Потому что нас много

 * * *

— Доброе утро, полковник.

В окне видеосвязи появился полковник Баттер­уорт — как обычно безупречный, в идеально выглаженной одежде. Интересно, как ему это удается?

— Доброе утро, Говард. — Он кивнул моему изображению на своем настольном телефоне. — Рад вас видеть. Я слышал про сегодняшнее нападение.

Его слова меня удивили: я не помнил, чтобы на Земле полковник Баттеруорт хоть раз приветствовал Райкера столь дружелюбно. Должен ли я обидеться за Райкера или порадоваться за себя?

Конфликт между лидером анклава СШЕ и Райкером возник с самого первого дня. У меня, разумеется, были все воспоминания Райкера вплоть до того момента, когда он меня клонировал. Назвать его «напористым» — значит, ничего не сказать, но он, по крайней мере, всегда вел себя профессионально.

Пожав плечами в уме, я решил не беспокоиться на этот счет. Все это было в другое время и в другом месте, и — если уж начистоту, то я — не Райкер.

— Да, но в следующий раз нам, возможно, повезет меньше, — ответил я. — Рапторы — умные твари, они сообразят, что экскаваторы несъедобные. Если они хорошо различают цвета — а это очень вероятно — то, скорее всего, свяжут ярко-желтый с несъедобными существами в твердых панцирях, а затем обратят внимание на мягких и сочных двуногих существ.

Баттеруорт фыркнул.

— Я знаю, какую стратегию с беспилотниками вы предлагаете. Прямо сейчас я читаю ваш план по созданию системы наблюдения, и мне кажется, что он вполне всеобъемлющий. У меня есть несколько небольших предложений; их можно обсудить, когда вам будет удобно.

Я молча кивнул. Предложения полковника будут хорошими, и я, скорее всего, ими воспользуюсь.

— Так где мистер Бродер? Разве он не должен быть здесь?

— Должен был. — Полковник пожал плечами. — Но что-то случилось. Я побеседую с ним отдельно, а если будем что-то обсуждать, вызову вас.

Я кивнул, затем бросил взгляд через плечо полковника на план города, висевший на дальней стене. Я указал на него кивком головы.

— Бумажный плакат? Любите старину?

— Печатные копии по-прежнему играют свою роль, Говард. Плакат гораздо больше, чем изображение в планшете, и я могу делать пометки на нем цветным маркером. Кроме того, я время от времени его фотографирую. — Полковник подарил мне одну из своих фирменных саркастичных улыбок. — Переходим к другим новостям. Мы уже готовы разбудить специалистов по сельскому хозяйству. Мистер Бродер говорит, что зона ферм будет огорожена в течение недели.

— Отлично. Берту и Эрни не сидится на месте, они мечтают поскорее всех выгрузить.

Баттеруорт поморщился, когда я упомянул двух Бобов, которые управляли кораблями. Даже не знаю, что смешнее — то, что ему так не понравились выбранные нами имена, или то, что он узнал отсылку.

— Еще месяц-два, Говард, и тогда мы сможем уверенно принять решение. — Полковник наклонился вперед, потянувшись за чем-то, находившимся за пределами кадра. — И когда «Исход-1» и «Исход-2» вернутся на Землю за новым грузом, возможно, кто-нибудь найдет другую систему, пригодную для жизни, и они перестанут везти людей в наши края.

Не дожидаясь ответа, полковник разорвал связь.

3

Жизнь в Камелоте

 Боб. Март 2167 г. Дельта Эридана

Архимед осторожно положил костяной инструмент и постучал по нему камнем. От сердцевины отлетела частичка кремня, и Моисей одобрительно кивнул. Архимед повернул инструмент, готовясь к следующему удару, и, слегка наклонив уши вперед, бросил взгляд на Моисея. Моисей сделал знак рукой. Архимед, скрутив уши в трубочку от напряжения, чуть сдвинул инструмент влево и снова постучал по нему.

Второй дельтанец-подросток, которому я дал имя Ричард, понаблюдал за действиями Архимеда, а затем попытался их повторить, но инструмент соскользнул с камня и воткнулся в ногу юноши. Ричард вскочил и запрыгал на другой ноге, энергично ругаясь.

Затем, заметив ухмылку Архимеда, Ричард на­хмурился, сравнил Архимеда с экскрементами свиноидов и, хромая, ушел.

Моисей и Архимед лучше всех в племени обрабатывали кремни и делали инструменты — и, судя по результатам Ричарда, все еще оставались единственными экспертами по этим вопросам. По дельтанским стандартам Архимед считался подростком — уже прошедшим период полового созревания, но еще не взрослым. Однако он был самым умным дельтанцем в деревне — то есть, по нашим данным, самым умным дельтанцем на всей планете Эдем.

Похоже, Архимед стал первым дельтанцем, который понимал объяснения Моисея. Еще два юноши — такие, как Ричард — тоже проявили интерес к обработке кремней, но не могли сосредоточиться настолько, чтобы закончить работу над инструментом. Скорее всего, Архимеду придется ждать, когда подрастут его потомки, чтобы взять кого-то из них в ученики.

— Вид у Моисея не очень, — заметил Марвин, заглядывая в окно через мое плечо.

— Да, знаю. Кажется, переход оказался тяжелее, чем мы предполагали. С тех пор как племя прибыло сюда, умерли еще два старых дельтанца.

Услышав мою теорию о потомках-учениках, Марвин рассмеялся.

— По крайней мере две самки из компании Архимеда уже активно над этим работают.

О да. Юность, прекрасная пора. Архимед не только умел обрабатывать кремень и работал главным представителем боубэ, но и обладал невероятной мужской силой. Все это, очевидно, очень нравилось девушкам.

 * * *

Архимед отложил в сторону инструменты, встал и потянулся. Моисей обменялся с ним парой слов, а затем ушел. Дельтанцы не работали с девяти до пяти: работа заканчивалась, когда она заканчивалась. Похоже, сейчас они решили, что на сегодня с них хватит.

Архимед повернулся и посмотрел по сторонам. Заметив мой беспилотник-наблюдатель, он ухмыльнулся и кивнул в сторону полигона. Я заставил беспилотник нырнуть, соглашаясь, и поплыл за Архимедом.

Разговор начал я.

— Дела идут хорошо. Похоже, все уже освоились на новом месте.

Архимед кивнул.

— Арнольду нравится новая деревня… — сказал он. — Э-э… Камелот? — добавил он после паузы.

Один раз я упомянул название, которое выбрал для лагеря, — не прогоняя его через переводчик. Архимед сейчас попытался воспроизвести слово фонетически, но безуспешно: ни один человек не узнал бы этот набор звуков.

— Архимед, давай остановимся на твоем варианте названия. Мой язык плохо переводится на дельтанский.

— Я не против. У меня горло болит, когда я произношу твой вариант. В общем, Арнольду нравится, что мы можем оборонять две тропы, а не всю границу.

Камелот находился на небольшой столовой горе с крутыми склонами, которую почти со всех сторон окружали скалы. Она напоминала мне авианосец — в ее центре даже находился каменистый утес, похожий на надстройку-«остров». Если ты не умел летать, то подняться на гору или спуститься с нее можно было только по двум тропам, сходящимся под углом около 120 градусов, которые были единственным способом подняться на гору или спуститься с нее. Это место было значительно лучше поляны в лесу, где находилась старая деревня. Раньше дельтанцы-воины круглые сутки охраняли деревню и все равно терпели поражение в войне с гориллоидами.