Проклятый
Шрифт:
Волны рассекает корпус корабля
Брат за брата встанет, встану с ними я
Снова в бой виду я благородный свой драккар
Ветер нам поможет враг бойся до дрожи
Враг бойся до дрожи
Пламенев ночь перед боем
— Не сплю,
А Ночь перед боем!
И даже героям страшно.
Во тьму
Холодной могилы
Влекут меня силы ада!
Молю!
Горит пентаграмма
У древнего храма… Боже… Ты,?!
Припев.
— Я!
— Дай мне победу!
— Возьми, сам!
— И силы к рассвету!
— Вот их — дам!
— Веди меня к свету!
— Построй храм!
Я жду тебя там!
К утру,
Клянусь
Росла во мне сила… И ни к
Кому
Не знал я пощады,
И он все прощал мне… зверства.
Ему
Плевать на рыданья,
Чем больше страданья — тем выше храм!
— Да!
— Дай мне победу!
— Возьми, сам!
— И силы к рассвету!
— Вот их — дам!
— Веди меня к свету!
— Построй храм!
Я жду тебя там!
— Да!
— Дай силу воли!
— Да ты — ноль!
— Не чувствовать боли!
— Вся жизнь — боль.
— Не лечь в этом поле!
— Забудь страх!
Ты и так уже — прах!
Песня из "Warhammer 40000 — Гимн имперской гвардии"
Позабудьте дом родной и кем были в жизни той
что растаяла как сон оставшись за спиной
Будет полк семьей для вас, друг поддержит в трудный час
Император защитит и направит нас
Имя нам — Легион
Крови нашей — океан
Не отступим и не сдадимся когда приказ нам дан
Мы не титаны и не герои
каждый здесь простой солдат
Мы не умираем — а отправляемся на перегруппировку в ад
Свет аквиллы над тобой в небесах священный стяг
И всю мощь Империи пусть познает враг
Свет аквиллы над тобой в сердце сохрани своем
Через тысячи боев веру пронесем
Имя нам — Легион
Крови нашей — океан
Не отступим и не сдадимся когда приказ нам дан
Мы не титаны и не герои
каждый здесь простой солдат
Мы не умираем — а отправляемся на перегруппировку в ад!
Да, я и сам пел и это помогало настроиться. Выбросить из головы страх смерти и идти вперёд, а песня из Warhammer заставляла улыбнуться. В этот момент я всегда представлял лицо какого нибудь демона, который понял слова песни и решил, что мы свои. Нет, а вдруг эти демоны из нашего всеми известного ада? А если послушать песню мы от туда.
Правда на одном из переулков было особо тяжко, у нас даже рассыпался строй из-за псов, которые просто нахлынули на нас как волна и загрызли нашу первую линию за несколько минут.
Мы уже на тот момент подходили к замку некроманта и что меня удивило больше не слышалось того треска костей и магическая защита отсутствовала у замка, такое ощущение, как будто хозяин замка сбежал, но это навряд ли.
— Элардон, давай! — после отмашки, наш рогатик, который где-то в бою потерял глаз и руку стал магичить из последних сил. Видно было, что всё это ему даётся с большим трудом.
Прямо на стену замка из земли протянулся мост.
— А так можно было?! — с восхищённым и одновременно обиженным видом спросил Ульф.
— Да. — ответил фавн и отключился. Видимо потерял слишком много крови.
— Эх, столько бы людей сохранил бы. — проговорил северный воин и посмотрел в мою сторону, но увидев моё такое же лицо в обалдении, понял что он не один такой и успокоился.
Альберт и Элиана лишь переглянулись.
— Михаил, позволь теперь нам пойти вперёд?
— Нет, будет всё по плану, сейчас впереди нас элита, но и мы не пальцем сделанные! Первым иду я и Десяток Ульфа, после все оставшиеся, но северян вперёд, только последняя сотня северян прикрывает тыл! — орал я раздавая приказы. В этот момент я понял, какую работу мне помогал производить король фавнов.
