Потопленная «Чайка»

— Дурак! — Она покосилась на стражника и, убедившись, что тот не обращает на них внимания, подошла к Мите и тихим, но дрожащим от гнева голосом сказала: — Ты что, забыл, как меня зовут, или совсем одурел от страха?

Митя смутился.

Невнимание стражника успокоило Марию, и она громко сказала:

— Хороший человек комендант.

— Добрый и справедливый. Если не он, и нас бы упрятали в камеры, — подтвердил Митя.

— Здесь все хорошие, — добавил Вася и незаметно посмотрел на охранника коменданта.

Тот гордо выпрямился и, довольный услышанным, погладил усы, степенно повернулся, пошел к парням, но его остановил звонок, донесшийся из кабинета коменданта.

Охранник удалился в кабинет. Мария недовольно шепнула Мите:

— Никак не запомнишь, что меня зовут Сашей. Сашей, понимаешь, а не Марией!

Появился охранник и показал ребятам на растворенную дверь: «Входите, вас зовут».

Все трое робко вошли в комнату.

Сигуа, держа руки в карманах, по-прежнему сидел за столом и, хотя и казался занятым своими мыслями, внимательно наблюдал за вошедшими. Помолчав немного, наконец произнес:

— Ребята, — опустил глаза, словно колеблясь, говорить или нет, — если не отплатите злом за добро... Все, что я сейчас скажу, должно остаться между нами. — Он вышел из-за стола, подошел к ребятам поближе. — Георгий Тория требует вашего ареста, но я вас освобождаю. Сегодня я еще могу вас освободить, а завтра будет уже поздно. — Ребята переглянулись, испуганные и подавленные. — Да, вот так. И нужно торопиться, если не хотите попасть ему в руки. Я хочу знать, можете ли вы укрыться у кого-нибудь в надежном месте, чтобы Тория не смог вас выследить?

Воцарилась тишина.

— Здесь не у кого, — сказал наконец Вася. — Мы ведь собирались ехать в Баку.

— Из Тбилиси в Баку без особого разрешения никого не пускают. А вас, прибывших из России, тем более. Не забывайте и о том, что по пути в Тбилиси Тория завтра же вас обнаружит.

— Но куда же нам податься в чужом городе? — спросила Мария.

— Я, — комендант задумался, — не могу оставить вас на произвол судьбы... — Опять воцарилась тишина. — Если вы мне верите, я помогу вам.

Три пары глаз недоверчиво смотрели на него.

— Если не хотите или сомневаетесь, — дело ваше. Поступайте, как хотите. Но помните, что я предлагал свою помощь, а вы отказались.

Он обошел стол, достал портсигар и, открыв его, положил на стол.

Мария поняла, что кто-то заботится о них, но кто же это, кто? Спросить у Сигуа она не решалась.

— Что вы, господин комендант! Вы так великодушны и заботитесь о нас... — прошептала Мария.

Комендант нервно вертел в руках папиросу. Помогая беженцам, он ставил под удар и себя. Поэтому колебался, пока, наконец, решился сказать:

— Хорошо, хорошо, сейчас пойдете с ним, — он показал на стоящего в дверях стражника. — Его зовут Дзаргу. Преданный мне человек. Он сведет вас в дом неподалеку. Там вас накормят, напоят. Хозяйка предупреждена. Останетесь там до ночи. Сами никуда не выходите. Ждите Дзаргу. Он зайдет за вами и заберет.

— Куда? — спросила Мария.

— А это уж мое дело. Я позабочусь, где вам укрыться, — он потер подбородок, наморщил лоб. — Из города нужно выйти так, чтобы не узнал Тория. Это дело я поручу Дзаргу. Он устроит вас у надежных людей. Если выкрою время, поеду с вами.

— А мы будем вместе? — Мария посмотрела на товарищей, потом перевела взгляд на коменданта.

— По-моему, вам не стоит оставаться вместе. Лучше делать вид, будто бы вы незнакомы друг с другом и никогда прежде не виделись. Вам нужно быть очень осторожными. Георгий Тория примет все меры, чтобы найти вас. И, ясное дело, наши люди будут помогать ему.

Сигуа задумался, потом поднял голову, вспомнив о чем-то, и посмотрел на Марию:

— А тебе нужно бы сменить одежду. Георгий будет искать Сашу Тарасенко, а ты за это время снова превратишься в Марию Сабуру. Что ты на это скажешь, девушка?

Лицо Марии покрыла бледность. Она растерянно у ставилась на лукаво улыбающегося Сигуа.

— Господин комендант... — только и нашла что пробормотать она.

Ребята тоже оробели и молчали, испуганно глядя то на Марию, то на коменданта.

— Да, моя милая, я же сказал, что знаю о вас всё. Чему же ты удивилась? — Сигуа подошел к Марии, положил ей на плечо руку и ласково сказал:

— Не бойся. Я думаю, все образуется. А Дзаргу сейчас принесет тебе женскую одежду.

Солнце стояло уже высоко, когда Дзаргу привел Марию, Васю и Митю в маленький домишко.

— Ну, вот. Тут и отдохнете. Дверь заприте накрепко, открывайте только тогда, когда постучат три раза и столько же раз кашлянут. Понятно? Скоро придет хозяйка дома, принесет вам еду. А ночью я вас выведу из Сухуми и укрою в таком месте, что не только живая душа, сам черт не найдет. До свидания!

И Дзаргу поспешно, не дожидаясь ответа, вышел из комнаты.

Дом и в самом деле был недалеко от тюрьмы. Из кабинета коменданта Сигуа они с Дзаргу спустились вниз, в подвал, и оттуда вошли в темный коридор. Из коридора выбрались во двор и подошли к дому задами.

В комнатке, обитой выцветшими обоями, стояла одна-единственная железная узкая кровать, застланная стеганым, из голубого шелка одеялом. На кровати высились три белоснежные подушки. На стене над кроватью — коврик, а на полу — пестрый палас. На маленьком круглом столике — зеркало, кувшин и стакан. Небольшое окно смотрит на широкий двор, у окна в ряд — три венских стула.

Когда Дзаргу вышел и снаружи затворилась дверь, а потом и калитка, все вздохнули с облегчением. Кажется, опасность миновала. Но вскоре снова тревога овладела ими. Все они в глубине души думали, что история эта не сулит им ничего хорошего, но ни один не решался заговорить об этом. Спать никто из них не хотел, усталости не чувствовал. Нужно было обдумать, как быть дальше. Можно ли надеяться на коменданта, на молчаливого Дзаргу? Что может предпринять Тория, и если суждено встретиться с ним, как себя вести, что делать?

Вася и Митя улеглись прямо на палас. Мария — на железную кровать. Какую ужасную ошибку она совершила, когда доверилась этому извергу, Георгию Тория, пошла за ним! И как была наказана! За весь этот длинный, как вечность, год ни одного спокойного дня.

И сегодня тревожно и тяжело, гнетут нехорошие предчувствия.

А вдруг Сигуа и Дзаргу коварные обманщики? И теперь они могут делать с ними все, что им угодно.

«Георгий будет искать девушку, переодетую в мужское платье, Сашу Тарасенко, а ты вновь станешь Марией Сабура», — вспомнила она слова коменданта.