Привратники

Мы встали, чтобы уйти. Вот тогда-то я и заметил двa фото в рамках на каминной полке; их там было всего несколько.

Я надел очки и посмотрел.

Свадебная фотография Джеймсона и его жены. Несколько снимков стариков-родственников, предположил я. Тети и дяди, бабушки и дедушки и тому подобное. Стоп-кадр красивой чирлидерши, размахивающей помпонами и делающей шпагат - это, очевидно, была жена Джеймсона в школьные годы. Затем...

Фотография в рамке: темноволосый взрослый мужчина обнимает косоглазого парня с плохой стрижкой.

Джеймсон,– подумал я. – Джеймсон-pебенок...

– Вижу, у вас еще нет ребенка, - сказал я и снял очки.

Я подозревал, что это может быть опасным местом, но я должен был пойти на это.

– Нет, - выглянула миссис Джеймсон.

– Пока нет, - вставил Джеймсон.
– Мы все еще ждем подходящего момента.

Тебе пятьдесят, а ей сорок пять,– подумал я.
– Лучше вам не ждать уж слишком долго.

Джеймсон звякнул ключами.

– Пошли, либералик. Повеселимся.

Я повернулся к его жене.

– Миссис Джеймсон. Большое спасибо за вкусную еду. Вы могли бы получить работу в любом ресторане в городе, вы бы вышибли всех этих шеф-поваров на помойку.

Женщина покраснела.

– Спасибо. Приходите к нам ещё.

– Позже, детка, - сказал Джеймсон и вытащил меня оттуда.

Он хохотал всю дорогу до паркинга.

– Так куда ты хочешь пойти?
– спросил он.
– Kак насчёт cтриптиз-клуба?

– И все это время я думал, что вы возьмете меня послушать, как лысые лесбиянки читают стихи, - пошутила я.

– А, к черту это дерьмо, - ответил он, выпуская изо рта пивные отрыжки. – Давай посмотрим на женские дырки.

– Простите, если я ошибаюсь, капитан, но насколько мне известно в Сиэтле нет стриптиз-клубов. Все девушки должны носить бикини по коду округа, и единственное, что там можно пить, это апельсиновый сок или газировку.

Джеймсон cнова зашелся громким хохотом.

– Приятель, ты не знаешь стрип-клубов, которые знаю я!

Конечно, нет,– подумал я.

Когда мы вошли в лифт паркинга, я похлопала себя по нагрудному карману.

– Вот дерьмо.

– Что случилось? Ты обосрался?

– Я забыл очки в вашей квартире, - признался я.

– Ладно, возвращайся и забери их, а я пока прогрею тачку, - oн толкнул меня локтем.
– И никаких глупостей с женой... или я убью тебя.

Он снова расхохотался, когда я побежала вверх по лестнице.

– Простите, - сказал я миссис Джеймсон, когда она открыла дверь.
– Я забыл у вас очки.

– О, входите, - сказала она.

По ее дыханию я чувствовал, что с тех пор, как мы вышли, она уже успела изрядно накатить.

– Mожет быть я забыл их на столе? Или возле фотографий?
– сказал я.

Я оглядел стол, но ничего не нашёл.

– Вот они, - сказала она, поднимая их с каминной полки.

– Благодарю.

– Я извиняюсь за то, как иногда ведет себя Джей, - слова сорвались с ее губ.
– Он немного перебрал и... ну, вы понимаете.

Ты не шутишь, я знаю, - подумал я.

– Но вы также должны знать, что ваша статья действительно взбодрила его, - продолжала она.

– Я не видела его счастливым уже много лет, но ваша статья действительно сделала его счастливым. Он так долго работал. Приятно видеть, как кто-то дает ему признание в прессе.

Я пожал плечами.

– Он хорошо работает над этим делом. Вот почему я написал такую статью.

– Ну, в любом случае, спасибо, - сказала она.

Взгляд, который она бросила на меня тогда? Господи. Она сложила руки перед собой, прижала груди друг к другу. Ее соски торчали сквозь блузку, как клюшки для гольфа. Твою мать,– подумал я.
– Она предлагает себя... за статью?

– Если позволите спросить, - сменил я тему.
– Что это за фото?
– я указал на мужчину, обнимавшего мальчика.
– Это ваш муж, когда был ребенком?

– Да это он со своим отцом, сказала она мне. Джею было семь. Его отец был убит через несколько недель после того, как была сделана эта фотография.

– О... мне очень жаль, - мои глаза пробежались по фотографиям.
– A где его мать?

– Джей никогда не знал свою мать, - сказала она.
– Она сбежала в день его рождения.

* * *

Облегчение от материнского заботливого прикосновения,– подумал я, когда Джеймсон с визгом выехал из гаража. Все, что я видел до сих пор, подтверждало все, что говорил мне Десмонд...

– Ну, как тебе еда? Лучше, чем в кафетерии в "Таймс"?

– Она была потрясающей. Ваша жена - отличный повар.

– Да, она хорошая, - сказал он.
– Она всегда была со мной. Она висела со мной на волоске, и поверь мне, было много плохих ситуаций. Жаль, что я не могу сделать для нее больше.

– Что вы имеете в виду?

Он свернул на Tретью Авеню.

– У нас нет детей. А последние пару лет, это происходит, как если играть в бильярд куском веревки.

– Извините, - сказал я.

– Но, это моя проблема, а не твоя, - оживился он.
– Пойдем повеселимся!

Мы проехали несколько минут. Над нами мерцали уличные фонари, теплый воздух струился по улице. Мы остановились на красный свет на углу третьей и Мэрион, и несколько бездомных подошли к машине.

– Помыть стекло за доллар, мистер?
– спросил дряхлый мужчина.

– Съебись от машины, БОМЖАРА!
– взревел Джеймсон.
– Я только что её вымыл!

– Эй, мистер, расслабьтесь. Мы просто спрашивали.

Женщина в гнилой одежде подошла к машине с другой стороны. Она была беззубая. И oшеломляющe вонючая.

– Скажи этой наркоманской суке, чтобы убиралась от моей машины!
– закричал Джеймсон.

Потом он выхватил пистолет из наплечной кобуры.

– Bы спятили!
– закричал я на него.

Оба бездомных в ужасе бросились прочь.

– Да, вам лучше убраться отсюда, куски дерьма!
– закричал Джеймсон.
– Господи, да вы воняете хуже, чем дно мусорного бака!