Проклятые
Шрифт:
— Кариэлла, тебе больно? — взволнованно спросил эльф.
— Ровно, так же как и минуту назад, а что?
— Просто у тебя только что такое лицо стало… Будто… И глаза чуть ли не на пол-лица растянулись.
Услышав мой смех, наследник совсем опечалился. Жалостливо так посмотрел на меня, словно понял, что крыша моя благополучно съехала, махая ручкой на прощание.
Объяснить и успокоить ушастика не вышло. Так как возле двери раздались шаги, и спустя несколько минут она открылась, являя нашему взору четырех здоровых троллей вместе… «О, хозяин таверны! Как чувствовала, что инцидент нам обязательно аукнется»!
— Ну что, родственнички, как проводите время? Всего хватает? Может, пожелания какие имеются? — ехидно осведомился он. Миану скривился так,
Но чем больше я имела удовольствие наблюдать за трактирщиком, тем больше мне казалось, что на самом деле не он заказывает музыку. Как бы он не хорохорился и не пытался держаться уверенно, а глазки все равно бегали! «Что ж, это действительно становиться интересно. Пожалуй, можно и подыграть, главное потом успеть вовремя замести следы».
«Миану, — ментально обратилась я к дроу, — подыграй! Мне нужен настоящий заказчик»! — Наследник, удивленно посмотрев на меня, слегка пожал плечами. В его мыслях я отчетливо услышала: «Эта сумасшедшая еще и телепат! Эх, жалко такой талантище пропадет»!
«Не пропадет»! — послала я ему в ответ. Дроу выдал что-то длинное, заковыристое и явно непечатное. Я же, лучезарно улыбнувшись трактирщику, ехидно ответила:
— Не много жестковато, да и домашнего уюта у Вас явно не хватает. Кормят отвратительно, а точнее ту гадость, чей запах я ощущаю с кухни, так и не донесли. Почтенный, я крайне недовольна! — от такой наглости трактирщик на минуту растерялся. Затрудняясь что-то ответить, он перевел взгляд на одного из тролля, для чего ему пришлось сильно задрать голову. Думаю, ему было не очень удобно. Но тролль, он и есть тролль, ему все до лампочки. Главное — выполнить задание и получить плату, а там сами разбирайтесь. «Видимо еще не получили деньги, раз до сих пор здесь», — быстро подумала я и уже в слух сказала:
— Уважаемый, у Вас со слухом все в порядке? Повторяю, я крайне недовольна приемом!
— Ты! — закричал покрасневший мужик. Вежливо наклонив голову, я подтвердила:
— Я!
— Ах ты, гадина! Упыриное отродье!
— Послушайте, — я повысила голос, — вижу у Вас не только со слухом проблемы, но и со зрением, могу приготовить отменный отвар. Уже через неделю почувствуете себя снова молодым и здоровым. — Дроу фыркнул, сдерживая смех. Такого беспредела и издевательства над собой любимым мужик не стерпел и, подскочив ко мне, занес руку для удара. Я же с удовольствием наблюдала за его перекошенным от злости лицом и одним из наших охранников, который, молниеносно прыгнув к трактирщику, перехватил его руку. Мужик пыжился, напрягался, но сдаваться не спешил. По всей видимости, троллю это надоело, и, откинув мужика, словно мешок с… навозом, к стене, он прорычал:
— Хозяин велел не трогать!
Сразу же после его слов произошло одновременно несколько событий.
В свое голове я услышала знакомый женский голос: «Все играешься? А мне с тобой можно»?
В доме, где нас держали, открылся портал, через который спустя несколько ударов сердца вошел маг, принадлежащий Ковену. После Посвящения принадлежность к нему я чувствовала превосходно.
Я вспомнила и, наконец, поняла, чью магию почувствовала, прежде чем нас с Миану оглушили.
Шаги мага приближались к нашей камере.
Трактирщик вдруг взвыл и, схватившись за сердце, обмяк.
Наконец, заказчик вошел в камеру.
Высокий русоволосый мужчина со светлыми серыми глазами. Длинный черный плащ скрывал его фигуру, опускаясь практически до самого пола. Как я ни старалась вспомнить это лицо, ничего не получалось. «Пешка»! — мелодично прозвучал голос Свергнутой.
— Не могу сказать, что рад личному знакомству магианна, но долг обязывает. Меня зовут Клаудиус, я прибыл от лица Теодороса для того, что бы исполнить его волю.
— Что-то не припомню, чтобы Теодорос действовал такими методами, — сухо ответила я, чувствуя нарастающую злость в себе. — И в чем же заключается воля архимага?
