Прочнее цепей

Мы вошли внутрь через большую резную арку, и возбуждённый гомон женских голосов резко стих. Взоры всех присутствующих — около пятидесяти дамочек и их рабов — устремились на меня.

Порадовало лишь одно: ко мне быстро приблизился Майк и влился в мою свиту, замерев возле Даниэля. Не знаю, как долго он меня тут ждал, но его лицо светилось от счастья, как у довольного кота, объевшегося сметаны. Кажется, конкурс будуарных игр прошёл для него отлично. Мы обменялись с ним взглядами, и мулат с улыбкой кивнул, давая понять, что с ним всё замечательно. От сердца немного отлегло.

— Дорогие мои, я счастлива видеть вас всех в моём имении, на празднике «Проводы детства»! — начала торжественную речь Виола. — Давайте поприветствуем виновницу этого события — мою дочь Дарину Этери, будущую хозяйку поместья Трайтон!

Раздались громкие аплодисменты, к которым присоединилась и я.

Дарина, покраснев от удовольствия и явно наслаждаясь всеобщим вниманием, изобразила благодарственный книксен.

Когда овации стихли, Виола отметила:

— Как обычно, на торжестве у Этери вас ждёт интересная развлекательная программа. Причём четыре соревнования уже прошли. В конкурсе «Угадай госпожу» победил Доннер Син, раб из поместья Хэйвен, его хозяйка — Элли Бонтана. Он набрал пятнадцать очков. На конкуре «Прыжки через костёр» больше всех отличился Чак Леви, раб из поместья Лилиант, набравший двадцать очков. Его хозяйка — Сара Лилиант. В «Будуарных играх» уверенно лидирует Майк Алантер, управляющий поместья Риверсайд. За короткое время он успел доставить радость аж трём госпожам, и каждая из них присудила ему наивысшее число баллов. В сумме получилось тридцать очков.

Удивившись, я кинула быстрый взгляд на Майка. Этот котяра мне подмигнул.

Тем временем Виола махнула рукой на моего эльфа:

— Настоящей звездой конкурса «Меткий глаз» стал Даниэль Илиан, раб из Риверсайда, набравший тридцать баллов. Все его три стрелы попали точно в цель. Итак, двое победителей у нас принадлежат одной госпоже. Это моя дорогая подруга, новоприбывшая, невеста Родни Стоуна и Лорана Алистера, законная наследница госпожи Элеоноры Артеи, владелица Риверсайда и протеже консорта Фалентия — Полина Князева! Прошу любить и жаловать!

Публика снова взорвалась овациями. Я изобразила на лице улыбку.

Спокойствие, Полина, только спокойствие.

Интересно, когда Виола успела разузнать, что я наследница госпожи Артеи и более того — протеже Фалентия? Надо признать, досье эта лисичка собирает профессионально.

— Эта девушка не только красива, но и невероятно отважна! — продолжила восхвалять меня Виола. — Этой ночью произошло ужасное: с рудников их высочеств Клэвиса Дойга и Эранта Дюпри сбежали больше тридцати рабов, которые напали на Риверсайд и её новую госпожу, попавшую на Тимеран лишь три дня назад! Мне тяжело даже представить, какой ужас пережила при этом наша дорогая Полина!

Среди гостей пронёсся потрясённый вздох. Что интересно — в глазах дамочек не было ни капли сострадания, лишь острое любопытство, а вот на лицах невольников светилось неподдельное сочувствие.

— Но в этой кошмарной ситуации она смогла дать отпор преступникам! — Виола заливалась восторженным соловьём. — И нам всем очень хочется узнать подробности — как это всё происходило!

Виола смолкла, и я оказалась под перекрёстным огнём любопытных взглядов.

Глава 84. Расспросы

Вот не оратор я ни разу. От волнения в горле пересохло и показалось, что мне перекрыли кислород.

Но вдруг татуировка на запястье, связывающая меня с Тэем, мягко заколола, и от неё по всему телу пошли успокаивающие волны. Я посмотрела на вампира, взглядом передав ему благодарность за эту магическую чудо-валерьянку.

— Госпожа, — неожиданно прошептал мне на ухо Райли, — осторожнее подбирайте слова, здесь у многих артефакты правды.

Прелестно… Ну что ж, включим искренность и будем импровизировать.

— Для начала я хочу поблагодарить мою дорогую подругу Виолу за то, что она пригласила меня на этот праздник, и поздравить виновницу торжества — красавицу Дарину — с наступающим совершеннолетием, — уверенно начала я свою речь. — Что касается нападения на Риверсайд — да, мне было очень страшно. Я сидела на диване, когда из окон вылетели стёкла и в комнату запрыгнули несколько человек в масках, одетые во всё чёрное. Но мои люди быстро справились с этой ситуацией, защитили меня. Из тридцати нападавших девять было убито.

— А это правда, что во время нападения вас изнасиловали? — чуть не подпрыгивая от распиравшего любопытства, спросила одна из подружек Дарины.

В ожидании моего ответа все затаили дыхание.

— Нет, ничего подобного, — я мотнула головой. — Лично мне не причинили никакого вреда. Пострадало только здание, которому теперь требуется ремонт.

— А что стало с уцелевшими преступниками? — подала голос почтенная матрона лет шестидесяти, которой рабы безостановочно массировали ступни.

— Я сделала их своими невольниками, — невозмутимо ответила я.

По толпе зрителей пронёсся потрясённый вздох.

— Но зачем? — в шоке воскликнул кто-то.

— Мне так захотелось, — пожала я плечами. — Эти типы разворотили мой особняк, так что теперь пускай сами его восстанавливают. Вдобавок, когда их скрутили, я заметила на них татуировки с надписью «Риверсайд». Мне стало ясно, что эти рабы здесь жили. Я на Тимеране всего три дня, а беглецы с рудников прекрасно знают моё поместье. Когда-то они занимались изготовлением мебели, и я хочу снова запустить это производство. А они в этом уже профи.

— Да, «Мебель из Риверсайда» — это всё равно что знак качества, — поддержала меня матрона. — Можно я стану вашим первым заказчиком?

— Конечно, — улыбнулась я. — Потом обговорите все детали с моим управляющим.

«Я тоже хочу заказать!» — «И я!» — «И мне!» — раздалось со всех сторон. Оказалось, что в этой беседке целая куча жаждущих иметь мебель из Риверсайда.

— Не волнуйтесь, мы примем все заказы! — заверила я их. — Обращайтесь к моему управляющему, Майку Алантеру, — перевела я стрелки на мулата. Тот важно кивнул.

— Насколько я понимаю, сбежавшие рабы принадлежали их высочествам Клэвису Дойгу и Эранту Дюпри. Как принцы отреагировали на происходящее? Они без проблем передали в вашу собственность этих беглых преступников? — поинтересовалась очень худая, невысокого роста женщина лет сорока с причёской «под горшок».

Строгое серое платье до середины голени, а также внешность — мышиного цвета волосы, впалые щёки, сухая морщинистая кожа, поджатые тонкие губы, выцветшие голубые глаза и взгляд инквизитора — выдавали в ней принципиальную до крайностей особу, которая величайшим грехом считает переедание, а идеалом — спартанскую жизнь. Мысленно я окрестила её Сухариком.