Принцесса ионитов

…

Когда всё закончилось, мы некоторое время просто стояли на месте, не веря в победу. Затем как отпустило, и кто стоял на ногах, обессиленно попадали на остатки искорёженного пола, переводя дыхание.

Затем приключения продолжились.

А то как это так — Орден Смотрителей целую минуту не делает ничего!

С места вдруг сорвалась Сайна. Прыжок — и её понесло над землёй, как ионитового вестника. Девушка тоже попыталась сбежать, однако я вовремя отреагировал и поймал в захват выстрелившими от ближайшего дендроида ветвями.

Та начала сопротивляться, вспыхнула алым. Ожившие циркулярные пилы вонзились в ходячее растение, но оно не оставило хватку, а наоборот — выстрелило шипами с паралитическим ядом, обезвреживая девушку.

Затем я услышал хруст и глухой удар — попытка Белой убежать в режиме скрытности оборвалась ударом фиолетовых лент, прибивших девушку к полу. В отличии от меня, Аси жалостливостью не отличалась и на всякий случай прибила руки и ноги Белой к каменному полу.

Зря она так, конечно. Хотя по её меркам это наверное щадящий режим…

Хорошо хоть, что Мерлин без сознания сейчас и не может никому навредить.

Зато Альма сидела с отсутствующим взглядом и от неё в стороны расходилась какая-то чёрная энергия, на которую даже смотреть было стрёмно. Вены набухли и потемнели, а кожа наоборот выцвела, делая её похожей на миловидного некроморфа. Рейн пытался привести её в чувства, но пока без особого толка.

Ну, вроде всё в порядке. Победили. Теперь надо наверное всех неадекватных на передержку в темницу убежища, и хорошенько отметить. Может, прямо здесь? Отметить, выпить, может… немного развлечься.

Взгляд пробежался по фигурке Дины — последнего оставшегося на ногах тела Тии. Я даже с предвкушением шагнул в её сторону, наплевав и на усталость, и на ломоту в теле, но затем замер.

Стоп.

Какой, мать его, в порядке?!

Нихрена не в порядке! Если сейчас на нас нападёт даже не Метель или хищники, а просто выводок рандомных тварей — нам всем хана!

Только что Орден едва не перестал существовать!

Я посмотрел на свои руки, будто ответы крылись где-то за ними.

Осознанность…

Да что там, банальный здравый рассудок!

Нам срочно нужна эволюция.

И подтверждая мои слова с воем упала Эстель и зарыдала, будто в истерике. И к ней тоже пришёл откат за неестетсвенную кровожадность, критически несочетаемую с расой пацифистов сиинтри.

Тела, гарь, куски вывороченного камня, обломки големов, куски преобразившихся мутантов…

— Кто ещё на ногах? — спросил я.

Медленно поднялся израненный Рейн. Вернее, бесформенный голубой слайм.

Отсалютовал Кот, болезненно опирающийся на тамарскую рельсу. Новичок Шимару. Ильгор. Мордред и Крайн, живой клинок Рейна…

Дина.

— Прости, Арк, Сайна сбросила контроль. Я дала им с Белой слишком много автономии, и они вырвались.

— Всё в порядке, — я бросил взгляд на спутанную механистку с равнодушием на лице.

— Никак не могу вспомнить, чем закончился наш бой в прошлой жизни… — задумчиво сказала Ангедония. — Я точно помню, что мы дрались… хм…

Белая всхлипнула.

— Не, ты не подумай, я зла не держу. Причину по которой мы дрались я тоже не помню… Хотя нет, вру. Помню, — Аси перевела взгляд на Тию-Дину.

— Даже не думай. Это просто оболочка, — напомнил я ей. А затем громче обратился к остальным.

— Берите товарищей и тащите в убежище. Кто может ещё сражаться — обратно. Сами решайте.

— Сражаться с кем? — уточнил Рейн с подозрением.

— С летунами, скорее всего, — устало бросил я. — Будем идти в город к корректору, тут без вариантов.

— Предлагаешь идти поверху? — друг с трудом принял форму полустихийного синекожего энигмата. На полуангела, который куда больше походил на человека, сил не оставалось.

— Здесь Тия сможет контролировать летунов, а внизу очень легко будет устроить нам ещё одну засаду, — пояснил я и бросил взгляд на Дину.

— В этом теле я смогу только уговорить стаю не нападать. Но имеющих разум птиц смогу отвадить или натравить на других. Хаос мне доступен и здесь.

— Вот из-за этого поверху, и из-за этого нужно будет сражаться. Не поверю, что можно прошагать отсюда до города ни разу не встретившись с энергетом или ещё какой нечистью без мозгов.

— Ты прав, — насколько друг успокоился я видел почти физически. У него будто камень с души упал. Наверное, подозревал что я тоже могу быть альтернативно осознанным и потребовать какую-то дичь.

— А почему в город? — задумался вслух Лис. — Нас там сразу найдут люди хищников. Может, на десятый? Там ведь тоже встречаются терминалы-корректоры?

— Дойдём до Тумора, спросим, удалось ли найти что-то, — кивнул я. — Но если нет, то это не вариант. Просто сидеть и окопаться — проиграть хищникам стратегически. Мы и так отстаём — они до своего терминала теперь точно доберутся быстрее.

— А зачем нам ниже? — вдруг задал вопрос Рейн.

Важный вопрос, который был главным камнем преткновения.

Я посмотрел на него с искренним удивлением. Вот от кого я этого точно не ожидал.

— Чтобы узнать, какого хрена мы здесь с тобой делаем, и существует ли что-то за пределами этой Стены.

В ответ я ожидал услышать самый частый аргумент, который суют мне под нос все, кому не лень — почему бы просто не жить спокойно в Стене в существующих условиях?

Те же хищники находились на вершине пищевой цепи, но лишь потому, что были и остальные проходчики. Если нет людей, нет и иерархии, и нет власти.

Но Рейн ответил иначе:

— Гильгамеш дошёл до тридцатого, — сказал он и пояснил. — В бою, когда принимаю полную боевую форму ангелоида, иногда ко мне возвращается что-то. Вспышками, знаешь? Ты как-то говорил, что у тебя также с памятью короля Артура.

Я кивнул.

— И что там, на тридцатом?

— Жизнь, — ответил он нехотя. — Но такая, что хуже смерти. Там Гильгамеш получил частицу того, что исказило его суть. Тьма, горечь, рабство и тварь во главе персонального ада. Ты предлагаешь нам спуститься в этот Ад… Чтобы получить ещё одну Мёртвую Мечту, которая будет сводить с ума.