГАМУТ!

Блядь. Пиздец.

Над Сефиротом появился человекоподобный дракон семи метров ростом – с руками, что заканчивались клинками из отвердевших перьев и крыльями, которые выходя из плечевых суставов, делились на восемь отростков, два крупных снизу и сверху, и шесть покороче между ними. Рубиновая чешуя блестела, а желтый шарик-амулет в центре груди сверкал, пробуждая легкую неуверенность. Тварь зависла в воздухе, злобно оскалившись пастью с десятками зубов-игл.

– Пе-песика себе завел, да? – немного струхнул я.

– Не тебе, помойной псине, что прибилась к этой поганой девке-Древней, называть Короля Драконов песиком.

– Слышь, чмо, извинись.

– Хм-м-м-м? – с усмешкой повел бровью Сефирот, – и с чего бы мне перед тобой извиняться?

– А кто говорил про меня? – первым бросаюсь в атаку.

Ифрит, получив мысленный приказ, заревел и запустил огромный огненный шар в Багамута, отвлекая его от меня. Я же, выхватив в дополнение к БД нож, стремительной сокращал дистанцию – дуэлиться на мечах с лучшим фехтовальщиком Планеты так себе затея, а вот войти в клинч, где от его катаны проку ноль, может и дать пару шансов на победу.

Делаю три последовательных выстрела, опустошая барабан и отбрасываю револьвер в сторону – больше он мне не пригодится. Сефирот, не двигаясь с места, с улыбкой отбил первые две пули ударами вертикальными ударами вверх-вниз, и увернулся от третьей, чуть отклонив голову в сторону. Молодец. Так держать. ЧСВ еще никого до хорошего не доводило. Призываю пулемет. Клинок Масамунэ находится в наклоненном к правой ноге положении и Сефирот не сможет отбить все выстрелы. Грохочет очередь. Он делает боковое сальто, уклоняясь от большинства пуль, но парочка его все же задевает, выбивая облачка черного дыма из тела. Не понял. Это что, фантом? Не тело Дженовы?

Над нами ревет Багамут – Ифрит, запустив в того несколько снарядов, на этом не ограничился и, в пару прыжков сократив между ними расстояние, запрыгнул тому на ногу, после чего, перехватываясь за серебристые выступы на чешуе, добрался до крыльев, из которых начал выламывать отростки. Дракон же неистово крутился и изгибался, пытаясь сбросить с себя проекцию полубога огня, но тот крепко держался вонзенными в плоть Багамута когтями.

Сефирот, получив первую рану, явно решил отбросить притворство – с Масамунэ сорвалось несколько последовательных серпов энергии, ограничивая мое перемещение, после чего он сделал выпад, удлиняя в его процессе меч. Отбиваю клинок чуть в сторону ножом и хватаюсь за его тупую сторону. Начав укорачивать меч, Сефирот одновременно с этим придал мне ускорения, отчего я, стремительно сократив расстояние, бью ножом вперед. Снежок отскакивает назад, разрывая расстояние, но я уже готовлю следующую атаку – призываю гранату из инвентаря и дергаю чеку. Сефирот взмахивает рукой, призывая перед собой щит, состоящий из множества прозрачных шестиугольников. Хе-хе, помянем. Светошумовая граната взрывается, ослепляя его. Призываю одновременно пушку и снаряд к ней. Сефирот же, ожидая что я, пользуясь его временной слепотой, тут же брошусь к нему ближе, надеясь нанести рану ножом, взмахивает перед собой Масамунэ. Безрезультатно. Я же делаю выстрел.