Права мутанта

Горан послушался. Дошло, наконец.

А вот раненому Зорану оставалось самому отползать прочь по тёмной луже собственной крови, не успевая укрываться от жестоких ударов бесчинствующей скотины. Если бы не факел капитана Багрова...

Багров и сам не заметил, в какой момент принялся геройствовать, но орудие схватил заранее. Автомата при нём не было, вытаскивать из кобуры командирский "макаров" показалось нелепой тратой времени, тут он и приметил "осветительный" факел, выхватил его из паза в корпусе БТРа - и пару раз успел ткнуть им в свиную харю, попутно оттирая раненого близнеца подальше от беды.

Запахло палёной шерстью. Свинья обиженно взвизгнула, но не сдалась. Одно движение упрямого рыла - и вот уже выбитый из рук факел летит на дорогу. Новый бросок - и левую ногу капитана глубоко распороло повыше колена. До самой кости, испоганив мышцы, кожу, брюки. Вот гадство! Что называется, "от души"...

Боль накатила одновременно с тревогой: заражение, считай, обеспечено. Эти клыки кого только не рвали до чистенького словенца! Да и в Зоране, поди, ковырнули нечистот из кишечника.

Тварюка, по всему, оставила в покое Зорана Бегича: теперь у неё новый враг, более интересный. Ну, доигрался - факельщик!

Багров отступал, оскальзываясь на крови словенца и собственной, когда в игру, наконец, влился Арслан Мамедов. Горец в упор расстрелял свинью из АКМ, оставляя рваные дыры на месте всех четырёх глаз - справа и слева друг под другом. Узорчик, блин!

Ослеплённая тварь издаёт рёв, который при минимуме воображения впору приписать мамонту. Потом наугад делает два шага в сторону Мамедова, падает на броню и затихает, медленно сползая с борта.

Вроде, всё.

Хотели приключений, господа учёные? Так вот они.

Глава 2. Тревоги, которые нас пеленают

1. Веселин Панайотов, этнограф

Вот и дотряслись на броне по скверной дороге от замка Брянск и до самой конечной станции - без крупных остановок. И, конечно, прибыли первыми. Надо же: по пути не попалось ни одного сколько-нибудь заметного городка, ни селения, одни блок-посты человеческого Заслона, а вокруг - леса, да изредка - полвека не кошеные поля. Эти пейзажи Веселин запомнит, чтобы затем убедительно вписать зарисовки мутантского быта в физико-географический контекст.

Дорога перед БТРом завершилась аккуратной петлёй в тошнотворно пахнущей роще из одних лишь хвойных берёз. Или это ёлки с мертвенно-белыми стволами? Как ни назови, а мутант-деревья старыми понятиями не ухватишь. Потому рощица - хоть из одинаковых деревьев, а всё же смешанная. На сей раз это генетическая смесь внутри самих растений.

– Отсюда, стало быть, пешком, - пробормотал Веселин Панайотов.

– Стало быть, - подтвердил рядовой Рябинович, видимо довольный, что дальше ему не ехать. Отсюда этнографов поведут уже другие проводники - с экзотической внешностью под стать злосчастным берёзам.

А БТР дальше не подбросит. Ибо нет для него дороги. А дороги нет потому, что войска МЧС - хотя официально и не воюют с мутантами, но то - официально. Если же по сути - обе стороны дают поводы к вражде. Набеги на человеческие деревни, снабжение Заслона оружием - любой повод вполне достаточен для крупной драки.

– Что, выгружаемся?
– спросил Костич у капитана Нефёдова.

– Не торопитесь, - предостерёг тот.

Ага, понял Веселин, сперва капитан пошлёт своих людей на разведку, те убедятся в безопасности здешнего места. Потом, наверное, придётся дождаться двух отставших БТРов, и только тогда, когда пан Кшиштоф изволит пересчитать свою экспедицию по головам, а полковник Снегов предложит письменно подтвердить её сохранность ("Всё точно, без потерь? Распишитесь!") - тогда и Нефёдов выпустит вверенных его заботам южных славян для "дальнейшего пешего следования" к центру мутантского ареала.

– Шутов, Рябинович, Седых - осмотреть местность!
– ожидаемо скомандовал капитан (Веселин порадовался, что логически предугадал его действия).
– Остальным машину не покидать до их возвращения.

Последнее Нефёдов добавил в основном для пассажиров.

Трое рядовых спрыгнули с брони, взяли автоматы на изготовку и с деловитой быстротой замелькали между стволами хвойных берёз. Эти ребята знали, как прочесать неприятную рощу, в дополнительных инструкциях капитана не нуждались, так и он им не стал подробно разъяснять, что кому делать. Видно, доверяет своим подчинённым, как и те ему. Не случайно вчерашнего кабана угробили все сообща, "капитан со товарищи" с автоматами наперевес.

Не покидать БТР? Ну и не надо. Мы пока подготовимся к пешему походу. Веселин слазил в багажный отсек за рюкзаком, порылся в поисках специальных блокнотов для этнографических записей. Да, все на месте. Покуда девственно чисты. Шариковые ручки тоже в порядке, в достаточном количестве. Фотоаппарат? Работает даже он.

Панайотов собрался уже вернуть рюкзак в багаж, но передумал, расположился с ним на броне - всё равно ведь скоро выступать. Или всё же не так скоро? А, какая разница...

– Не терпится тронуться дальше?
– усмехнулся профессор Милорадович, показываясь из люка.

Да, нетерпение - это есть. Выходит, и со стороны заметно.

– Место здесь неприятное, - вздохнул Веселин, - эти деревья. И запах. Как что-то скисло.

– А дальше будет приятнее?
– Ратко хмыкнул и отвернулся, показывая, что вопрос риторический. Конечно, он прав. Чем далее к центру ареала, тем болезненнее для природы последствия мутагенов. И человеку на такое больно смотреть.

– Запах исходит от деревьев, - заметил Костич. Он уже с момента остановки сидел на броне и внимательно рассматривал эти бледные стволы, ковёр из опавших иголок, шишки да серёжки в дружном соседстве на ветвях.
– Когда дерево одно, особого запаха не уловишь. Но в роще - другое дело.

– Уж не знаю, что там в чём киснет, может, еловые фитонциды в берёзовом соке, - добавил Веселин, - но рот всё время наполняется слюной. Так и тянет плеваться! Кажется, что слюна ядовита.

– Аналогично, - кивнул Костич.
– и боюсь, если нас вовремя не отпустят её исторгнуть, мы тут всё загадим вокруг БТРа!
– он расхохотался.

– А по плотности плевков, - ввернул и капитан Нефёдов, - определят, сколько мы тут простояли.
– он подмигнул учёным.
– Не обижайтесь, уважаемые. Харкайте себе на здоровье, это раз. А во-вторых, можете даже спрыгнуть наземь, только не надо удаляться от БТРа. Мало ли?
– судя по тону, уверенному и с ленцой, капитан вовсе не опасался засады, просто считал нужным подстраховаться.

Шутова, Рябиновича и Седых не было где-то с полтора часа (или больше). Этнографу Панайотову, конечно, неоткуда знать, как скоро им следовало провернуться, но к концу ожидания он беспокойно заёрзал на броне и стал вторично перепроверять рюкзак. Сербские учёные - те успокоения ради затеяли узко-специальный спор о какой-то малоизвестной работе Вука Караджича. Солдаты - впились взглядами в берёзовые стволы. Даже капитан Нефёдов напрягся да помрачнел, слушая лесную тишину. Хоть подробных инструкций разведчикам он и не давал, но вряд ли отпускал их просто побродить по округе в своё удовольствие.