Принцип вмешательства

От размышлений Мареева оторвало пронзительное верещание будильника. Оставив недокуренную сигариллу в пепельнице и прихлопнув ладонью одно из страшнейших изобретений инквизиции, нагло маскирующееся под нужную в хозяйстве вещь, генерал-майор побрел в душ. Начинался очередной рабочий день, наполненный решением проблем, о которых, как на тот момент полагал Мареев, никто из жителей Земли, за исключением сотрудников проекта, не имел ясного и четкого представления. А спустя полтора часа, переступив порог рабочего кабинета, расположенного на пятом этаже того самого бледно-желтого здания на Лубянской площади, которое в свое время так печально ее прославило, он узнает о сигнале тревоги, поступившем из Тульского исследовательского корпуса, и о том, что прикомандированное к корпусу отделение майора Чернова не выходит на связь...

По технике безопасности проекта происшествие подобного рода априори предполагало выход ситуации на объекте из-под контроля и требовало оперативного вмешательства, хотя Мареев, досыта уже насмотревшийся на схожие ЧП, сильно сомневался в необходимости во что-либо там вмешиваться. Иное дело, если бы сигнал пришел из Смоленской или Костромской области - эти территории вечно были его головной болью. Здесь же примерную картину он себе уже представлял - перегоревшие в результате неправильного расчета поданной энергии предохранители, сработавшая аварийная сигнализация, виноватые физиономии яйцеголовых и лепет на тему "ну, вы же понимаете - неисследованная область мироздания, непредсказуемые физические и химические процессы, ошибки неизбежны...". Представлял, но группу оперативного реагирования все-таки выслал. Для соблюдения субординации. Парням понадобилось три часа, чтобы добраться до места, после чего последовал звонок от возглавлявшего группу полковника Шебанова.

– Шеф...
– непривычное смущение в голосе ликвидатора не сглаживалось даже отвратительной связью.
– А тут ничего, кроме леса. Какие наши дальнейшие действия?

– Какого леса?
– машинально переспросил Мареев. Первой его мыслью было - ошиблись адресом, поскольку больше всего сообщение походило на идиотскую шутку, а такие Шебанову были не свойственны, так что этот вариант отпадал сразу.

– Осинового с примесью березняка. Иногда дубы попадаются.

– А что в лесу?

– Грибы. В основном сыроежки.

– Отставить грибы, - приказал Мареев, все еще цепляясь за логическое объяснение ситуации.
– Вы куда вообще заехали?

– Туда, куда и отправляли. В Тулу.

– Так какого черта вы по лесам шляетесь, когда вам в центр надо?

– А мы и торчим в самом что ни на есть центре, - сообщил Шебанов.
– Вокруг дома стоят, а вместо объекта деревья, ну и еще, похоже, что кроме него несколько кварталов прихватило. Аборигены на контакт идут плохо, что-то бормочут про взрыв и названивают в МЧС, местному мэру и в приемную Президента.

Мареев беззвучно выругался. Упоминание последнего адресата его совсем не порадовало. Конечно, даже если жалобу и зарегистрируют, она все равно будет спущена для разбора на службу безопасности проекта - в Кремле отлично знали, откуда растут ноги, уши и прочие части тела подобных феноменов, но лишний раз напоминать о себе в негативном ключе тоже было не лучшей политикой. И так каждый год норовят уменьшить финансирование проекта, упирая на то, что основную свою функцию он выполнил. Ну да, конечно. Подходящее место для эвакуации правящей верхушки с чадами и домочадцами на случай третьей мировой войны подыскано, а что может быть важнее? Хорошо хоть с Президентами пока везет. Прошлый, прагматик, при виде положенной ему на стол карты сравнительного анализа текущих земных и альтернативных иномирных месторождений нефти и природного газа, а также золотых и алмазных жил безоговорочно подписал бюджет проекта на пять лет вперед. Нынешнему, новатору, для убеждения в необходимости дальнейших исследований хватило подарков в виде чучела гиеноморфа и двух шкур алмазного барса, каждая размерами четыре на четыре с половиной метра, считая хвост. Вот уж воистину верно утверждение, что цену определяет не столько товар, сколько покупатель...

