Предлесье

— Что ещё за «Резерв»? — Поинтересовался Стёпа.

Пожилой радист ответил:

— Под самый конец существования СССР, по стране пополз слушок, что у правительства были настроены убежища. Целая сеть. Со складами техники, оборудования и сельхоз культур. Народ поверил на время. Как раз лет шесть назад, был раскрыто строительство американцами, подземного комплекса «Паутина». Но потом, новости об этом быстро утихли, и народ сразу всё позабыл. Не до бункеров с патронами тогда было.

— А где нам искать бункер? — Спросил Марк. — Куда указывают координаты!

— Ты уже хочешь его искать? — Удивился Вадим. — Это же запись. Вон она повторяется. Может там, уже и нет никого.

— Но шанс есть. И такой шанс упускать нельзя. У меня сын, у тебя жена беременная, а там где-то безопасный бункер стоит. Такого шанса упускать нельзя.

— Здесь он. — Сказал за спинами остальных Алес.

Поляк держал в руках карту.

— Рядом с Ки-ро-вым. Хм… Марк рацьен… прав. Такой шанс, збыт добже, чтобы его упустить. — Поляк договорил.

— Так, что, командир, значит, обустраиваем «Вояж» и едим туда? — Спросил Рустам.

— Если другие не против.

Людей терзали сомнения, но согласились все. Зов пищи, воды, горячей, чтобы мыться, и холодной, чтобы пить, чистой постели, безопасного убежища был слишком селён. Только дурак, не побежит со всех ног на этот зов, спустя столь долгий срок мучений и лишений.

Автобус завёлся. Путешествие продолжилось.

Глава 6: Радио

Они ехали. Нормально, буксуя, раскачиваясь как во время шторма, останавливаясь, чтобы отчистить единственный путь от препятствий. Рубили, пилили, перекрывающие дорогу корни, мелкие деревца. Отстреливались от чудовищ, и позволяли отдохнуть себе, лишь ночью, во сне.

Два дня пробирались. Метр за метром. А на третий встали. С утра дождь разошёлся, да такой, о каком разве что в джунглях слышали. Дорога раскисла, превратилась в непроходимую реку грязи.

— Эх, бля! — Злился Рустам, давя на педаль газа.

Не ехал автобус, ну ни в какую. Ревел на всю округу, внимание привлекал, но съехать с места не мог.

— Сука! Всё наездились! Толкать придётся!

Алес и Илья, прошлись по автобусу и заглянули во все бойницы. Вокруг было тихо, ни души. Хотя может быть, это стена из крупных капель дождя просто скрывала опасность.

— Згода, выходим. — Дал добро поляк.

Двери отварились, внутрь «Вояжа» устремилась свежесть.

Илья первый вылез наружу, погрузил ноги в жижу почти по колени, ещё раз осмотрелся, и жестом разрешил другим вылезать.

В Автобусе остались, только Рустам и Арина, ну и мальчик. И оба взрослых не бездельничали. Водитель занимался своими прямыми обязанностями, а девушка стояла возле выхода и передавала ему указание тех, кто снаружи. Лёша всё рядом с ними тёрся, хотел поучаствовать в делах старших.

Народ пробрался через грязевое болото к задней части автобуса. Их ноги всё больше погружались в жижу, вязли, всасывались.

На если «Вояж» встанет, его жильцы, закрепили на боках многотонной машины, всякого мусора, мелких брёвен, покрышек и прочего.

— Вадим, помуж мне. — Попросил Алес.

Два крепких мужика, взяли бревно и запихнули его под автобус.

— Арина! Езжайте! — Крикнул супруге Вадим.

Девушка скрылась в автобусе и тот со всей дури закрутил колёсами.

Мощные брызги окатили людей. «Вояж» почти вылез из западни, но мощи двигателя не хватило на последний рывок.

— Толкать попробуем? — Спросил Стёпа.

— Так. — Ответил положительно поляк.

Люди побрели к заднице автобуса. Жижа там, совсем жидкая была, по крайней мере, на поверхности, а на дне густой, топкой.

Марк в ней ботинок посеял. За тем, чуть ли не нырять пришлось.

— Потом всю одежду на выброс. — Сказала мученическим голосом Ксения.

— Ничего. Отстираем. — Не унывал Борис Климентьевич.

— Ага, отстираем. Я же и отстираю. Из нас только пара человек стирать в ручную умеет.

— На счёт три толкаем. — Отвлёк народ от болтовни Алес.

— Арин, готовьтесь! Когда махну рукой, буксуйте! — Снова крикнул Вадим Арине.

Поляк начал считать:

— Еден. Двух. Тшех.

Васильев махнул. Автобус попытался рвануться вперёд. Люди навалились, вжались до боли в металл. В ноги ударялись грязевые волны. «Вояж» раскачивался туда-сюда и наконец, поехал.

Вадим и Марк грохнулись в жижу. Ксения ещё собиралась искупаться, однако её успели поймать.

— Ха-ха! Смогли! — С радостью в голосе и на душе, крикнул Илья, вознося руки к нему, словно возвещал о великой победе.

Мокрые, грязные и уставшие жильцы автобуса, залезли в прибежище на колёсах.

Рустам доехал до островка асфальта и там остановился. Помыться надо было людям, поесть, а на ходу этого не поделаешь. Тряска ведь, кошмар какая. Из-за неё мебель всю к полу прикручивать пришлось, вещи всяка хитро прикреплять верёвками и ремнями.

Арина вскипятила ведро воды. Вадим вылил её в бачок самодельного душа.

Первому дали вымыться, Марку. Он разделся при всех, залез ногами в тазик и закрылся занавеской. Народ ради приличия за ним не наблюдал. Приходилось всем привыкать к такой, интимной, тесной жизни, в которой, даже мыться, или гадить, человек был вынужден на виду, забыв о смущении. И даже разбушевавшиеся гормоны, некоторые унимали в этой коммуналке поневоле. Но ночью, когда все вроде как спали, а может, и нет, просто не хотели мешать, и претворялись, лёжа с закрытыми глазами.

Вадим был готов поклясться, что прошлой ночью Илья и Ксения, издавали не приличные звуки, закрывая друг другу рты руками, в крайних случаях, возможно, что и языками.

Васильев завидовал им обоим. Ему не хватало секса. После того, как Арина забеременела, они всё реже им занимались. В последние месяцы так и вообще забросили это дело. Не мог Вадим просто взять и свой член в беременную вставить. Как думал про это, как с Ариной это делал, так сразу почему-то мать родная в голову лезла, с младшим братом в животе. Психологический блок у Вадима был, как бы сказал психолог. Да и не очень полезно на большом сроке-то.

Марк намылся. К тому времени Арина приготовила воды для следующего посетителя душа, для муженька.

Теперь Вадим отклеил от себя одежду, бросил в кучу на пол и залез в тазик.

Горячую воду Васильев встретил с наслаждением. По всему его телу, пробежала волна мурашек, а за ней волна тепла.

Мылся Вадим быстро, натираясь мылом и сдирая с тела грязь как заправский банщик. Как жаль, что бочок вмещал в себя немного воды, и нельзя от того было, понежиться под душем, как в старые добрые времена. Нет, не бывать больше такому. Смыл грязь по-бырому и водичке как раз конец.