Потомки

Скотт становится рядом с Сидом. В палате стоит тишина, пока он разглядывает лицо моей жены. Я кашляю, он подходит к окну и раздвигает жалюзи.

— Хороший денек, — говорит он. — Облаков нет, и не слишком жарко.

Я смотрю на жену. Мне кажется, что сейчас она ему ответит. Сид ей понравился бы, я в этом уверен.

— Рина прислала сообщение! — внезапно вскрикивает Скотти. — Она здесь, в больнице!

— Черт возьми, Скотти, я же просил тебя не приводить сюда Рину!

— Ты сказал, что ей можно прийти в четверг, а сегодня как раз четверг. Я хочу, чтобы она увидела маму. Можно? Сид ей понравится, он настоящая личность. И я хочу, чтобы она познакомилась с Алекс.

— А как насчет меня?

— И с тобой она познакомится.

— Ну, не знаю.

Когда я разрешил Скотти привести в больницу Рину, то еще не знал, что моя жена умирает.

— Но, папа, почему Алекс можно привести Сида, а мне Рину нельзя?

— Хорошо, — соглашаюсь я, потому что не хочу больше не только спорить, но даже говорить. — Если тебе это так нужно, хорошо.

Конечно, это хорошо. Сейчас для нас важно все, что поможет нам держаться.

Скотти выбегает из палаты.

— Ну что? — говорю я. — Все готовы?

Через несколько мгновений в дверях появляется Рина. Рядом с ней стоит Скотти. Рина брезгливо оглядывает палату.

— Папа, это Рина. Рина, это моя сестра и Сид, а там, на кровати, моя мама Рина небрежно машет нам рукой. На ней теннисная юбочка из мягкой ткани и такая же курточка с капюшоном. И на том и на другом поблескивает серебристый логотип: «SILVER SPOON» [39] .

39

Имеется в виду английское выражение to be born with a silver spoon in your mouth— «родиться с серебряной ложкой во рту»: соответствует русскому «родиться в рубашке».

— Значит, это твоя мама, — говорит Рина и подходит к кровати. — Надо же! Вот, значит, она какая.

Я бросаю взгляд на Алекс, но она, судя по всему, сбита с толку не меньше меня. Скотти подходит к подружке и трогает мать за плечо.

— Я должна пожать ей руку? — спрашивает Рина.

— Если хочешь, — отвечает Скотти.

— Нет уж, спасибо, — говорит Рина.

— Бред какой-то. — бормочет Алекс.

Никогда бы не подумал, что маленькие девочки могут быть такими. Рина не обращает на нас никакого внимания. Как будто мы все ее прислуга. Сид смотрит на нее насупив брови, словно пытается решить сверхсложное уравнение.

На плече Рины висит сумка размером с артиллерийский снаряд. Скотти отходит от кровати и становится рядом с Сидом. Тот ласково треплет ее по голове. Скотти крепко прижимается к нему. Рича окидывает их понимающим взглядом и важно кивает. Затем смотрит на часы.

— А где твоя мама? — спрашиваю я.

— В салоне красоты, — отвечает она.

— Ты пришла одна?

— Ну да, одна. В смысле, в машине меня ждет мамин водитель, но сюда я пришла одна. Мне не нужны сопровождающие.

В ее голосе слышится что-то такое, отчего мне хочется выхватить пистолет и пристрелить ее на месте. Если бы сейчас с ней что-то случилось и она начала вопить от боли, я бы только улыбнулся.

— Послушайте, девочки, почему бы вам не сходить куда-нибудь поесть мороженого или чего-то еще…

— Слишком много углеводов. — бросает Рина.

— Что?

— Углеводов! — повторяет она.

— Тогда съешьте по листику салата, и потом, Рина, может быть, не стоит заставлять маминого водителя ждать так долго?

— Пускай ждет. Он самоанец. Золотые сердца, сами знаете.

— О’кей, пускай ждет. Скотти, теперь, когда мы все в сборе, предлагаю заняться нашими семейными делами.

— Все-все, — говорит Рина, — ухожу. — Она смотрит на Скотти, машет ей рукой и добавляет: — А ты, оказывается, не врала.

Скотти бросает быстрый взгляд на Сида, Алекс и меня. Ничего не понимаю.

— Разве ты не останешься? — спрашивает ее Скотти, отходя от Сида.

— Нет, у меня урок танцев. — Рина вытаскивает из своей сумки гаджет, читает сообщение и закатывает глаза. — Этот Джастин просто СУ, — говорит она. — Пока, Скотти, увидимся в клубе. Надеюсь, твоя мама поправится. Чмоки-чмоки.

Мы смотрим ей вслед, разинув рты. Когда она уходит, я спрашиваю Скотти:

— Объясни, пожалуйста, что означает эта фраза: «Ты не врала»? И что такое СУ? Что значит «Джастин — СУ»? Почему Рина считает тебя вруньей? И кто она вообще такая?

— Рина не верила, что моя мама спит и… — Скотти мнется и смотрит на Сида. Ее лицо медленно заливается краской и приобретает цвет помидора черри. — А СУ — это сокращение от «слабоумный».

— И?.. — говорит Алекс.

— И все.

— Выходит, ты пригласила Рину для того, чтобы показать ей, что мама действительно в коме? — спрашивает Алекс. — Слушай, у тебя в башке мозги или опилки?

— Да заткнись ты, сама… сучка подзаборная. — огрызается Скотти.

— Эй-эй, девочки, — говорит Сид, — полегче.

— О чем ты ей еще рассказала? — спрашивает Алекс.

Я вспоминаю, как Скотти только что прижималась к Сиду и как на них посмотрела Рина.

— А Сид? Что ты болтала про Сида?

— Ничего! — отвечает Скотти.

— Девочки, не надо ссориться из-за Рины. — пытаюсь образумить их я. — Какие у нее отношения с мальчиками, это ее дело, вы-то у меня не такие!

Я понимаю, что обязан сделать все, чтобы Скотти не стала подражать Рине, ибо чувствую, как неуклонно назревает в ней это желание. Еще немного, и оно вырвется наружу.

— Я просто сказала ей, что Сид — мой парень, чтобы она от меня отвязалась, — говорит Скотти.

— Ты что, идиотка? — говорит Алекс.

— А вот и нет. Он мне сам сказал, что он не твой парень. У него таких, как ты, может быть, тысячи. И со всеми он трахался.

— Скотти! — ору я.

В глазах у Алекс боль.

— Брось, мне наплевать, — говорит она. — Что мы с ним, семья, что ли?

Сид хочет что-то сказать, но лишь качает головой. Я смотрю на Джоани, молча лежащую на кровати.

— У тебя мобильник звонит, — говорит мне Скотти.