Проклятый

Развернувшись я пошел узнавать, как там дух леса, профессию сменить не хочет, например в духа огня переобучится на быстрых курсах. Подойдя к Эландору спросил как идёт тушение дерева.

— Ну как? — кивнув на почти потушенное дерево, спросил я.

— Всё хорошо, дух леса мне ответил. Это не впервый раз. — ответил мне Эландор Мудрый.

— Ну и хорошо, а то, что, то даже заволновался по этому поводу. Ведь весь пожар по сути из-за меня, я же тут единственный с огненным мечом бегал как в жопу ужаленный. Хорошо ещё, что не смекнули сразу. — подумал я.

Лесной народ долго еще тушил пожар. Вернулись мы обратно в город, только под утро. Ола уже была в форме, а вот все остальные не очень. Оказывается она всех моих друзей чуть ли не до суха выпила, чтоб быстро отрегениться. Она прыгнула и обхватила меня как маленькая обезьянка, пришлось её до самого дома, который нам выделили нести на руках. После были быстрые похороны погибших. Все плакали, когда сжигали труп Лиса. Да, нам разрешили провести похороны по северному обычаю. Пусть я знал его не так давно, но он честно служил мне, хоть и хитрил по мелочи, но это больше в связи с молодостью. На следующий день я собрал совет. В него вошли моя группа, Ульф Железный кулак командир двух с половиной тысяч северных воинов, Альберт Суроун командир тяжелой кавалерии численностью тысяча семьсот человек и Элиана Строгая командир тысячи эльфийских лучников, правда там были не только эльфы, но и люди. Вот, только и Альберт тоже не походил на кавалериста, но это мелочи. Ах, да, с нами под одним знаменем решили выходить и Эландор со своими воинами. Вот мы и сидели разглядывая карту местности на которой была расписана местность в близи замка и города Алирион. Я наконец то узнал, куда меня отправлял дух женщины из того города древних, но это не снижало мне сложность прохождения данного квеста от богини и времени у нас было мало, крайний срок после завтра нужно выходить. Воины разминались, отдыхали и готовились к возможно последнему их бою за эту землю!

Глава 32

Сон… внутренний мир.

— Оу, сам смог ко мне пройти. Неплохо. — сказал АХ.

— Да, нужно наконец то разобраться в себе. Нам с тобой нельзя больше дурить и плыть по течению. От меня зависит теперь куча разумных, а я в своих действиях слишком много совершаю ошибок первоклассника. Вот, только тут у меня на кону жизнь, моя и моих близких…, одного я потерял из своей группы. А скоро могу потерять и других, если буду так же действовать, не сильно заморачиваясь о последствиях. Для начала мне нужно разобраться с нашей силой. Я заметил, когда мы едины в своих желаниях, то родовая магия на много легче откликается и на много легче контролируется мной. Тому служит примером недавний бой. Помоги мне разобраться Кир, во всём этом.

— Ну ты и задвинул, что раньше об этом не думал? Решил, что попал в сказку? Поставил для себя цели, а сам как говно в проруби, куда река принесёт? Ладно, не злись, как говориться есть два пути. Один быстрый, но очень болезненный, второй долгий, но это ведь не наш путь? Мы ведь всегда сначала создаём себе проблемы, а потом героически их преодолеваем. Так ведь, Миша?

— Да, по другому и не скажешь. — с тяжким вздохом ответил я.

— Тогда погружайся в свой мир как можно глубже, тебе нужно познать себя, узнать, встретить все свои страхи и победить их. Когда сможешь это сделать, тогда будет следующий шаг.

— Кир, ты прям как какой-то шаулиньский монах мне говоришь, но я тебя понял.

— Да, говорю. Потому, что в отличие от тебя потерявшего свои тридцать лет жизни на учебу и прочитавшего столько литературы, могу пользоваться всей своей памятью на сто процентов, ну и знаешь, со стороны виднее и учить других легче. Чем самому этим пользоваться. Как бы я здесь из себя не строил умника, но ты меня спас, тогда. Я ведь хотел умереть в степи. А ты вселился в меня, и моя жизнь улучшилась. Теперь я не один, да я дух, ангел хранитель своего тела, но сейчас я живу, а не существую как раньше. Ладно, закрыли тему, а то опять меня на сопли потянуло.

— Так вот из-за кого, мой характер так изменился. Ладно, всё не мешай.

Я долго старался погрузиться на более глубокий уровень и это с трудом, не с первого раза, но произошло…

Я шел по пустыне не мог встретить ни единой души, пока не осознал я боюсь этого. Я боюсь одиночества. Я всегда старался огородить себя кругом друзей, подруг, соратников неважно. Так и как это исправить? Мне показалось, что целая вечность прошла пока я шел в этой пустыни, ничего не помогало и фантазия отказывалась работать, я всё больше отчаивался. Пока не понял, что я же теперь не один. Не зря мой АХ перед тем как я ушел в себя, устроил эту сценку. Нет, было видно, что он говорит правду и от чистого сердца, но этим он мне давал подсказку. Такое ощущение, что Кир знает меня лучше меня самого. Я вновь сел на пятую точку и сосредоточился.