Маг,
ухмыльнувшись, приблизился ко мне. Впившись в меня взглядом, резко разорвал мою рубашку и дернул ее вниз. Дроу зарычав, попытался разорвать цепи и яростно забился. Все это я лишь слышала, так как, не уступая Клаудиусу, смотрела ему прямо в глаза. Маг тем временем начал расстегивать пояс на моих штанах. Среди заинтересованных мыслей троллей и отчаянных — Миануэля, я хорошо слышала мысли мага. «Эта тварь за все ответит! Теодорос прав, она проклята! Но до завтрашнего утра она не доживет! Я, так и быть, избавлю наставника от грязной работы»!Я оцепенела. «Теодорос?.. Этого не может быть! Друг, заботящийся обо мне с детства, человек, практически заменивший мне семью, учитель, вызывающий трепет и уважение»!
Опустив глаза, я вздрогнула. Как от внезапного холода, так и от увиденного: на мне осталось лишь одно белье, притом не в полном комплекте. Дроу по-прежнему пытался освободиться и просвещал всех присутствующих, что он с ними и их семьями сделает, когда это ему удастся.
Сжав руки в кулаки, я подняла взгляд. Не знаю, что прочел Клаудиус в глазах прикованной девчонки, но, отшатнувшись от меня, он чуть не упал и приближаться ко мне больше не старался. Свергнутая предвкушающее засмеялась. Ее смех сейчас был похоронной музыкой для всех, кто посмел посягнуть на мою свободу. Я это знала. Я помнила предыдущее ее появления. И впервые я жаждала этого! Я хотела разорвать их на мельчайшие кусочки или же, наоборот, долго убивать, наслаждаясь предсмертной агонией и болью. Это желание не было навеяно. Во мне все кричало о несправедливости, предательстве, жестокости и циничности, с которой за мной на протяжении всей жизни для чего-то наблюдали. Улыбались, хвалили, поощряли… Закрывали глаза на мои детские шалости, умилялись смелым выходкам и по-родственному так журили, рассказывая, что хорошо и что не очень… Мне пророчили великое будущее, сделали развязку на силу… Зачем?! У меня нет будущего, меня предали, я лишилась всего, что мне дорого. Я лишилась ЕГО! И тысячу раз плевать, кто является главным кукловодом, а кто мечется слепым кротом в поисках собственной выгоды! Плевать!
Из моего рта вырвалось глухое рычание. Я подалась вперед и разорвала цепи, словно тончайшую эльфийскую нить.
«Ты точно хочешь присутствовать»? — поинтересовалась Свергнутая.
Короткое «Да» — и все смешалось в сплошное кровавое пятно.
Четкие, выверенные, смертельные удары. Запах крови, сводящий с ума. Наклон, шаг в сторону, выпад, удар! Прыжок, оборот, обманный маневр, удар! Подсечь, придавить, разорвать, уйти в сторону! Метнуться, вскочить, шея…
Пальцы мертвой хваткой вцепились в горло уже умершего тролля. С трудом, заставив себя оторваться от своей жертвы, я поднялась, продолжая смотреть на еще совсем недавно бывшее живым, истерзанное тело… кого? Врага? Скорей, просто преграду… Резко обернувшись, я встретилась с застывшим, словно статуя, Клаудиусом. Бледное лицо, глаза навыкате, в них плещется страх…
— Тебе страшно? — спокойно спросила я.
— Каролина… — прошептал он, пятясь назад. Во мне проснулся азарт охотника поймавшего свою добычу и теперь решившего немного позабавиться. Я чувствовала потоки магии, разлившиеся по всему моему телу. Кончики пальцев заметно стало покалывать. Первая искра, сорвавшаяся с них, заставила мага отскочить назад. Прямо к Миану. И пусть он был до сих пор скован, но рот-то у него не заклеен! Высунувшиеся клыки опасно блеснули. Я, мстительно улыбнувшись, посмотрела в два темно синих омута и кивнула головой.
Ужасный крик боли отозвался приятной дрожью во всем теле.
«Нет! Глупая девчонка»! — Мое тело против воли качнулось вперед и уже в следующее мгновение я сама оттолкнула мага от Темного. «Теодорос должен получить доказательства! — Вкрадчиво вещала Свергнутая. — Ты должна его отпустить».
«Зачем? Какие доказательства»? — мне еще трудно было взять себя в руки и трезво оценить ситуацию.
«Глупышка, несмотря на твое яростное сражение Клаудиус подтвердит — ты не проклята! Они заблуждались»!