Принцесса и Ко

Мяу спрыгнул с забора и теперь крутился у нас под ногами.

— Куда ты привел нас, ведьмин спутник? — проворчал Корд, с прищуром зыркая по сторонам. — Здешняя ведьма давно куда-то съехала — этот двор не мели уже несколько лет, как минимум.

Я прошел к сараю и, отворив скрипучую дверь, заглянул. В лицо пахнуло сеном и плесенью. Под потолком вспыхнул световой шар и осветил ряды развешанных вдоль стен связок сухих растений, грибов, кореньев. Я тронул ближайший ко входу пучок: тот осыпался от старости, а в воздух поднялось облачко пыли. Едва не расчихавшись, я вылетел из сарая.

Корд, который осматривал овин и стойла для наалов, вышел, отряхивая волосы и одежду от налипшей паутины.

— Кем бы ни была живущая здесь отшельница — доброй травницей или злющей ведьмой — она ушла отсюда как минимум пятнадцать зим назад.

— Может, и больше, — подтвердил я. — Неужели Тера здесь, Мяу?

Фамильяр сверкнул загадочными глазищами и направился к низкому бревенчатому дому. Упершись двумя лапами в дверь, зверек толкнул ее, заскочил через порог и исчез в густом сумраке.

Я хотел последовать за ним, но кузен удержал меня, схватив за плечо.

— Я прослушиваю ментальное поле дома, но никого живого там не нахожу. Тхарски смахивает на ловушку, не так ли?

— Тогда тем более следует узнать, зачем мы здесь!

Я стряхнул его руку и двинулся вперед. Войдя в дом, я не собирался блуждать во тьме. В воздух взмыли три световых шара и поплыли в разные стороны над запыленным полом, по которому давно никто не ходил. Следов фамильяра не наблюдалось. Из крошечной прихожей вели две двери — в кухню и в жилые помещения. В заброшенной кухне не обнаружилось ничего интересного, кроме ярко раскрашенной печи, и мы направились в комнаты.

Сперва зашли в узкую светелку с кроватью и комодом в дальнем конце. Все здесь было покрыто сантиметровым слоем пыли. Осматривать было решительно нечего — никаких следов Теры обнаружить не удалось. А вот во второй комнате нас ждала неожиданная находка. На кровати лежало давно истлевшее тело хозяйки. Обтягивающая череп побуревшая сморщенная кожа, седые волосы, сложенные на груди руки, напоминавшие груду костей. Лучше всего сохранилась расшитая рубаха из тонкой оленьей кожи, похожая на те, что носят шаманы орков.

Мы замерли перед картиной смерти.

— Вот, значит, как! — выдавил Корд. Он отыскал в комоде пожелтевшую простынь и покрыл тело. — Травница мертва уже много зим. Но кто тогда поддерживает барьер и ловушки?

Я вышел, раздраженно дернув плечом. Меня интересовало совсем другое.

— Куда же поехала Тера и где она сейчас? Или в лесу живет еще одна ведьма-травница?

Мысль, что нежная и хрупкая девочка оказалась одна в таком месте, повергала в ужас. Я старался не думать о таком, чтобы не скатиться в панику — твердил себе, что должен найти любимую, а для этого нужен трезвый ум.

В прихожей нас снова встретил Мяу. Он бросил встревоженный взгляд в сторону комнаты, где покоились останки травницы, а затем энергично подпрыгнул и юркнул в приоткрытую дверь кухни, недвусмысленно поманив за собой. Мы вошли следом, ярко осветив тесное помещение. На немудреной кухонной утвари и печи лежал плотный слой пыли. На столе рассыпаны почерневшие сухие коренья и скрюченные грибы.

— Видимо, отшельница была орчихой, — пробормотал Корд, рассматривая грубо намалеванные значки на покрашенной в ярко-розовый стене. — Странно, почему эта стенка расписана, а остальные нет? Это какой-то ритуал, должно быть. Я чувствую чуждую магию.

Мяу подбежал к раскрашенной стене и встав на задние лапы, оперся передними о стену, словно силясь толкнуть ее.

87

Тера

Сколько часов прошло с тех пор, как синяя стена вновь стала твердой, а Мяу, скользнув мимо меня к противоположной стене, без следа растворился в ней? Время перестало иметь значение после того, как я испробовала то же заклинание на остальных поверхностях, но не получила никакого результата. Экспериментов с синей стеной не повторяла — слишком уж жуткой показалась завеса тумана. Кто знает, что вылезет из нее в следующий раз? Серая мгла не щерилась зубастыми пастями и не сверкала жуткими глазищами, тем не менее пугала до судорог. При одном воспоминании волосы на затылке начинали шевелиться.

Куда убежал Мяу? Он вышел ко мне из мглы с таким целеустремленным видом, словно с нетерпением ждал, когда я приоткрою дверь в его страшный мир. Вспомнились былые подозрения, что фамильяр причастен к нападению на Ли, и сердце тоскливо заныло. Снова герцог Винсент из-за меня в опасности? Я сжала виски и опустилась на расстеленный на полу плащ. Собственная беспомощность убивала. Я оказалась пленницей здесь потому, что добровольно пришла к ведьме, которой доверяла, а теперь еще и выпустила существо, способное погубить дорогого мне человека. Отчаяние нахлынуло черной волной и даже слезы не принесли облегчения. В конце концов, я окончательно измучила себя, и сон сморил меня.

Мне снился Ли. Я слышала его голос, видела светлую солнечную улыбку. Пробудилась словно от толчка и долго лежала, пытаясь вспомнить подробности приятного сновидения, но те ускользали. Осталось лишь светлое впечатление, но и то быстро испарялось под напором мыслей о безнадежности моего положения.

Я давно перестала прислушиваться к могильной тишине своей камеры. Тихонько напевая под нос старинную песенку — так немного легче, я подпирала стену спиной и ждала. И сама не знала, чего жду — спасения или конца? Оставалось надеяться на милость богов.

И вдруг рядом раздалось тихое «Мау-у-у». Я оборвала балладу на полуслове и подпрыгнула.

— Мяу, ты вернулся?!

Я лихорадочно осмотрелась, но фамильяра не обнаружила.

«Как же так? Я явственно слышала голос питомца. Почудилось? Я с ума схожу?»

И тут раздалось отчетливое «Мяу!». На сей раз я различила, что звук идет из-за розовой стены. Питомец пытается вернуться? А вдруг сейчас удастся раздвинуть пространство?

Загоревшись надеждой, я вскочила и бросилась к стене. Возложила руки на чуть шершавую поверхность и, вливая силу, шепнула: «Андаа дава». Ничего не произошло, только штукатурка под ладонями стала теплее. Разочарованная я принялась ходить взад-вперед по камере, в который раз ломая голову, как выйти отсюда.

От волнения в ушах бухало сердце, потому я не сразу уловила, что гулкие, мерные удары, которые слышу, раздаются из-за стены.

Кто-то ломает стену.

На миг я замерла и обратилась в слух, трепеща от радости и надежды. Внезапно удары прекратились, послышался скрежет. Стена вдруг затрещала, пошла волнами и разом осыпалась, подняв тучу пыли и мела. Я успела отпрянуть и закрыть голову плащом, иначе, наверное, задохнулась бы. Полузасыпанная обломками, услышала несколько бранных слов, оброненных, несомненно, лордом-инквизитором, а затем надежные и крепкие руки, в которых я все это время мечтала оказаться, подхватили меня и куда-то понесли.