Право выбора

– Хорошо, - сдалась я и тяжело вздохнула.

– Тогда иди сюда, - он отставил бокал с вином в сторону и протянул ко мне руку.
– Я хочу тебя.

Усадив на колени, он начал целовать меня, попутно гладя по телу, и уже через пару минут я окончательно выбросила все мысли из головы.

В следующие два дня я ни на миллиметр не продвинулась в попытках понять Горана и узнать его ближе. После того вечернего разговора задавать вопросы о его жизни почему-то не очень хотелось. Да и не нравилось мне то чувство беспокойства, которое возникало каждый раз при этом. Говорили мы по-прежнему мало, но я поняла, что это мне нравится.

Моя работа строилась на общении с людьми, и порой, вечером, казалось, что я уже не в состоянии произнести хоть слово. Разговоры с подругами и парнями тоже отнимали силы, а с Гораном я, впервые за долгое время, могла отдохнуть. Не требовалось поддерживать беседу, чтобы заинтересовать его и не дать скучать, не нужно было ничего просить, потому что он и так давал всё необходимое, плюс и его самого, похоже, устраивало такое положение вещей. Но при всём этом, наши отношения изменились. Не то чтобы в них появилось доверие, но рядом с Гораном я ощущала себя, наверное, если не счастливой, то морально удовлетворённой. Да и он начал смотреть на меня не с холодным расчётом, а более мягко, хотя я и продолжала чувствовать, что он за мной пристально наблюдает. А самый большой прогресс наметился в кровати. Он стал всё чаще проявлять эмоции и вести себя более нежно. Если раньше в его действиях больше присутствовали выверенность и автоматизм, то сейчас он, как будто впервые, открывал для себя секс по-новому и наслаждался этим.

А самое главное - за эти дни у меня ни разу не произошло провала во времени. Поэтому я отдыхала и наслаждалась покоем.

На третий день, после завтрака, мы лежали на пляже, и я лениво перебирала клубнику, выбирая самые красивые ягодки и отправляя их себе в рот. Горан сидел на соседнем шезлонге и, как всегда, пил вино.

– Съешь лучше клубничку, - посоветовала я.
– Это намного полезнее.

В ответ он отрицательно покачал головой и снова сделал глоток из бокала, глядя вдаль. Вздохнув, я с сожалением подумала, что грех губить такое тело алкоголем, и в голове промелькнула мысль. "А возьму-ка и сама накормлю его клубникой. Пусть он хоть на десять минут отставит бокал".

Встав, я подошла к Горану и с улыбкой села к нему на колени. Молча забрав у него бокал с вином, я поставила его на столик между шезлонгами, а потом взяла клубничку.

– Будь хорошим мальчиком и съешь ягодку.

– Анна, я не хочу.

– А я хочу! Давай, не хмурься!
– произнесла я, хотя на самом деле его лицо, как всегда, было спокойным и равнодушным, а голос ровным.
– Иначе не отстану! Буду сидеть у тебя на коленях целый день, и ты загоришь неравномерно.

– Сиди. Мне нравится, когда ты рядом, - ответил он.

– Хм, вот ничем тебя не пронять, - пробормотала я и, поняв, что клубнику он точно есть не будет, положила её назад в тарелку. Но настроение из ленивого перешло в игривое, и захотелось подурачиться.
– Слушай, а я никогда не видела, как ты улыбаешься. Ты умеешь это делать, или тебя необходимо научить точно так же, как и стонать в кровать? Ты вообще умеешь радоваться и веселиться, а?

– Я сейчас радуюсь, - бесстрастно ответил он.
– Мне хорошо и приятно.

– Так покажи мне эту радость, - потребовала я.
– Для начала улыбнись.

– Анна, главное - не демонстрация чувств, а они сами. Не вижу смысла сидеть и глупо улыбаться.

– Улыбайся не глупо, - беззаботно заявила я.
– А тепло, дружелюбно, с нежностью, с озорством. Никто тебя не заставляет лыбиться, как имбицил. Улыбки ведь разные бывают. Давай, попробуй, а я тебе помогу.

Протянув руки, я положила пальцы на уголки губ Горана и начала их растягивать, строя при этом смешные гримасы. Секунд тридцать он пристально смотрел на меня, и я почти потеряла надежду добиться хоть чего-нибудь, как губы дрогнули и сами начали растягиваться в улыбке.

– Мой ты пупсик послушный, - самодовольно пробормотала я и, обняв его за шею, одарила поцелуем.
– Видишь, это совсем не больно и не страшно. Тётя Аня научит тебя и другим абсолютно бесполезным, но очень приятным вещам. Ведь ты прагматик, правильно? Привык не делать лишних движений и любое своё действие выверять и продумывать, чтобы извлечь только полезное. Но так не интересно жить... А знаешь, возьму-ка я всё в свои руки и покажу тебе настоящие развлечения, - в голову пришла ещё одна мысль, и я улыбнулась.

Бесстрастность Горана будила во мне не совсем нормальные желания. Вернее, очень не скромные. Раньше я считала себя сдержанной и терпеть не могла, если мне преподносили сюрпризы или старались подбить на что-то непристойное, но теперь хотелось делать именно такое. "Хм, наверное, желание пробиться через спокойствие и равнодушие заставляет делать глупости. Ну что ж, попробуем и такое. Раньше парни жаловались на мою холодность, а тут я встретила такого же, как и я, и во мне проснулся азарт расшевелить его".

– Сегодня вечером едем развлекаться, - твёрдо заявила я.
– И первым пунктом в развлечениях стоит дискотека. Танцевать умеешь? А, впрочем, без разницы! Научу.

– Анна...

– Молчи! Прочь прагматизм! Живём лишь раз!
– закрыв ему рот рукой, я подмигнула.
– Пошли лучше купаться. Для начала, научу тебя дурачиться в воде, а не плавать так, как будто обязан поставить олимпийский рекорд. Буду подныривать под тебя, хватать за руки, за ноги, притапливать. В общем, всеми возможными способами не давать тебе плавать. А заодно и опробую механический способ получения смеха.

– Это какой?
– с непонимание спросил он.

– А вот такой! Щекотка!

Я начала щекотать Горана, и он моментально дёрнулся, а на лице снова появилась улыбка. Уворачиваясь, он попытался схватить меня за руки, но я вскочила и, взяв его за руку, потащила в море, радуясь, что он всё больше отпускает эмоции из-под контроля. "Может, и в клубе своего добьюсь".

Вечером Горан с интересом наблюдал за моими сборами на дискотеку, не проявлял недовольства и даже послушно надел то, что я для него выбрала из гардероба. А в самом клубе сразу уселся за стол и снова начал пить вино, с безразличием наблюдая за происходящим. Решив от него не отставать, я тоже заказала себе пару коктейлей и, быстро опьянев, полностью отдалась танцу. Но, сколько бы не танцевала, этого казалось мало. Хотелось чего-то более дикого и необузданного, а, когда я всё же смогла его вытащить на танцпол во время медленного танца, поняла - чего хочу.

"Секса. Только его и только с Гораном. Причём не в постели, а в каком-нибудь необычном месте", - подумала я и, не дождавшись окончания медленной композиции, взяла его за руку и направилась к выходу.

– Куда мы идём?
– спросил Горан, когда мы вышли за порог клуба.

– В машину, - бросила я, чувствуя, как меня охватывает нетерпение.
– Хочу тебя.

Промолчав, он крепко взял меня за руку и быстро направился к нашему автомобилю, а, сев в него, завёл двигатель.