Пожиратель
Шрифт:
— Если готова рассказать… Я не из болтунов. Умею слушать и хранить чужие секреты.
Фая легко ткнула меня локтем в бок.
— Глупышка. Главный секрет я тебе уже и так открыла. Думаешь, стала бы рассказывать, считай я тебя болтуном?
И в сгустившейся темноте вступившей в свои права ночи мы сидели на чердаке: я, слушая, словно сказку, историю одной непослушной принцессы, Фая, рассказывая про свою реальную, совершенно не сказочную в её понимании жизнь.
Клан Хок — самый могущественный и богатый клан манников на всём древе. Именно его силары обслуживают императорский дворец на соцветии. Отец Фаи — троюродный дядя нынешнего властителя и по совместительству его советник. Судя по возложенным на него
И ведь за что отправил? За сущий пустяк. Девчонка всего лишь отказалась выходить замуж за навязанного кандидата. Оказывается, при всём видимом равенстве полов и просвещённости общества в этом мире существует такой пережиток дремучей дикости, как династический брак. И, если здесь, внизу, все устремления родителей по отношению к своим чадам сводятся в основном к прокачке уровня и наработке мастерства — желательно боевого, то на верхах, в кругу далёких от войны небожителей с толстыми кошельками, на детей и уж тем более на наследников кланов делают совершенно иные ставки.
Стоило едва закончившей начальную школу Фае прилюдно топнуть ножкой, как "добрый" родитель убрал её с глаз долой. Причём, со всех глаз оптом. Даже мать девочки не знала, куда дочку отправил отец. Четыре года в изгнании — и, если признает свою ошибку, возвращение домой, где тотчас по венец. Брак один хрен был с отсрочкой до окончания учёбы. Если же нет, останется при своём гордом мнении… Ну что же, у Фаи есть ещё две младших сестры. Господин Денсай Хок так дословно и выразился. Что оно значит на самом деле малышка не знала и узнавать не желала.
— Я не передумаю. Что бы за эти четыре оборота не произошло, я всё равно не пойду за него. Этот Гео — ужасен. Он хуже твоей маски в разы. И ему двадцать восемь, а мне только четырнадцать. Да-да, у нас наверху начинают учиться раньше. Это здесь вы приходите в академию в шестнадцать-семнадцать, а нас ведь ещё и университет потом ждёт. Некогда в детках рассиживаться. Его первая жена погибла, упала с балкона дворца. Несчастный случай — так они говорят. Но я знаю, что это неправда. Он, или убил её, или довёл до самоубийства. Он очень жестокий и злой человек.
Я смотрел на её полные боли глаза и всё сильнее сопереживал бедной девочке. Как можно подсовывать такую милоту какому-то престарелому душегубу? Какой же всё-таки мудак её папенька. Ведь всё есть — и деньги, и власть. Что ему ещё надо? В лепёшку разобьюсь, но помогу крохе. Может, даже предложу ей бежать со мной вместе, когда время придёт. Надо же кому-то топить во мне рвущегося на поверхность Рейсана?
Вот только открываться ей, как было поначалу хотел, всё же лучше не стану. Моя тайна может ей навредить. Запалюсь и по-глупости утащу её за собой в неприятности. Пусть уж думает, что я просто несчастный парень, через силу играющий роль подонка в угоду ещё одному сволочному отцу. Но кто же всё-таки такой этот Гео, что породнение с ним сулит выгоду даже всесильному советнику императора?
— Ты молодец, кроха. Уважаю.
Медленно одобрительно покивал и положил руку ей на плечо. Скидывать мою ладонь, как и отстраняться она не стала. Возможно, почувствовала, что жест чисто дружеский. А как же иначе? Ей четырнадцать. Не даром мне на язык постоянно приходит слово "малышка". Подружка, младшая сестрёнка, которой у меня не было, но о которой мечтал. Я буду её защищать. Пусть только какая-нибудь тварь попробует сделать что-то плохое этой светлой душе! Я силён и стану ещё сильнее. Гео, говоришь? Пусть только сунется за тобой. Сердце вырву и
заставлю сожрать! Сам сожру!— Кто он?