— Наконец то, я думал ты никогда не догадаешься. Теперь, Миша, давай продолжим разбираться с твоими страхами.

Дальше был страх высоты, который я заработал в детстве, но не хотел признавать. Ещё глубже были страхи в чудовищ, если быть более корректным я боюсь огромных змей и так далее и тому подобное. Оказалось, что как бы я из себя не строил бравого воина и рубаху парня, это всё шелуха и на самом деле во мне множество изъянов, что просто стыдно становиться. Всё это я смог переступить и пойти дальше. Наверное, самое сложное было признать, что я боюсь ответственности за других людей. Помню как мне было сложно, когда на работе меня повысили…, а в итоге я выплывал, только из-за того, что мне повезло и группа работников оказалась нормальная, если были бы какие-нибудь не особо ответственные люди. Тут мне и крышка пришла бы. А вот признать это, сложно, ведь все мы любим ругать власть, и говорить о том как нужно было бы сделать. Такие диванные критики и императоры в мечтах… Вот оказывается и я был таким, глубоко в душе. Строил из себя отличного руководителя, а когда в жизни с этим столкнулся не осилил груз ответственности и подсознательно боялся этого. Боялся совершить ошибки.

— От страхов ты избавился, признал их и пережил. Молодец Михаил, я горжусь, что у меня такой старший брат.

— Спасибо, Кир, мне приятно это слышать. Дальше, что?

— Дальше учеба брат, тебе нужно погрузиться ещё глубже и признать, что мы с тобой одно целое. Ты должен ощущать как магия нашего рода растекается по всему твоему телу и мало того, нужно ощутить и принять всю эту силу, поверить в неё и самое главное обуздать. Я это не смог сделать. По этому здесь ты будешь абсолютно один на один со стихией. Но я буду верить в тебя, в нас с тобой!

— Я тебя понял. Это последний этап?

— Нет, но это самый важный этап. От этого зависит твоя жизнь, раскрытие тебя как мага!

— Понял, серьёзная штука. Хорошо, поехали.

Через несколько ударов сердца я очутился во тьме, передо мной была огромная глыба льда клубящейся во тьме. Я подошел и прикоснулся к ней. Моё тело онемело.

— Ну же, чего тебе нужно?

В этот момент эта глыба, нет лучше сказать кристалл исчез и моё тело покрылось ледяной бронёй, доспехом напоминающий чем то мой. Тьма поглотила меня никогда бы не подумал, что литературное выражение вязкая тьма может действительно так ощущаться, единственное, что помогало мне не потерять себя, ощущение своего присутствия здесь и вообще ощущать своё тело, был холод от доспеха. Но этот холод постепенно стал обжигать. Как будто меня облили бензином и подожгли. Я сосредоточился, чтоб разглядеть, что происходит и увидел, я горю! После чего моё сознание смешалось со всем этим. Я старался не потерять себя в круговороте тех чувств и ощущений, которые буквально распирали меня. Мне было и хорошо и плохо, я был на седьмом небе от счастья и грусть, тоска, одиночество и безысходность пожирали меня изнутри. Не знаю сколько это происходило, но я цеплялся за своё я — как утопающий за…. да за соломинку, наверное, лучше обьяснение не подберёшь.

— Я смог, я сделал это! Наверное… — подумал я очутившись возле вечного огня. Памятника героям в моём городе, помню я очень гордился тем, что на нём написано фамилия моего деда. Возле него сидел он. Такой, как на фотографиях в гимнастёрке и медалью. Он сидел на корточках и подбрасывал в пламя хворост.

— Что внучок, тяжко? Ничего млять и не такое бывало. Ты главное помни, ты Деманов! Наш, мой…… не теряй себя! Как мы сражались за Родину, так и ты сейчас сразись за себя…., помни отступать уже некуда… да?

— Да… — оторопело ответил я, хоть и не всё смог расслышать, что мне пожелал сказать дед.

Я никогда в живую его не видел, но сейчас он был такой живой, такой реальный. Так много хотелось у него спросить и одновременно я не знал, что сказать, как начать разговор.

— Ты иди, Мишка, иначе опоздаешь! Я сделал, что смог. — дед поднялся и толкнул меня своей жесткой, шершавой ладонью в грудь.

Я вновь погрузился в этот водоворот, я погружался во тьму и свет от огня ослеплял меня. Я горел в пламени и замерзал от холода, который исходил от этого же пламени. Я не могу словами объяснить какой ад, мой дух испытал за это время, то, что я ощутил у Сираны, никак не может сравниться с этим. Там я испытывал телесную боль, а здесь мою душу разрывало на части. Что-то хотело заполнить моё сознание и это, что-то очень нехорошее. Противное, склизкое, я понял это, был страх, но в какой-то момент это прекратилось. Как будто тумблер отключили.