Прекрасные Останки

Адриан проверил половину винтовок, остановился и посмотрел в даль.

— Тукко, кто-то еще должен приехать?

— Нет, por qu'e? [18] — уточнил он коротко.

Адриан взвел курок винтовки.

— Займите позиции на вершине церкви, — сказал он отрывисто. — У нас гости.

Я ничего не видела, но поверила ему. Так же как и другие. Они кинулись разгружать остальное оружие, затем по приказу припарковали грузовик перед монастырем. Теперь грузовик перекрывал большую часть прохода ко мне, хотя окно было достаточно большим, чтобы пройти сквозь него.

18

Por qu'e? (исп.) — Зачем?

Адриан доказал это, когда перепрыгнул через него.

— Вот, — сказал он, сжимая пистолет небольшого калибра в моей руке. — Оно для тебя более удобное в использовании. Все, что нужно, — нажать на курок.

— И не выронить, — мрачно сказала я.

Адриан сверкнул улыбкой:

— Во второй раз повезет.

Я очень надеюсь.

— Адриан, прежде чем ты уйдешь…

— Чтобы ни случилось, оставайся здесь, — сказал он, прерывая меня, — они не смогут пересечь святую землю. Пистолет только для крайних мер, но Томас будет с тобой. Ляг, чтобы слуги не увидели тебя. Мы будем на крыше, не давая подойти ближе.

— Нет, — запротестовала я, но он уже ушел. Томас прыгнул через окно, в котором только что был Адриан, его мрачный взгляд мелькнул по мне, когда он взял сверток автоматов у Коста.

— Ты хочешь помочь, s'i [19] ? — На мой энергичный кивок Томас жестом указал на оружие. — Я покажу, как сменить магазин. Когда мои закончатся, ты их заменишь.

Очень быстро я научилась этому. Три машины появились на пустынной территории, и их фары были единственным освещением на многие мили.

19

S'i (исп.) — Да.

— Есть ли шансы, что они просто туристы? — спросила я с фальшивой усмешкой.

Томас пожал плечами.

— Это могут быть члены местного наркокартеля.

— Ох, я очень надеюсь.

Когда они подъехали достаточно близко, чтобы заметить грузовик, загораживающий вход, машины с визгом остановились. Шквал выстрелов с крыши мгновенно оборвал демонскую болтовню, сводя к нулю шанс, что это были наркокурьеры, желающие скрыть свою заначку.

Как было приказано, я оставалась внизу, в то время как слуги открывали ответный огонь. Опять же, эти стены цвета охры были уже в плохом состоянии, и я сомневалась, что они могли остановить пули надолго. Может, мы сможем спрятаться. Как только я подумала об этом, тут же отмела эту идею. Ведь слуги посланное демонами с целью убийства, не станут искать нас с фонариками и не сдадутся из-за темноты.

— Этот кончился, — сказал Томас, опуская одну винтовку и поднимая другую. Быстро я сменила магазин, стараясь не вспоминать о последней перестрелке, в которой меня чуть не убили. Легче сказать тра-та-та-та, чем сделать столько выстрелов. Если я переживу это, то никогда больше не смогу смотреть фильмы про войну без приступа ПТСР.

А сейчас все мое внимание было направлено на смену магазина винтовки Томаса так быстро, как он в этом нуждался. Мне кажется, что магазины уходили с угрожающей скоростью, а стены святилища начинали выглядеть, как швейцарский сыр. Каждый раз поднималось небольшое облако пыли, когда пули попадали в стены. Их было так много, что воздух наполнялся пылью.

А хуже всего то, что выстрелы с крыши звучали все реже. Я пыталась не думать, что это значило, или тихо сходить с ума от того, что могло случиться с Адрианом. Каждый раз новые крики возвышались над другими шумами, но я не могла определить, кто их совершал. У крыши были резные каменные арки с колокольней, в которой можно скрыться, но если они были так же повреждены, как и стены монастыря, то дело дрянь.

И у нас оставалось всего две обоймы патронов.

— Много еще слуг снаружи? — спросила я Томаса, мне пришлось кричать, чтобы он меня услышал за стрельбой.

— Еще четыре полные машины только что подъехали, — прокричал он в ответ.

Четыре! Неразумное желание начать кричать росло во мне, но я затолкала его обратно с принудительным оптимизмом. Мы и раньше переживали атаку слуг. Если мы продержались тогда, справимся и сейчас…

Томас резко крутанулся, схватившись за грудь. Шокированная, я увидела новое отверстие в стене прямо там, где он стоял. Я еле успела поймать его, прежде чем он рухнул, что-то красное просачивалось между пальцами. Я усадила его на пол и бросилась через комнату, чтобы взять манну, которую оставил Адриан. Что-то горело в моей ноге, но я игнорировала это, делая зигзаги, чтобы избежать попадания пуль на обратном пути.

— Нет, — простонал Томас, кашляя кровью.

Я вспорола мешок, убрала его руки и хлопнула большой шар манны ему на грудь. Он выкашлял еще больше крови, а затем его губы растянулись в ужасной имитации улыбки.

— Не работает… при смертельных ранениях.

На глаза навернулись слезы, размывая его черты.

— Ты не умрешь, — настаивала я, прижимая другую горсть к его груди.

— Не сможешь спасти… меня. — Его дыхание становилось затрудненным, а кровь продолжала струиться потоком сквозь пальцы, пропитывая манну.

— Не говори, — сказала я, отчаянно пытаясь остановить поток. — Тебе нужно поберечь силы.

Томас уставился на меня, и на секунду агония в его взгляде, сменилась ясностью.

— Тебе нужно спасти Адриана, — произнес он отчетливо. Затем его глаза закатились, и тело затряслось, прежде чем обмякнуть.

— Томас! — закричала я.

Ответа не было. Его грудь не поднималась при вздохе, а кровь, хлеставшая между пальцами, превратилась в небольшие ручейки. Мне не нужно было проверять пульс, чтобы понять, что он ушел. Медленно я убрала руки от его груди и бросила взгляд наверх, но не на мужчин на крыше.

Почему? Я думала яростно. Он сражался на Твоей стороне! А Ты не мог его спасти? Снова без ответа, не то чтобы я его ожидала. Может, Адриан был прав, и мы не более чем пушечное мясо для обеих сторон. Хорошо. Если босс архонов не делает ничего, чтобы помочь, я сделаю сама.

Я подняла оружие Томаса, едва замечая, каким горячим был металл от многократного использования. Каждая часть меня была поглощена виной и яростью. Я опустилась вниз, как они говорили мне. Никто больше не умрет. Я буду сражаться и выживу или буду сражаться и умру, но в обоих случаях я буду сражаться.

Я укрепила ствол в дыре стены, как делал Томас, и начала стрелять. Цели я не достигла: попала в машину слуг, а не в них самих. Камень взорвался рядом с моим лицом, когда они открыли ответный огонь. Я низко пригнулась, пока поток огня не остановился, потом снова начала стрелять, целясь по вспышкам света, мелькающим от оружия слуг.

Я не слышала крик, но одно из их ружей резко замолчало. Я не чувствовала ничего, кроме безысходной удовлетворенности, которая удивила небольшую часть меня оттого, что я безвозвратно изменилась за последние две недели. Я продолжала стрелять, двигаясь вдоль стены, когда стены становились слишком тонкими, чтобы удержать пули. Я только заменила магазин на последний, когда оглушительный удар сотряс здание.