Принцип вмешательства

На губах ощущался солоноватый привкус. Терзаемый весьма даже не смутными, а вполне определенными и нехорошими предчувствиями, "гладиаторец" провел ладонью по лицу и чертыхнулся, обнаружив, что пальцы окрасились в маслянисто-красный цвет.

– Все так паршиво, как я думаю?
– поинтересовался Глеб, выжидающе глядя на ведьмачку - тоже исцарапанную, но вроде бы не особо сильно.
– Или все-таки немного получше?

– Не знаю, как ты думаешь, - флегматично отозвалась Инари, - но жить будешь точно. Только ополоснуться бы тебе не помешало.

Вот в этом вопросе "гладиаторец" был согласен с ней на сто десять процентов из ста, потому и направился к ближайшей колонке. Появляться в нынешнем своем состоянии перед бабушкой он не рискнул.

– И все-таки главную задачу мы так и не выполнили, - задумчиво сказал парень, когда, умывшись, он уступил место у колонки ведьмачке.
– Спасти спасли всех, кого только было можно, а вот чего ради они вообще туда полезли, так и не выяснили.

– Последние трое явно искали тех, кто прошел до них, - ответила Инари.
– А вот с теми, предшествующими, все куда интереснее. Больше всего похоже на то, словно и они тоже кого-то искали.

– Кого?

– А я почем знаю? Анорра ильмен... поговорить бы с ними!

– Ты это серьезно?
– осторожно осведомился Глеб, разом вспомнив Междумирье и солдата из группы Сергеенко. У того хотя бы был пистолет, а тут автоматы, причем много автоматов.

– Нет, - призналась ведьмачка, - хотя было бы замечательно, если бы это все-таки удалось сделать. Есть там, кажется, пара людей, с которыми можно спокойно завести беседу, не рискуя получить пулю в лоб, осталось только придумать, как остаться с ними один на один. Ладно, чем мечтать, пошли лучше Кота отыщем. Сомневаюсь, чтобы он что-то полезное высмотрел, пока нас не было, - ну, а вдруг?

Стадион в настоящий момент больше всего напоминал разворошенный муравейник. Глядя на скопление людей, высвечивающееся в подтрибунных помещениях, "гладиаторец" втихаря порадовался, что Инари перестраховалась и предпочла не возвращаться по своим следам. В противном случае результат бы, скорее всего, мало чем отличался от их прошлого появления посреди "княжеградского" двора. Что же касается Шурика, то его в парке не наблюдалось.

– Неужели влип?
– высказал Глеб первое пришедшее в голову предположение.

– Скорее сбежал куда-нибудь, чтобы глаза не мозолить, - не согласилась скептически настроенная ведьмачка.
– Раз к дому не вернулся, скорее всего, где-то поблизости отсиживается. Значит, так... Ты местность знаешь лучше, поэтому пробегись по окрестностям. Если получится встретить Кота, вдвоем ждите меня где-нибудь в безопасном месте.

– А как ты собираешься это место отыскать?
– поинтересовался Глеб.

– Можешь не беспокоиться, уж тебя-то я найду где угодно.

– Звучит многообещающе.

– Хватит шутить, лучше принимайся за дело, - отрезала Инари.
– И, кстати, верни-ка мне все-таки ведьмин камень. На всякий случай.

Расчет ведьмачки оказался верен в том плане, что "гладиаторец" не только неплохо знал окрестности, но и в придачу хорошо знал Кота, а потому, поразмыслив, отправился прочесывать все близлежащие летние и стационарные забегаловки кафешного типа. В одной из них пропажа и обнаружилась, причем уже в компании двух девиц и трех бутылок пива.

– Ну, ни на минуту нельзя оставить одного, - вздохнул Глеб, подходя к столику.

– Здравствуйте, девушки.

Ответом ему были две синхронные улыбки, призванные походить на голливудские, но по причине отсутствия фарфоровых накладок на зубы, более похожие на обычный оскал.

– Ничего себе минута!
– возмутился Кот.
– А четыре часа не хочешь? И вообще, пока вы там неизвестно чем занимаетесь, я вот всеми силами контакты с местным населением навожу.

– Это-то как раз заметно, - "гладиаторец" кивнул в сторону входа.
– Давай отойдем, мне тебе кое-что сказать надо.

– Девушки, вы уж нас извините - мужской разговор, - виновато развел руками Кот, украдкой бросив на друга испепеляющий взгляд.
– Я ненадолго, честное слово.

– Тебя тут немного для другого оставили, - напомнил "гладиаторец", когда от столика их отделило приличное расстояние.

– Так было другое, было. А потом я встретил любовь всей своей жизни. Вон та, которая в платиновый цвет выкрашена.

– Да ты что, правда? Поздравляю. А Ленка, значит, уже по боку?

– Нет, ну, Ленка это Ленка, а это... Черт, да куда тебе понять... Ладно, о вкусах спорить не буду, но твоя-то пассия хотя бы всегда рядышком. Кстати, а куда ты ее сейчас задевал?

– Моя, как ты говоришь, пассия, это мое личное дело, - отрезал Глеб.
– А об остальном не при свидетелях. А то твоя любовь до гроба, смотрю, уже соскучилась, - добавил он, вовремя заметив, как платиновая блондинка поднялась из-за столика и начала продвигаться в их сторону грациозной походкой скучающей пантеры или, по-русски говоря, еле передвигая ноги.

– Сашуль, ну ты скоро?
– капризно спросила она, видя, что маневр раскрыт и подслушать ничего не удастся.
– А то мы с Нинель в солярий опаздываем.

– А зачем солярий летом?
– недоуменно переспросил Глеб.

Лицо у блондинки вытянулось так, словно собеседник только что сморозил какую-то чушь.

– Чтобы загорать, - томно хихикнув, ответила она.
– В солярии ведь ЗАГОРАЮТ.

– На солнце тоже, - просветил ее "гладиаторец".
– Вон его сколько на улице, и все бесплатное.

– Нет, - блондинка поджала пухлые губы, - на солнце загорать вредно. Это во всех ЖУРНАЛАХ пишут.

– Действительно, - вдруг поддержал свою "любовь" Кот.
– Это ты, братишка, какую-то ерунду мелешь. В конце концов, все му... то есть, журналы разом не могут ошибаться. Ташенька, ты ступай, конечно. Такое важное дело нельзя откладывать. Я тебе перезвоню, хорошо?

– Замечательно!
– с придыханием произнесла Ташенька.
– Сашуль, ты просто прелесть. Так здорово, что мы с тобой познакомились. А сейчас чмоки-чмоки, мальчики, нам надо бежать...

Несмотря на множественное число в обращении, воздушный поцелуй она все-таки послала персонально Коту и удефилировала прочь, нарочито покачивая бедрами. А за ней, крепко сжимая в руках трофейные пивные бутылки, ретировалась и Нинель.

– Зараза, - раздосадовано сказал Шурик, проводив девиц взглядом.
– Хоть бы пиво оставили в качестве компенсации, так ведь нет, уволокли. Крохоборки.