Про все

Когда снимали передачу на день святого Валентина, к нам приходили люди, которые в реальной жизни никак не могли признаться в любви. А здесь, в эфире, мы дали им такую возможность. Там все было довольно хитро закручено - ведь надо было пригласить и тех, кому в любви объяснялись, под предлогом, что надо прийти, поддержать знакомого. Более того - их надо было "выдерживать" в неведении, чтобы вывести на сцену в нужный момент. И вот парень объясняется в любви и тут приводят... другого парня! Я осторожно поинтересовалась их сексуальной ориентацией. Они говорят:

– Мы чувствовали, но не решались признаться.

– А родители ваши знают?

– Нет, но теперь узнают.

Ну ладно, ведь они - взрослые люди, пусть сами разбираются со своими родителями. Но когда передача монтировалась, ребята все же позвонили и попросили их вырезать:

– Уберите нас, пожалуйста. Не хотим, чтобы родители знали. Может быть, потом, как-нибудь... Друзей мы не боимся. А мама, если соседи увидят... Это жестоко.

Вырезали. Жаль, потому что как концовка передачи - интрига была замечательной. Передача получилась гораздо скучнее. Но что делать? Человечность требует жертв. Во всяком случае не человеческих.

ПУСТЬ ГОВОРЯТ

Предсказание моей подруги, что со мной будет ассоциироваться понятие "вседозволенность", к счастью, не сбылось. Меня порой поражает, как тактично люди ведут себя. Никто ни разу не крикнул вслед:

– Эй, Ханга! Как насчет этого?

Когда я сажусь в машину, а чаще всего я встречаюсь с незнакомыми людьми именно в поездках, никто сразу не говорит:

– Я вас узнал.

Сначала идет разговор просто "за жизнь", а уж только потом водитель осторожно намекает:

– Вы мне кого-то напоминаете.

Иногда я замыкаюсь:

– Нет, вряд ли, я живу не в России.

И все - дальше разговор не идет.

Иногда спрашиваю:

– И кого же?

– Вы случайно не ведете передачу "Про это"?

– Случайно веду.

– Так вот, знайте - передача мне не нравится, а вот вы мне в ней нравитесь.

Или:

– Я вашу передачу не смотрю, но вот восьмая и пятнадцатая мне понравились. А передача двена-дцатая - просто кошмар.

Или:

– Тема вашей передачи меня не интересует, но ведь интересно посмотреть, что вы наденете в следующий раз - ведь вы всякий раз по-новому одеваетесь.

Иногда говорят, что смотрят для того, чтобы послушать анекдот. Мы и в самом деле стараемся каждую новую тему заявлять анекдотом, чтобы все не было слишком мучительно серьезно. Вообще мои случайные собеседники разговаривают очень тепло и тактично, иногда так, будто сто лет знакомы. Никто никогда не сказал игриво:

– А что вы делаете сегодня вечером?

Конечно, бывают инциденты, но совсем иного плана.

Как-то очень поздно, часа в три ночи, выхожу после съемок. Все уже разъехались, я одна. Хотела было сесть в машину, а за рулем - мужчина. Подумала: "Нет, не буду к мужчине садиться". С другой стороны - как найти в три часа ночи водителя-женщину? Тот увидел, что я сомневаюсь, вернулся и говорит:

– Я знаю, почему вы ко мне не захотели сесть.

– Почему?

– Потому что я черный! Я армянин, а все думают, что чеченец.

И стал рассказывать, как ему тяжело, как шины прокалывают и прочее, а под конец говорит:

– Я вам так скажу. Не все черные - плохие!

Я расхохоталась.

– Обернитесь, - сказала, - посмотрите на меня повнимательнее. Я вам расскажу про черных!

Однажды попался водитель из кавказской республики. А накануне показали передачу о тех мужчинах, у которых очень много разных женщин. И как назло, один из участников передачи был родом с Кавказа. Так мой водитель начал прямо кричать:

– Да как вы можете нас так показывать! Будто мы такие звери!

Возразила:

– Там же русских было много участников, а грузин только один.

– Ну, то, что русские - проститутки, это и так все знают. А зачем вы нас в дурацком свете выставляете?

Логика, что и говорить, железная. Но никогда, никогда я не чувствовала агрессии конкретно против Елены Ханги. Могут спросить:

– Зачем вы так много о гомосексуалистах говорите?

Но угрозу своей жизни, повторяю, я не чувствовала никогда. Хотя были и достаточно опасные моменты. Однажды села в машину, а водитель закрыл дверь и говорит:

– Мы никуда не поедем, пока я вам все не расскажу. У меня большие сексуальные проблемы.

– Вы знаете, уже час ночи. Может быть, вы придете на передачу и там расскажете?

– Я вам расскажу.

И это было страшно - у него была явная патология, а он еще и завелся, когда стал рассказывать. И когда я попыталась его успокоить, он только больше разволновался:

– Ах так, вы с ними со всеми разговариваете, а со мной - нет?

Но все равно, даже в этом случае агрессия была направлена не против меня. Ему просто нужна была помощь. Оказывается, столько людей нуждается в помощи! Не столько даже в медицинской, сколько в психологической. Просто люди хотят выговориться. Притом рассказать о своей проблеме именно не другу или подружке, через которых все твои знакомые узнают. Ведь энергия несложившейся сексуальной жизни мучает, не дает жить спокойно.

Я убеждена, что таким людям наша передача помогает. Я даже не говорю о тех людях, которые приходят на передачу, о них расскажу позже. Передача очень полезна для телезрителей, и тому масса подтверждений.

Пример? Пожалуйста.

Накануне записи передачи о женских оргазмах мне позвонила моя школьная подруга, которую я не видела много лет. Позвонила - и пришла ко мне на передачу. Я ее посадила на те места, куда не достает камера, чтобы ее не было видно. После передачи она мне говорит:

– Лена, спасибо большое. Я такое узнала... Теперь я знаю, что надо пойти к врачу.

– Ну ты же образованный человек! Ты что, не знала, как пойти к врачу?

– А как? Как ты это представляешь? Куда я звоню? В нашу консультацию? А где я возьму телефон?

– Ну, есть ведь справочные...

– И что - я пойду в справочную и скажу: у меня проблема? И как, мне туда с мужем идти? Ведь он уверен, что у него все в порядке. Это тебе кажется, что все просто; иллюзия, что человек может подумать: "У меня проблема" и пойти к врачу. Такой традиции у нас нет! А кому сказать? Подруге?