Я оглядел всех оставшихся бойцов, которые были с ног до головы покрыты кровью, своей и чужой вперемешку, кто-то лишился конечностей, но всё равно
рвался в бой. Я посмотрел на всех тех разумных, которые пошли на смерть ради меня. Не важно, что ими двигало долг, дружба, безысходность или другие более низменные чувства. Все они пошли за мной умирали и будут дальше умирать за меня. Впереди был последний рывок! Последний бой за этот город, за эту землю!Глава 34
Мир Цурада. Центральные Пустоши. Город Алирион.
Анарсель…
Анарсель сидела в камере прицепленная цепью к стене и шептала про себя только одно слово, Миша. Ведь никто кроме него не мог помочь им в этой ситуации. Раньше эта нелюдимая эльфийка никогда бы не подумала, что когда-нибудь будет ждать, что её спасут. Как какую нибудь принцессу из какой-нибудь сказки. Ведь она давно не маленькая девочка, чтобы верить в эти истории, которые так нравятся девушкам в людских королевствах. Она ведь когда-то сама верила в эту чепуху, что её спасут. Но её клан, её родственники, её отец, все отвернулись от неё, больше семидесяти лет в изгнании и ненависть к своим близким. Она думала, что избавилась от всей этой веры в чудо. Это жизнь и здесь не может быть как в женском романе, придёт рыцарь и спасёт принцессу. Для начала она не принцесса, а обычная эльфийка, пусть даже и магиня, но посредственная. Зато есть он! Тот кто уже спас её от ужасной смерти, тот который пусть даже и по пьяни, но сделал её своей женой. Тот который не сбежал, после того как узнал обо всём. А принял её, изгнанницу вместе с её проблемами и ему плевать, кто и что было у неё до него. Он сам мне так сказал ночью, перед тем как покинуть её и пойти в Пустоши. Да, он не клялся ей в верности, да и от человека этого можно не ждать, но Анарсель знала одно, он считает её своей, а за своё. Этот странный мальчик, младше её больше чем на сотню лет, порвёт любого. Ему плевать кто или, что это будет. Не спасёт, так отомстит и это чувство уверенности придавало ей сил верить. Нет, не в сказку, а в мужчину, которым она по началу хотела воспользоваться. Но после боя став инвалидкой и увидев в его глазах жалость вперемешку с какой-то гордостью и огоньком в глазах, который она распознала чувство собственности и зарождающееся чувство, пусть не любви, но симпатии и уважения. Эльфийка поняла, что хочет не просто стать матерью, но и ощущать тот раздевающий и желанный взгляд, который она чувствовала той ночью в подвале и позже. Единственное чего она боялась, это потерять ребёнка и как отнесётся к её беременности. Миша, её мужчина, её муж, он такого никогда не сделает, решила она. Анарсель загнала плохие мысли подальше и стала верить, что и в этом плане Михаил не изменит себе. Ведь порой в его суждениях и поступках можно увидеть взрослого мужа, но порой он включает дурака. Зачем, эльфийка не могла до сих пор разобраться. Решив, что у каждого свой листопад в голове, она перестала на это обращать внимание. В конце концов её мужу всего лишь восемнадцать циклов, ему можно быть порой ребёнком в некоторых вещах.
В этот момент очнулась Ния.
— Как ты, Ния?
— Всё хорошо, просто по черепушке получила сильно. Тот ублюдок не пожалел сил при ударе. А где это мы? — успела оглядеться девочка.
— Добро пожаловать в замок к некроманту. Тому самому к которому Миша решил сходить в гости. Это хорошо, что ты была бес сознания, а то бы не знаю, чтобы он смог натворить. А так, только дядя Роки слегка пострадал вместе с Грином, наши защитники… — с теплотой в голосе сказала эльфийка.
— О, светлые боги! Дядя Роки, как ты?
— Всё хорошо, дочка. Но нам повезло, Анарсель, что некромант оказался твоей расы и не стал трогать тебя и Нию. Всё-таки, даже у таких ублюдков, есть определённые понятия чести… — сплюнув кровь ответил орк.
— На тебе с Грином места здорового нет! Я ему покажу, когда Миша придёт! Вот увидите. Что смотришь на меня так, дядя Роки, Миша придёт.
— Конечно, дочка, а сейчас помоги нашему лекарю. Ему больше всего досталось. Я до него не достану.
— Хорошо, дядя Роки. — кивнув, ответила Ния.