Прекрасные Останки

Она, на самом деле, была сильно удивлена. Я слышала, как люди с большим уважением говорили о фекалиях, чем она произнесла «нее». То ли ревность, то ли злость заставляли надеяться, что он оторвет ей голову. Она была злом.

— Я не могу позволить тебе навредить ей, — мрачно сказал Адриан.

Обсидиана, казалось, осела в его руках.

— Когда я услышала, что кто-то убил двух моих людей, я поняла, что ты пришел в мою область. Вот почему я пришла одна — чтобы увидеть тебя. — Ее голос стал глубже от очевидной обиды. — Это было даже не для поимки потомка Давида! Я думала, что если ты, наконец, поговоришь со мной, то избавишься от своего гнева. Для тебя больше ничего не имеет значения, кроме бесполезной погони за местью? Ты меня больше не любишь, benhoven?

— Это ответит на твой вопрос? — Адриан вскинул руку, ломая ее шею с вполне ощутимым звуком. Будь она слугой, то превратилась бы в пепел, но Обсидиана лишь обмякла. Я отвела взгляд, когда он вырвал из ее горла нечто мясистое. Я ненавидела Обсидиану, но квота мерзости по отношению к ней на сегодня была превышена.

— Зачем ты это делаешь? — спросила я, пытаясь помочь мальчику подняться.

— Это удерживает их подольше в отключке, — ответил он, сбрасывая обмякшее тело Обсидианы на траву. — У демонов другая физиология. Их версия сердца находится в шее.

Я убедила себя, что мстительное тепло, которое я ощутила, появилось вовсе не оттого, что он метафорически вырвал Обсидиане сердце. А оттого, что теперь у нас было больше времени, чтобы удрать.

— Коста, ты в порядке? — спросил Адриан, подходя к нему.

Ответом послужил стон. Адриан поднял его и усадил на пассажирское сиденье. Затем подвинул водительское сиденье вперед, чтобы я смогла забраться в машину и сесть позади него.

— Он в порядке? — спросила я, почти затащив мальчика в машину.

— Просто сотрясение. Немного манны, и будет в порядке, — ответил Адриан. От меня не ускользнуло то, что его голос был полон раздражения, как будто у него было право злиться. Когда все мы сели в машину и поехали, он уставился на меня.

— Зачем ты дразнила Обсидиану? — возмутился Адриан. — Пыталась дать ей больше причин убить тебя?

Что я могла сказать? Что меня так задели комментарии этой суки? Или что после того, как я узнала об их отношениях, почти забыла, что моя жизнь в опасности? Ох, нет. Это было бы слишком глупо. И унизительно.

— Я сделала это, чтобы переключить ее, — сказала я, округляя глаза и делая взгляд невинным. — Я пыталась отвлечь ее на себя, чтобы она отпустила Коста!

Пристальный взгляд Адриана дал понять, что он не купился. Время применить другую тактику. Я взъерошила свои волосы, издав презрительный смешок.

— Ты что, действительно думаешь, будто меня волнует то, что у вас с ней был секс или что-то еще из того, что я сказала? Я тебя умоляю.

Коста бормотал что-то на греческом, пока прикладывал горсть манны к глубокой ране на затылке. Как бы то ни было, Адриан фыркнул в знак согласия. Когда он взглянул на меня, выражение лица было менее суровым, но не менее эмоциональным.

— В отличие от меня, ты ужасный лжец, но так как у нас не было плана лучше, то я рад, что твой сработал.

Означало ли это, будто он поверил, что я сымитировала ревность? Или он знал, что я солгала? Спросить об этом, значит сознаться, что меня это беспокоит, поэтому я уделила все свое внимание мальчику. Он сгорбился на сиденье, и большая часть его тела была закутана в куртку за исключением ног. Он все еще не реагировал на происходящее вокруг.

Возможно, это шок, а может у него была физическая травма, которую мы не могли увидеть?

— Мы должны отвезти его в больницу, — заявила я.

— Это причинит больше вреда, чем пользы, — добавил Адриан, бросая на меня язвительный взгляд. — Помню, ты говорила, что была сумасшедшей всю свою жизнь? Что, ты думаешь, они ему скажут, когда однажды он начнет рассказывать им о демонах, слугах и другом мире?

Я вздрогнула.

— Правда, но ему нужна помощь, которую мы не сможем оказать, пока ищем оружие. Кроме того, вдруг у него есть семья, которая беспокоится о нем.

— Когда в следующий раз увидим Зака, спрошу его, — сказал Адриан, в голосе чувствовались грубые нотки. — Он всегда в курсе о семьях детей.

Я попыталась не дать этому утверждению задеть меня, но не получилось. «Твоя настоящая мать не бросала тебя, чтобы убежать от полиции, — нашептывал голос Зака в моем подсознании, будто он был рядом. — Она сделала это, чтобы спасти тебя, как и показал твой сон…»

Я затолкала эти мысли подальше. По одному колоссальному кризису за раз, спасибо. Пока я не нашла оружие, не имеет значения, почему моя биологическая мать оставила меня у того шоссе. Если я последняя из потомков Давида, то каковы бы ни были ее причины — она мертва. Навсегда ушедшая, как и мои приемные родители, с которыми я даже не смогла попрощаться, потому что тот детектив пытался убить меня прежде, чем я устроила им надлежащие похороны.

— Айви, — Голос Адриана был настойчивым. — Что случилось?

Я смахнула слезинку и поняла, что начала плакать.

— Ничего.

— Чушь собачья, — сказал он выразительно.

— Просто маленький посттравматический стресс. — Я выдавила дрожащий смешок. — До сих пор не привыкла быть на волоске от смерти, понятно?

Взглядом он снова повторил «чушь собачья». Ладно, может, я и была ужасным лжецом. Я притворилась, будто не замечала, что он пристально смотрел на меня, и стала подсовывать ноги мальчика под свои, чтобы согреть.

Тогда меня посетила идея, настолько безумная, что я потянулась через сиденье, чтобы схватить Адриана за плечо.

— Рули в Беннингтон! Мы вытащили мальчика с нашими маскировками, поэтому мы можем использовать их, чтобы также достать Жасмин!

Коста кинул на меня полный жалости взгляд, при этом я почувствовала и услышала вздох Адриана.

— Помнишь, я сказал тебе, что с твоей сестрой будут обращаться лучше, чем со всеми другими людьми из всех областей? Ее также будут лучше охранять. Беннингтон, может, и не является главной областью Деметрия, но он ждет, что ты именно так и поступишь. Я гарантирую, он отдал приказ, согласно которому должен быть задержан любой, кто покажется незнакомым.

Моя мимолетная надежда разбилась в прах. Адриан был прав. Демоны не намеревались облегчить для меня задачу, поэтому либо я приду убить их всех, либо умру сама.

Или оба варианта. Никто этого не говорил, но и не нужно было. Наличие оружия не означает, что я вдруг стану пуленепробиваемой, поэтому его нахождение не гарантирует победы. Это лишь дает мне шанс на нее.

— Ты будешь в порядке, — сказала я мальчику, давая ему уверенность, которую я так сильно желала получить от кого-нибудь сама.