Повезло

Но если все выложить, то в опасности окажется не только она, но и Джордан.

Визит Карлоса явственно на это намекал.

Значит, умнее и безопаснее оттолкнуть Джордана. Даже не просто оттолкнуть, а причинить боль. Если просто задеть его гордость, упрямец залижет рану и зайдет с другого угла.

Придется разбить ему сердце.

Если он и правда любит ее, то иного выхода нет. Господь свидетель, от мысли, что придется сделать ему больно, у Эвы у самой разбилось сердце.

Хотя это лучше, чем одного из них – или обоих – убьют.

Конечно, решить и сделать – две большие разницы. Сейчас, сидя рядом с Джорданом, пока он гладил ее волосы и угощал крекерами, Эве хотелось раствориться в этом мгновении. Удержать кусок времени, крохотный проблеск счастья, сохранить его для себя и для него.

– Светает.

Эва посмотрела в окно и увидела, как темное небо постепенно светлеет.

«Нет. Еще немножко. Пожалуйста».

Борясь с желанием задернуть шторы и спрятаться как медведь в берлоге, Эва положила голову на грудь Джордана.

– Вроде сегодня на вечер обещали плохую погоду, – продолжил он. – Но мне всегда нравилась буря.

До недавних пор ей тоже.

Надо все записать. Про делишки дяди, про нападение на Джордана, каждую мелочь. Потом оставить в банковской ячейке и пригрозить Карлосу, мол, если что-то случится с Джорданом (или Лу Эллен и Кейти, если на то пошло) – несчастный случай, авария или еще что, – если головорезы хотя бы чихнут в его сторону, то она сдаст информацию в Управление по борьбе с наркотиками, ФБР, да любому, кто захочет выслушать.

А еще отметить это в завещании, а ключ отдать отцу, если с ней что-то произойдет.

Но пока Эве хотелось украсть еще немножко времени до рассвета.

– Может, захватим крекеры и накрошим у меня в кровати?

Джордан отставил коробку, провел длинными пальцами по ключице Эвы и потянул полы рубашки в стороны.

Та распахнулась, и его взгляд стал горячим. Боль в груди Эвы уступила место предвкушению. Джордан медленно перевернулся так, что она оказалась под ним.

– Давай лучше плюнем на крекеры и кровать и поваляемся в крошках прямо тут.

***

«Надо выманить прокурора», – подумал Бобби Ли, опуская прибор ночного видения и вытирая рот тыльной стороной руки. Теперь его главной целью стал законник.

«Как же я сглупил в том парке». Подобрался слишком близко, так, что пес почуял, схватил жестянку голой рукой, припарковал фургон неподалеку и сбежал, словно девчонка.

Хотя он ведь не ожидал, что у Веллингтона окажется пистолет. А еще засранец вдруг скрючился и перекатился, точно чертов ниндзя. Бога ради, он же юрист!

Выяснилось, что у парня типа как черный пояс. Что он учит самообороне кучку чопорных сучек.

Черный пояс или нет, но мужик серьезно влип. Да, Бобби Ли покопал и выяснил, что не он один желает смерти помощнику прокурора.

Веллингтон – угроза. Бобби Ли так старался подставить Элайджу Фуллера (слюнтяй даже намалевал своего рода признание на стене), связал все в один здоровенный узел, а долбанный законник взял и не поверил.

Какого хрена?

Бобби Ли спрятал прибор внутрь спортивной куртки и покачал головой.

Ну хотя бы Веллингтон испортил улику, взяв жестянку, когда отгонял пса. Бобби с радостью узнал, что отпечатки оказались негодными. Что до фургона – у него было отличное оправдание: Бобби частенько оставлял там машину, так как рядом с домом дяди мало места.

Однако они нашли отпечаток ботинка.

Сейчас эти ботинки кормили рыбу на дне реки, но все равно ситуация не позволяла расслабиться.

Значит, надо убрать прокурора. Копы решат, что его прежние похитители наконец добились своего и осуществили… как это? Первоначальные намерения. А женщина… ну спишут на сопутствующие потери. Возможно, не получится позабавиться с ней так, как с остальными, но умный человек умеет приспособиться.

Умный преступник знает, как не повторять ошибок.

А главное: умный серийный убийца знает, как убрать цель и не попасться.

***

Выйдя из здания суда, Джордан только что не насвистывал, но шагал явно легче, чем два дня назад. Он только что с блеском надрал задницу команде защиты на предварительных слушаниях. Обвиняемым оказался честный гражданин, бизнесмен – член ротари-клуба и дьякон, бога ради, – который, так уж вышло, регулярно избивал жену. Пожалуй, Джордану было чем гордиться. Может, мужик и дохаживал свою семидесятишестилетнюю больную Альцгеймером мать, но прикрываться ею, когда сломал жене челюсть, – низко.

Джордана тошнило от мерзких ублюдков, отыгрывающихся на женщинах. Сколько их на свете, но далеко не все попали за решетку.

Обдумывая эту невеселую мысль, Джордан заметил стоявшего в коридоре Чипа Коулмана и замедлил шаг. Воспоминание об изуродованном трупе Лесли грязным молотом ударило по голове.

«А жаль, что далеко не все».

– Чип. – Смирившись с утратой кратковременной эйфории, Джордан заставил себя подойти к детективу. – Ты как?

– По уши в работе. С маленькой зарплатой. Я застал конец слушания. – Чип привычно позвенел мелочью в кармане. – Тот мужик что, правда хотел привлечь пожилую мать, чтобы та подтвердила его алиби?

– Если б мы позволили, она бы подтвердила, что у нее зеленые человечки в карты в прихожей играли. Половину времени бедняжка не помнит, кто вообще ее сын, не говоря уже о том, где он был в ночь на девятнадцатое сентября.

– Чертовы защитники, – пробормотал Чип и поморщился, когда Джордан улыбнулся. – Да, да. Твой брат. Вечно забываю, что у вас есть барракуда в семейном кругу. Без обид.

– Да какие там обиды. Вообще-то, у Джека есть настоящая пресноводная барракуда в аквариуме в офисе.

– Серьезно?

– Да. Однако как бы я ни любил слушать ругню в адрес адвокатов, сомневаюсь, что ты сюда за этим пришел.

Коулман вытащил из внутреннего кармана пиджака конверт и передал Джордану. Внутри оказались снимки сожженной машины.

– Дай угадаю. Некогда это была темно-синяя тачка с флоридскими номерами и цепью вокруг них.

– Она отметилась на посту сбора пошлины на главной магистрали Флориды, а потом помощники шерифа округа Самтер нашли ее вот в таком состоянии. Думаю, стоит благодарить твоего брата, что нам так быстро предоставили информацию. Он умеет вовремя использовать свое влияние. Номера подходят под данное тобой описание, эту же машину видели на Бэй-стрит в ночь твоего похищения, но, похоже, ее угнали. Подавшая заявление женщина не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к Фитцсиммонс, и вдобавок у нее железобетонное алиби на тот период. Нет оснований предполагать, что она каким-то образом причастна. А вот два тела в багажнике… – Коулман достал другой снимок, и Джордан скривился. – Как юрист ты и сам прекрасно понимаешь, что это, конечно, догадки, но если суммировать все обстоятельства и мои подозрения, думаю, мы нашли останки тех мужчин – а экспертиза подтвердила, что трупы принадлежат мужчинам, – которые напали на тебя и убили мисс Фитцсиммонс.