— Кто? — растерялась успевшая положить белокурую головку мне на плечо Фая. Вот я ишак. Девчушка только успокоилась, а я опять бережу душевную рану. Но раз начал, нужно закончить. Впредь буду умнее.
— Гео этот.
— Ну ты даешь, Рей!
Фая отлипла от меня и с удивлением смотрела, вытаращив глаза-васильки.
— Вы тут внизу совсем дикие. Не знать сына императора, его прямого наследника! Принц Гео же, ну? Хоть раз брал в руки Имперский вестник? Темнота.
Глава двадцать шестая — Тучи сгущаются
Полночи я не мог заснуть, думая о своём отношении к Фае. Как так вышло, что я настолько сильно проникся её бедой, так привязался к девчонке? Может, она не манница вовсе, а менталистка, вроде моей горячо любимой восточницы Лиси Сай. Имя сменила, так можно и тоху другого цвета надеть. Слишком уж сказочная история получается. Словно в книжках, когда срабатывает затасканный триггер "дева в беде". Герой приходит на помощь, спасает несчастную, а дальше "жили они долго и счастливо". Хрень какая-то. Это ведь точно не про меня.
Но попался же на крючок. Хотела того Фая, или нет, но меня она в себя влюбила капитально. Не той любовью, где страсть и похоть, а доброй, нежной, семейной что ли. Я так и не разобрался в своих чувствах. Будет ещё время понять себя и её.
В следующие три дня мы каждый вечер встречались на чердаке, в своём тайном укромном месте. Болтали о всяком, делились взглядами на жизнь, мыслями о будущем и желаниями. Короткое время, но успели по-настоящему сблизиться. Я многое узнал про мир, в котором оказался. Наверное даже больше, чем из уроков Муравьеда. По крайней мере Лакро Хай нам не рассказывал, что на соцветии никто не живёт, кроме членов императорской семьи, охраны и обслуги первой необходимости. Все остальные: чиновничий аппарат, приглашённая знать, послы, представители бизнеса — являются во дворец, как на работу, каждое утро и вечером спускаются обратно на первый ярус. Благо, расстояние там смешное, если сравнивать с промежутками между четвёрками ветвей.
А жизнь в академии между тем текла своим чередом, разве что немного сбавив темп. За прошедшие трое суток чего-то сверх неожиданного со мой больше не происходило. Но это, если сравнивать с предыдущими днями, конечно. Так-то событий хватало, и некоторые из них даже можно было назвать значимыми.
Например, первым же утром после моего знакомства с тайной Фаи, нам, наконец, выдали обещанные клевцы. Доставленной в форт с каких-то армейских складов партии кирко-топориков хватило на всех, так что ранжи знати так и остались лежать в хранилище. Удобная штука: недлинная, чуть меньше метра рукоять; сам клюв и острая кромка топорища прикрываются специальными кожаными накладками на ремешках, чтобы не поранить хозяина; на поясе висит, как приклеенный — почти не болтается при ходьбе, и на следующий день уже перестаёшь его замечать. В общем, теперь не окажемся с голыми руками, реши короеды вылезти у нас из-под ног, или начни нам на головы снова сыпаться грызлы.
Проученный Фалко Крас, похоже, усвоил урок, так как больше не пытался поддеть, ни меня, ни кого-то из моей своры. А вот отработанная на хитрожопом левитанте схема принуждения к поединку с удобным для нас противникам себя к сожалению не оправдала. На следующем собрании в библиотеке я предложил внедрить её и в остальные группы, чтобы собрать максимальное количество призовых балов на Технике боя. Типа, отдаём наших слабаков, которые продуют в любом случае, на растерзание лидерам из других ветвей, а остальных своих ребят распределяем таким образом, чтобы каждому достался противник по силам. Даже внутренний рейтинг составили — от самого крутого в группе по убыванию.