Права мутанта

Ой... Неужели мы уже на месте? В одном из селений Дебрянских мутантов, к которым держали путь? Нет, быть того не может. От замка Брянск туда на броневике не проедешь. Леса, болота. Болота, леса.

Веселин приподнял голову и прислушался. С незнакомцами беседовал капитан Нефёдов. Да, именно он. Интонации капитана не выдавали ни тревоги, не неудовольствия. Странно, ведь его БТР остановили! А кто имеет право останавливать БТРы войск МЧС России? Ведь никто же не имеет такого права!

Странно ведёт себя Нефёдов.

Кстати! А где же остальные военные? Панайотов приподнялся на локте, оглянулся. Глаза малость привыкли к мраку БТРа и дали убедиться: кроме пары сербских учёных и его самого в десантном отсеке никого нет. Где же Шутов, Зверев, Рябинович и другие?..

Видать, солдаты повылезали на броню. Может, они держат злоумышленников на прицеле, пока Нефёдов безмятежно с ними толкует. Поэтому-то всё и тихо, чинно, благородно.

Тут Нефёдов и несколько человек с грубыми голосами приглушённо чему-то рассмеялись. Нет, не похоже, чтобы кто-то собеседников капитана держал на мушке. Им бы тогда не до смеху стало.

Рядом зашевелился профессор Милорадович. Не долго думая, Веселин откинулся на сидение, замер и глубоко задышал. Поди сам пойми, зачем да почему ему вздумалось притворяться. Может, дело в стеснении? В нежелании признать, что ничегошеньки не понимаешь? А то проснётся профессор и спросит: "Что случилось, коллега?". А несчастному Панайотову останется мямлить, что он и сам ничего в толк не возьмёт.

Веселин закрыл глаза, но не уши. Обрывки разговора долетали коротюсенькие, но - хоть что-то. Пару раз послышался глагол "пропустить". Так вот о чём речь! Кто-то пытается задержать колонну на блок-посту. А Нефёдов и думать не хочет прорываться с боем.

И всё же: что это за люди окружили БТР и ведут переговоры с капитаном, пока солдаты как ни в чём ни бывало молча сидят рядом на броне? По заверениям полковника Снегова, не должно быть здесь людей. Мёртвая зона аж до поселений мутантов. Официально запрещённая территория.

Но если в этой запретной зоне какие-то неизвестные остановили колонну бронемашин... Неизвестные?

Блеснула догадка. Охотники за мутантами - вот они кто! "Мьютхантеры", о возрождении которых в России давно предупреждала западноевропейская разведка. Сами русские в них предпочитали не верить - и вот, пожалуйста!

Полезно вовремя вспомнить ключевое слово. Миг - и у Веселина Панайотова сложилась картина в целом. Ну конечно: БТР остановился неподалёку от их замаскированного блок-поста "мьютхантеров". В бой солдаты не вступают, потому что людей у неприятеля много. С такими встречными держи ухо востро: ведь они - что твои бандиты. Н-да... По правде говоря, именно Охотников, а не каких-то там бешеных вепрей опасался пан Кшиштоф, когда старался заручился поддержкой военных.

Только военные не больно-то поддерживают пана Кшиштофа. Скорее уж "мьютхантеров", чем его. Да он и сам виноват - заносчив.

Снаружи донёсся глагол "разгружаем". От Нефёдова, между прочим. И сказано то - своим подчинённым. Что разгружаем? Откуда?

Ответ не замедлил проявиться. Веселин невольно приоткрыл глаза - и не поверил увиденному. Широко распахнулись створки заднего грузового люка, а дальше - стала будто сама собой уменьшаться гора стоящих перед люком зелёных продолговатых ящиков с логотипом "Арсенал МЧС".

Ай да Нефёдов! Отважный герой-победитель жуткого вепря... Тьфу!

Значит, непонятная остановка служила капитану для незаконной торговли. И совершенно беззастенчивой: практически под носом у международной этнографической экспедиции. Невиданная наглость! Впрочем, раз Нефёдов не прячется - вряд ли это "бизнес" самого капитана. Армейская верхушка. Вся гниль оттуда.

Даже не удосужились замаскировать свои товары. Известно, что военные держат в подобных ящиках. Оружие. Патроны. Амуницию.... Это что же такое делается?

– Я вижу, вы проснулись, коллега?
– подал голос Милорадович, и Веселин вздрогнул.

– Да, я уже не сплю, - сказал он более-менее твёрдо, - и вижу вот это!
– его кивок пришёлся на Шутова и Зверева, которые как раз утаскивали в тёмную ночь самый длинный из зелёных ящиков (с гранатамётами?).

– И?
– лаконично спросил Милорадович.

– И то, что я вижу, меня пугает.

6. Ратко Милорадович, профессор этнолингвистики

– И то, что я вижу, меня пугает, - сказал Веселин Панайотов. Да, именно так и сказал. Прозвучало не то, чтобы фальшиво - но с чрезмерным моральным пафосом. Так впору со сцены провозглашать, потрясая своей искренностью первые ряды. А для ночного разговора полушёпотом - явный перебор искренности. Ведь полушёпот значит, что вся откровенность предназначена одному старому Ратко. И никому из тех, кого Панайотов якобы обличает.

– И давно?
– поинтересовался Ратко.

– Что давно?

– Давно ли пугает?
– Милорадович позволил себе озорно усмехнуться, дразня болгарина. Тот сразу смешался.

Да-да, не ломай комедии, молодой человек, застигнутый на притворстве. Не обратись к тебе наблюдательный старикан - изображал бы ты спящего до утра, потихоньку возмущался - и никому бы здесь ничего не чирикнул. Зато при первой встрече с профессором Щепаньски - там бы твоё красноречие и полилось. Не могу, дескать, молчать, не позволю затыкать рот.

– И чем именно пугает, а, коллега?
– ласково продолжал допытываться Ратко.
– Не усматриваете ли вы в чём-то - угрозы своей безопасности?

– Нет!
– решительно кивнул Панайотов.
– Но я нахожу прямую угрозу делу, выполнять которое мы едем. Ибо - давайте начистоту - эти люди снаружи - наверняка "мьютхантеры"!

– Что за слово!
– пренебрежительно скривился Ратко.
– Какие ещё "мьютхантеры"? В России этот американизм не прижился.

– Дело не в слове!
– вскинулся Панайотов, аж одеяло сползло на пол.
– Они охотятся на мутантов, так? Значит, истребляют тех, кого мы едем изучать!
– ну вот он, праведный гнев почти в полный голос.

– Да?
– хитрый лис Ратко впрыснул в тон ответа столько сарказма, сколько смог в себе изыскать.
– Вы что же, в самом деле думаете, что у нашей с вами экспедиции есть серьёзные научные цели?

Откровенность на откровенность. И вот уже молодой болгарский коллега лежит на лопатках. Крыть ему нечем, не так ли?

Не нашёлся Веселин Панайотов, не стал возражать вслух. Укутался поглубже в армейское одеяло, повернулся так, чтобы не видеть ни разгрузки оружейных ящиков, ни настырного сербского профессора, поспешно закрыл внимательные глаза. Спрятался и от реальности, и от спора. Да только - спора-то не избежать, коли вопрос вовремя задан.