Принцесса Торн

К черту Рэнсома. Мне уже надоели его игры в «горячее-холодное». Но меня постоянно терзала мысль, а может ли это быть такой извращенный способ наказать меня за то, что я раскрыла его слабость.

Только на этот раз слабостью оказалась я.

Я провела кисточкой по скулам. Я уже попросила прощения у Макса за то, что натворила той ночью. Он принял извинения, но все это только на словах. Между нами что-то сломалось, и мы оба понимали, что прежнего уже не вернуть.

Мой разум занимал один только Рэнсом. Макс же сосредоточился на том, чтобы сохранить работу.

– Он очень занят, – оправдывал Макс поведение своего босса. – Ты же знаешь, он создает целый отдел кибербезопасности.

Я недоверчиво рассмеялась.

– Все нормально, Макс. Серьезно. Мне все равно.

Макс пристально изучал меня.

– Ты в порядке?

– А почему нет? – Я уронила кисточку, схватила случайную помаду и прижала ее к губам с грацией бегемота.

– Потому что у тебя глаза на мокром месте.

Правда? Черт. Действительно.

– Просто аллергия на косметику, – фыркнула я.

Но внутри я умирала. Отказ подорвал остатки моей уверенности в себе. Как Рэнсом мог так поступить со мной?

Макс зашел в ванную комнату и вернулся с коробкой салфеток, отчего мне снова захотелось плакать. Он молча протянул их мне.

Я схватила одну и промокнула уголки глаз.

– Видишь? Теперь лучше.

На седьмой день после нашего «ничего» с Рэнсомом этот ублюдок появился в смокинге у моего номера. Я открыла ему дверь в черном винтажном викторианском платье с корсетом и короткими рукавами. Рукава отделаны белым шелком, а край корсета украшали маленькие цветочки.

– Ошиблись номером, – весело объявила я, захлопывая дверь перед его носом. Он успел просунуть блестящую туфлю между дверью и косяком, не давая мне закрыть ее до конца.

Рэнсом прошел мимо, едва взглянув на мое лицо. Он направился прямо к тележке с алкоголем и налил себе виски.

До чего же наглый мужчина.

– Я ни за что не позволю тебе сесть за руль в нетрезвом виде. – Я неохотно закрыла дверь, гадая, где же Макс. Он уже уехал? Не попрощавшись?

А чего ты ждала? Использовала парня, чтобы досадить его боссу.

– Нас отвезут. – Рэнсом выпил виски, хлопнув пустым стаканом о тележку. Посмотрел на часы. На-хмурился, а после поднял голову и случайно бросил взгляд на мое декольте.

– Что на тебе надето?

– Платье. – Я взяла сумочку с кухонного островка и откинула волосы на одно плечо. – Моя кожа выглядит нормально? Пришлось очищаться после твоих прикосновений.

– Кто-то болезненно переносит отказ. – Но в его голосе не чувствовалось яда. Он выглядел усталым, взволнованным и вообще нездоровым.

– Это был бы отказ, если бы на следующий день ты сказал мне, что не заинтересован. – Я сладко улыбнулась. – Но то, что сделал ты, называется бегством. Я никогда не думала, что ты склонен к истерикам, но таковы уж люди. Мы непредсказуемы.

Удивительно, но Рэнсом не стал вступать в словесную перепалку из-за моей последней колкости. Он покачал головой, схватил телефон и бумажник.

– Давай покончим с этим.

– Наконец-то мы на одной волне. – Я закатила глаза, направляясь к двери. Он последовал за мной, затеняя меня своей высокой и узкой фигурой.

Поездка в особняк моих родителей прошла в тишине. Мама и папа прислали одного из своих водителей, поэтому нам с Рэнсомом не представилось возможности громко препираться. И хорошо. Я устала обдумывать произошедшее между нами и совсем не хотела встречаться лицом к лицу со Злой Ведьмой Запада и ее гладковолосым женихом.

За десять минут до запланированного прибытия к моим родителям Рэнсом взглянул на меня с противоположного сиденья «Эскалейда».

– Сегодня ты не должна покидать поле моего зрения, принцесса.

– Как-то чересчур требовать такое, не находишь? После семидневного отсутствия.

Он перевел взгляд на нашего водителя, затем снова посмотрел на меня и прищурился.

– У некоторых из нас есть настоящая работа.

– И твоя заключается в заботе обо мне. Если не можешь справиться, верни ежемесячные чеки.

– Еженедельные, – холодно поправил он. – И с Максом ты была в надежных руках.

– И в теплых тоже. – Я злобно ухмыльнулась. – Не говоря уже об… их изобретательности.

Рэнсом скрестил ноги, глядя на меня с легкой насмешкой.

– Он тебя не трогал.

– Может, трогал. А может, и нет. Ты никогда не узнаешь.

– Я знаю, потому что здесь повсюду камеры. Помнишь?

Теперь помню. Боже, как я ненавидела этого мужчину.

– Не принимай его промах за привычное поведение. – Рэнсом покачал головой.

– Вот как ты называешь произошедшее между нами с Максом? – размышляла я. – А как бы ты назвал то, что было у нас с тобой? – Я понизила голос, чтобы нас не услышали. – Настолько большой промах, что через него сможет протиснуться танкер?

– Ошибка.

– Если здесь и есть ошибка, то это ты.

– Никаких сомнений. Все мы знаем историю моего происхождения.

– Слушай сюда, ты, при…

Он протянул руку и с сухой усмешкой прижал указательный палец к моим губам.

– Кто я – не имеет значения. Важно то, кем являешься ты. А ты – моя подопечная. Так что давай сделаем вид, что той ночи не было, и будем двигаться дальше. Ты можешь не верить, но я здесь, чтобы помочь. Тем более что, похоже, у тебя не хватает мотивации и силы воли, чтобы помочь себе самой.

Я уже собиралась откусить ему палец, когда «Эскалейд» остановился перед коваными воротами.

Рэнсом отстегнул ремень и выскользнул из машины.

– Настало время шоу, принцесса.

На репетиционный ужин, куда пригласили членов семьи и близких друзей возлюбленных, не пощадили ни цента. Всего собралось двести человек.

Система безопасности была на высоте. Десятки людей в черных костюмах патрулировали территорию особняка, а над крышей кружили вертолеты. Розовые пионы и белые розы свисали с высоких антикварных фарфоровых ваз, украшая путь ко входу. Клин золотистого света из профессиональных прожекторов заставлял мерцать открытые двойные двери. Мы с Рэнсомом вошли в фойе, заполненное людьми в костюмах и платьях, сжимающими в руках фужеры с шампанским и обсуждающими предстоящее событие.