Принцесса яда

– Ненавижу холод.
– Пробормотал он.

Хотя никто из нас не привык к такой температуре, я по крайней мере каталась на лыжах с Мэл и ее семьей каждые зимние каникулы. Джексон никогда не знал такого холода, как этот, он никогда не был за пределами штата Луизиана. Когда Селена спросила его, какой его любимый горнолыжный курорт, он весело взглянул на меня в зеркало заднего вида. «Я не узнаю снег, даже если он ударит меня в лицо» - сказал он.

Он был мальчиком с болот, где родился и вырос...

Как только Селена и Мэтью вылезли, Джексон сказал:

– Мы остановимся в этом доме на ночь, набег на лагерь сделаем утром.

– Как мы собираемся, украсть у них горючее?
– спросила я.

– Мы?
– Джексон поднял брови.
– Ты не сможешь ничего сделать. Ты можешь, только сидеть где-нибудь в безопасности до рассвета, пока не спрячутся Бэгмены, Селена и я сможем подъехать туда на мотоциклах.

Она просияла. Я смотрела, чувствуя, что бесполезна, как и прежде, смущенная своей неумелостью, особенно по сравнению с ней. Всякий раз, когда Джексон называл Мэтью Bon a Rien,- никчемный, - он только напоминал мне, что назвал меня так же.

Никчемная маленькая кукла без зубов.

Глава 33

У меня перехватило дыхание от нового кошмара. Когда я моргнула, открывая глаза, мои когти были выпущены, поблескивая в тусклом лунном свете, который пробивался через грязное окно. Рядом со мной спали Селена и Мэтью. Мы втроём положили спальные мешки вокруг холодного очага, так как не осмелились развести огонь, на ужин просто разделили энергетические батончики. Пока мы пытались заснуть, Джексон занял пост в соседней комнате.

Сейчас я смотрела на свои когти, вспоминая свой сон. Ведьма была окружена призрачными фигурами, сгорая в агрессии, она хотела убить их. Она закружилась на месте, ее усыпанные листьями красные волосы начали развеваться над головой, испуская нечто в воздух. Споры? Как только она остановилась на месте, она заверила своих жертв: «Такой, как я, не стыдно сдаться».

Я ожидала, что жители начнут задыхаться, корчась, как ее молодые поклонники. Даже спящая, я приготовилась к ужасному зрелищу, которое появится в моей голове. Вместо этого, ее жертвы упали на землю со счастливыми вздохами, свернувшись калачиком на травянистом поле, согретом солнцем. Где переломанные кости? Разорванная плоть? Крики? Люди просто заснули. И они никогда не проснутся. Это видение для меня было едва ли не худшим, чем самые ужасные из них. Ее коварный замысел поразил меня. Не было ни одного крика, потому что ни одна душа не была достаточна сильна, чтобы бороться за свою жизнь...

Когда мои когти начали уменьшаться, я пошевелила пальцами, наблюдая за игрой света на них, словно на шипах. Я поняла, что стала привыкать к ним. Зрелище не шокировало меня больше. На самом деле, я чувствовала... онемение. Я постепенно становилась все более похожей на нее. Способности, которые я когда-то считала даром, теперь больше походили на проклятие. Как только мои ногти вернулись к норме, я поднялась, ища Джексона. Ища комфорта. Мне просто нужно быть рядом с ним, я знала, что он заставит меня чувствовать себя лучше.

В соседней комнате я остановилась, найдя его спящим на своём посту, сидящим в мягком кресле возле окна. Одна его длинная нога была согнута, его арбалет опасно балансировал на колене, другую ногу он вытянул перед собой. Он прижался головой к окну. Видела ли я когда-нибудь его спящим?

