Потомки мертвого короля
Шрифт:
Или они просто уже следили за мной и знали, что я исправил приказ? Ну да, лорд Эрвин же сразу сказал об Орхейорде…
Я тогда решил, что это только из-за моего вмешательства в похищение Агнес. Но, может, они просто хотели проверить, насколько далеко я готов зайти ради Адриана?
Приказ-то словно меня ждал… А едва я его исправил, он сразу был взят в исполнение… И понеслось…
Что ж, вполне разумное объяснение. Интересно только, когда именно я спалился. Или кто-то из ребят донес, что я слежу за Адрианом, а тот роет куда-то не туда? Может и так. Теперь и не выяснишь.
Но ясно одно — мысль о проклятии
А еще было «во-вторых». Раз часть залов передо мной до сих пор не открылась, это означает, что Адриан и Агнес пока не признаны как хозяева замка? Или что я пока не признан замком? Надо бы как-то проверить, пройтись с Адрианом, потыкать им в стенки, в которых должны быть двери, невидимые для меня.
Словно откликнувшись на мои мысли, от стены напротив кровати вдруг отделилась тень… Вернее — Тень…
— Адриан? Что ты тут делаешь? Как ты сюда попал?! Через щель в двери просочился? — я нервно усмехнулся, глядя на приближающегося ко мне… призрака, Танатос всех… Призрака, очень похожего на моего друга, только одетого в какой-то странный костюм, словно он своего древнего предка собрался играть на сцене театра.
— Зачем ты меня предал? — прошелестел призрак, глядя на меня серо-голубыми, словно выцветшими глазами. Нет, сходство с моим другом было пугающим, но все же… все же, надеюсь, это не он. Потому что иначе я его сейчас просто убью!
— Я тебя, идиота, от костра спас! — огрызнувшись, я начал прикидывать, как стратегически правильнее поступить.
Упокаивать призраков я не умею, способностей медиума у меня тоже нет, так что даже нейтрализовать этого на меня обиженного не получится.
Значит, надо вызвать того, кто упокоит, и очень быстро. Но не орать же на весь замок: «На помощь!»?
— Ты?.. Так это все же был ты? — недоверчиво уточнил призрак и… исчез.
Слава Йгеншуэлю! Все, решено!.. К Танатосу такие развлечения!.. В гостиницу завтра с утра переедем!
Адриан:
Вообще-то планировалось что я просто развлекусь немного, почву прощупаю, реакцию оценю… Вдруг опять завизжит и рванет под лестницу? Или Мартошу наябедничает? Все же сколько бы ни было лет той, что сидит сейчас внутри тела, самому телу всего пятнадцать. А даже у простых людей с их пристрастием к ранним бракам совершеннолетие наступает в шестнадцать. Так что я всего лишь хотел развлечься… Развлекся… Взрослый взгляд и ласковые уверенные прикосновения пальцев. Чувствуется, что опыта у той, что внутри — хватает. Но… Сексом надо заниматься с телом, а не с душой. И как бы соблазнительно девчонка себя ни вела, с виду ей пятнадцать… Ладно, уже шестнадцать, собственно говоря. Но я лучше подожду рядом, пока будет хотя бы… восемнадцать-двадцать.
Грудь у нее начала наливаться очень даже многообещающе, так что есть надежда…
На самом деле, я просто давно не был с женщиной, вот и… Короче, дальше поцелуев заходить нельзя, иначе буду себя соблазнителем малолетних чувствовать.
Наверное, изначально Мартош обо мне именно так и подумал, когда нас вместе увидел. Хотя вряд ли…
Скорее он решил, что я объедал беззащитного ребенка, приказывая ей делиться со мной пирогами. Да в мыслях даже не было! От силы штук пять съел, в отличие от этой малолетней обжоры.— Тоже поесть захотел? — подколол я стоящего в коридоре друга. Вид у него был злой и какой-то… не то чтобы напуганный, но очень близко к этому. — Да не переживай ты! — я хлопнул Мартоша по плечу. — Отсюда я точно не сбегу, тут же полный лес охраны, под каждым деревом сидят. Даже прогуляться не дали, сразу выскочили и обратно в замок затолкали.
— А с чего вдруг тебе прогуляться ночью приспичило? — с подозрением поинтересовался Мартош, открывая перед бестолочью дверь в ее спальню.
— Это он меня от зомби защищал, — неожиданно прокомментировала девчонка, кивнув на бесшумно прокравшуюся следом за нами нежить. Интересно, теперь этот местный труп так и будет за ней следом ходить?
— Ну а потом пирог за пирог… там на утро ничего не осталось, надо что-то делать!
И с этим вечно недокормленным ребенком я только что целовался? Прожорливая бестолочь… Нет, пока не подрастет на голову, никаких развлечений, даже пробных. Только пугать в темноте и больше ни-ни! Надо просто объяснить Мартошу ситуацию, он же тоже нормальный здоровый мужик, поймет, что у меня физиологическая потребность. А если не доверяет, то может со свечой постоять или договориться сразу на парочку шлюх. Хотя он правильный и такие развлечения не одобряет…
Нет, конечно, своим тонким намеком на то, что мы пирогами развлекались, бестолочь меня прикрыла, но я не собирался скрывать, что хотел прогуляться. Мой замок, мой парк… Имею право подышать свежим воздухом!
Так что дождался, когда девчонка скроется в своей спальне, и пояснил:
— Не спалось что-то, мерещилось всякое…
— Тебе тоже? — почему-то с облегчением уточнил Мартош. — И мне кошмары снились. Причем с твоим участием.
— И что я делал в твоих кошмарах? — мы направились к себе и встали в общем холле, каждый у двери в свою спальню.
— Ты пытался от меня добиться, за что я тебя предал.
— А… Ну, это я могу, — усмехнувшись, я подмигнул Мартошу и потом насколько мог серьезно и искренне произнес: — Но я тебе очень признателен. За все.
И быстро свалил к себе, чтобы эта трогательная сцена не затянулась и не превратилась в фарс.
Глава 24
Мартош:
Проснулся я от вибрирующего на прикроватном столике менталфона и даже не сразу сообразил, где нахожусь. Просто рявкнул в трубку: «Иллеш на связи». А дальше резко так взбодрился, подскочил, принялся быстро одеваться, одновременно выслушивая басовитый голос непосредственного начальника.
Когда я занялся решением «семейных проблем», подозрительных смертей в высшем обществе было три. Теперь их стало четыре. Причем первые две уже удалось успешно раскрыть, но третья по-прежнему, как выяснилось, висела на мне, и четвертую тоже придется взять мне. Потому что это в Дорсенйорде и в высшем же обществе, а оно так меня любит, и я знаю, как с ним ладить…
Моего начальника послушать — больше аристократов в нашем департаменте нет!.. Один я каким-то чудом затесался, а остальные все с низов выслужились.