Предлесье
Шрифт:
— Глаза на меня!!! — Громко, но для Вадима не особо отчётливо приказал человек в ОЗК.
Пленники подняли головы и воззрились на пленителя.
Тот прошёл вдоль них и покачал головой, явно не довольный результатом. Он повернулся к своим и сказал:
— Среди них нет избранных.
В этот момент, Вадим увидел у этого человека, на нагрудной части бронежилета не умело намалёванный белой краской символ в виде дерева.
У других вооружённых людей, были такие же символы ровно на том же месте.
Человек вновь повернулся к оборванцам.
— Кто
Ровно двадцать пленников заозирались друг на друга, а потом резко заподнимали руки.
Вооружённый человек остановил их и позвал к себе первых шестерых поднявших руки.
— Молодцы! — Сказал им человек. — Но поднять руку не достаточно. Нужно доказать, что ты истинно хочешь просветления!
Пара грозного вида в ОЗК, кинула под ноги шестерых верёвки.
— Повесьте остальных и тогда мы заберём вас отсюда, накормим, обогреем. Если же вы откажетесь… — Человек указал обтянутым резиной пальцем на дерево.
Шестеро вздрогнули. Оставшиеся в кучке, отпрянули, попытались бежать, но автоматные стволы их удержали.
— Не нужно! Прошу вас! — Крикнул мужчина.
— У нас здесь дети! Смотрите! — Женщина подняла на уровень груди тоненькую девочку лет восьми.
— Отпустите! Ну зачем… Ну зачем вам это?! — Спрашивал курносый, не высокий мужичок.
— Потому что мир, должен отчиститься от человеческой грязи! — Снова начал говорить главарь вооружённых. — И должны остаться только те, кто готов отринуть старый мир и насладиться светлой жизнью нового!
— Но мы же согласились?! Мы поднимали руки! — Гундосил высокий хиляк.
— Плохо поднимали! — Прервал того главарь. — Медленно! Неуверенно! Ты и вы все, — человек провёл пальцем вдоль пленных, — не достойны, познать слов Великого! А вот они готовы и сейчас докажут это! Ведь докажете?! — Взгляд главаря направился на шестёрку, вместе с парой автоматных стволов.
— Дети! Дети у нас! — Не унималась женщина, до сих пор держащая в дрожащих руках девочку.
Её уже не слушали.
Началась расправа.
Сперва повесили самых тяжёлых — мужчин. Бедолаги затряслись, у некоторых потекла по ногам моча.
Потом взялись за женщин. Одну из них пришлось утихомирить ударом приклада по башке, прежде чем повесить.
Самое простое оставили на последок. Детей было всего двое. Две девочки. Одной восемь, другой десять. Обе худенькие, лёгкие как пушинки и потому хорошо поднявшиеся, без проблем и напряга.
Палачей, пускающих слёзы и сопли ручьями, затолкали в грузовик. Зрители засобирались к отъезду.
Вадим боялся сдвинуться с места, убежать, но и смотреть на всё это, не смел. Он сполз на пол и, закрыв глаза, слушал крики, вопли, проклятия, потому что должен был знать, когда это закончиться. И услышав как машины поехали, пулей выскочил из кабинета.
За секунду он оказался на улицу. Техника смотрела на него
багажниками.Ужас пронёс Вадима до питбайка. Из его головы вылетели все мысли о лекарствах и безопасности. Он потом вернётся, завтра. Когда воздух перестанет вибрировать от воплей.
Питбайк завёлся с первого раза и, развернувшись на месте на сто восемьдесят градусов разметая грязь поехал.
— Давай! Давай мальчик! Гони! — Кричал своему транспорту Вадим.
Он слишком шумел, да и перед этим была не самая тихая сцена. Звуки моторов и голоса приманили к себе стаю вечно голодных тварей.
Первая из них, неожиданным броском чуть не увалила Вадима. Сука слишком заспешила, промахнулась и Васильев, испугавшись, но оставшись живым, прибавил лошадей.
— Гони! Гони! Гони! — Забыл Вадим все прочие слова и повторял это как спасительную молитву.
Молитва видимо не была услышана. Вдобавок к дюжине существ бегущих за Вадимом в нескольких шагах, прибавилась новая проблема. Те люди не успели уехать. Они лишь на десять метров отъехали от шлагбаума.
«Тигр» стоявший в заду мизерной колонны, повернулся к Вадиму пулемётом.
Стрелок взял ездока на мушку и зажал гашетку.
Васильев, словно чувствовавший, когда по нему прилетит, за секунду до удара рывком отъехал в сторону.
Очередь вспахала землю, покрошила асфальт и убила одну тварь.
Вадим пролетел сквозь кусты, прижимаясь головой к рулю.
Монстры разделились. Семеро атаковали технику, а четверо продолжили догонять Васильева.
Питбайк с хозяином скрылся в тени деревьев, заехав в густую чащу. Светящиеся призрачным светом глаза тварей не переставая смотрели на него.
Вадим проносился на железном коне мимо деревьев, по местам, где при малейшей ошибке можно было смертельно навернуться. Но он не позволял себе ошибок. Ехал, как даже на самых важных соревнованиях не умел, или не решался. Где полшажка отделяли жизнь от смерти.
Перед глазами Васильева промелькнула клыкастая пасть, потом когти, острее любого ножа.
Твари бежали вровень с питбайком и зажимали его, гнали, куда им надо.
Вадим вытащил из кобуры АПБ и, не целясь, выстрелил очередью в морду приближающегося к нему существа.
Монстр дёрнул головой, споткнулся, врезался мордой о землю и кубарем улетел в мерзкие заросли.
Ехать оставалось не долго. В промежутках между деревьями то и дело появлялся слабый свет. Почти! Почти доехал!
Бах! Бах! Бах!
По мраку полетели трассеры, наперерез Вадиму и тварям. И всех их ослепил яркий свет.
Васильев пригнулся, но это его не спасло.
Одна из множества пуль, врезалась в его грудь. Бронированная пластина выдержала, а вот Вадим нет.
От силы удара он кувырнулся назад. Больно приземлился на спину, закружился, завертелся, поехал сам собой по сырой земле.
Остановило его что-то большое, стальное. Вадим влетел в это плечом.
В глазах потемнело. Стёкла противогаза покрывала сетка из трещин и густой слой грязи. Васильев был готов вырубиться, да боль вот как раз пришла.