Нет, потому что он наблюдал за мной каждую ночь. Ну, за исключением той ночи у Селены. Я еще не была уверена, где он спал тогда. У него были темные круги под глазами и лоб был сморщен от беспокойства. Так много ответственности. Я почувствовала острую боль. Неудивительно, что он так много пил. Я забралась на кресло, стоя на коленях перед ним, и погладила его по щеке. Тем не менее он не проснулся. Он должно быть совсем измотан. Я почувствовала необыкновенную нежность к этому парню - мое проклятие, сильно пьющий, защитник дам. Я вздохнула. Он был моим защитником? Возможно, он предпочитает Bonne Rien a (никчемной) - безупречную Селену? Как бы мне не хотелось в этом признаваться, она подходит ему лучше. На самом деле, я не знала никого, кто мог удовлетворить его лучше, чем она. Если бы я узнала, что они занимались сексом, я бы по-прежнему хотела его? Так много вопросов между нами, так много тайн.

Я была вовлечена в какую-то битву, которой не хотела и не понимала, я была хорошей целью, потому что свои способности никогда не просила и не знала как ими управлять, и Джексон был единственной вещью в моей жизни, которая заставляла меня чувствовать себя в здравом уме, заставляла бороться за будущее. Наклонив голову, я дотронулась большим пальцем до его нижней губы, вспоминая наш поцелуй. Я хотела бы вернуться в ту ночь, чтобы объяснить ему мои страхи, и попросить его действовать медленнее.

– Эй, - вдруг пробормотал он. Его глаза были закрыты, на губах появилась ленивая улыбка.
– Это то, как мне нравится просыпаться, peekon.

Счастливо улыбающийся взгляд сонного Джексона тронул мое сердце. Он поставил около себя арбалет, затем обвил руки вокруг меня, чтобы прижать меня к груди. Когда я расслабилась на нём, он передвинул свои колени по обе стороны от меня.

– Жимолость. Тебе сейчас нравится старина Джек?
– прохрипел он в мои волосы.

– Да.
– Ответила я честно, нежась в его теплых, сильных руках обвивающих меня. Я хотела прижаться к нему еще ближе.

– Ах, bebe, у меня такое чувство, как будто я не видел тебя неделю.

– Я знаю, у меня тоже.

Он обхватил мое лицо, встречая мой взгляд.

 - Если бы я знал, что так проснусь, пошел бы спать раньше.
– Затем он напрягся.
– Подожди. Почему я спал?
– он вскочил на ноги, и я начала падать, прежде чем он схватил меня за руку и поставил на кресло.

– Черт! Я заснул на вахте?

Селена заворочалась в соседней комнате, но не проснулась.

– Джексон, ты не отдыхал в течение нескольких дней, даже недель. Ты был в полуобморочном состоянии.

– Ты оправдываешь меня?
– он схватил свой арбалет, выглянул в окно. Местность, должно быть, была пустынной, потому что он опустил оружие.
– Нас могли окружить. Я не знаю, что случилось. Такого никогда не было.

– Никто не может идти так долго, не отдыхая.

– Я раньше мог.
– Он опустился в кресло глядя на меня.
– Я делаю прекрасную работу, заботясь о тебе.

– Да делаешь! Своей жизнью я обязана тебе.

– Как долго я смогу держать тебя в безопасности? Ситуация становится все хуже и хуже. Мы направляемся в место, где люди живут охотой, где нет магазинов с рядами консервов на каждом углу. Они будут отчаявшимися и голодными, Эви.
– Новая пищевая цепь...
– Я ни за что не возьму тебя туда где опасность. Ты, должно быть, интересуешься, жива ли твоя бабушка.

– Она жива.

– Почему ты говоришь так уверенно? У тебя были ещё видения, не так ли? Черт побери, почему ты не сказала мне?
– угрюмым тоном, он добавил - Спорим, ты рассказала это ему.
– Как ответить на это?
– Вы двое говорите о том, чего я не могу понять.
– Он выдохнул.

– Я должен это признать.
– Затем его брови сошлись вместе.
– Почему мальчик всегда говорит о будущем? Ты сказала, что он говорил раньше с тобой, почему бы ему не говорить телепатически с тобой сейчас?
– я начала делать новую дыру в моих джинсах.
– Он… такой же как ты? Он может видеть будущее?