– Что делать-то, товарищ генерал-майор?
– между тем гнул свою линию Шебанов.

– Пока сидите и не высовывайтесь, - принял, наконец, решение Мареев.

– Разберемся.

Не успел он положить трубку, как запищал зуммер внутренней связи.

– Станислав Олегович, вас Гнацко просил зайти, - деловито сообщила секретарь.

– Спасибо, Настя, - вздохнул Мареев. Неприятности шли своим чередом.

В кабинете заместителя руководителя проекта "Альфа" по обеспечению безопасности Евгения Гнацко уже сидел Николай Вахлюев, курирующий объекты Тульской области от научного сектора, судя по лабораторному халату, небритости и раздражению, выдернутый с какого-то эксперимента, длящегося как минимум со вчерашнего дня.

– Вот, ознакомьтесь, - вместо приветствия бросил Гнацко, протягивая Марееву портянку факсовой бумаги.

Генерал-майор вкратце пробежался взглядом по документу. В принципе, ничего нового там не было - телефонограммы сообщений от жильцов таких-то домов таких-то улиц города Тулы. Взрыв, землетрясение, бесследное исчезновение части города, невесть откуда взявшийся лес, просьба разобраться в ситуации.

– Что скажете?
– поинтересовался Гнацко, когда Мареев отложил факс.

– Что исчезновение действительно имеет место быть. У меня там в настоящий момент оперативная группа находится, так что информация подтверждается из первых рук.

– Каков был повод для отправки группы?

– Сигнал бедствия, поступивший с объекта, и потеря дальнейшей связи. Сигнал был принят в четверть седьмого, предположительно именно тогда, когда произошел взрыв.

– Да не могло там быть никакого взрыва, - вспылил Вахлюев.
– Это же не Чернобыль, в конце-то концов!

– Тогда как вы объясняете случившееся?
– вкрадчиво поинтересовался Гнацко.

– Не знаю.

– Вот и выясняйте. Вы, Станислав Олегович, назначаетесь председателем чрезвычайной комиссии. Через полчаса у меня на столе должен лежать предварительный список ее членов. Участие господина Вахлюева обязательно, остальных определяйте на свое усмотрение. Все, больше я вас не задерживаю.

Оказавшись за дверью кабинета Гнацко, Вахлюев громко и виртуозно выругался.

– Сколько сотрудников будешь с собою брать?
– дождавшись, когда ученый спустит пар, спросил Мареев.

– А я почем знаю, сколько их там понадобится?

– Значит, пока планирую двух ассистентов. У тебя четверть часа на то, чтобы решить по фамилиям.

Оставив Вахлюева размышлять над вопросами комплектации исследовательской группы, Мареев заглянул к секретарю и распорядился отыскать в Туле какую-нибудь гостиницу и забронировать девять мест, а также связаться с Шебановым и сообщить, что его отряд, раз уж они все равно на месте, включается в состав чрезвычайной комиссии.

С оформлением документов Гнацко медлить не стал, и сразу после обеда генерал-майору с сопровождающими пришлось выдвигаться на место происшествия, а точнее изначально в администрацию города Тулы и Тульской области, которую уже успели предупредить о визитерах из столицы. Город встретил москвичей усиленными нарядами милиции, концентрирующимися в основном вокруг здания администрации, и очередным звонком от Шебанова.

– Товарищ генерал-майор, - совершенно серьезным тоном начал ликвидатор, - разрешите поинтересоваться, каковы наши полномочия в составе чрезвычайной комиссии?

"Проснулись..." - мрачно подумал Мареев, а вслух спросил:

– А какие вам полномочия требуются, товарищ полковник?

– Наблюдаем зомби класса разложения "А", - все так же невозмутимо продолжал Шебанов, - и милицейский патруль, пытающийся проверить у него документы. Ребята хотят знать, должны ли мы вмешиваться или продолжать не высовываться?

– Какой, к черту, зомби?
– взорвался Мареев, забыв про сидевших рядом с ним ученых.
– Откуда тут зомби взялся? Где вы вообще находитесь?