Пропасть

– Именно! – Саня даже хлопнул ладонью по столу. – Ты очень верно уловил суть.

Как бы ни приятен был Андрею разговор, как бы ни хотелось ему еще чего-нибудь выпить, а то и продолжить разговаривать и выпивать где-нибудь в другом месте, но время уже перевалило за полночь, и он понимал, что, пожалуй, уже слишком пьян для столь позднего вечера в середине рабочей недели. Они выпили по последней, расплатились и, заверив друг друга в самой искренней дружбе, обменявшись номерами телефонов и пообещав обязательно этот дружеский ужин повторить – в общем, сделав все то, что делают обычно изрядно выпившие молодые люди перед тем, как разойтись по домам, наконец, отправились спать. Илья уехал на такси, а Саня и Андрей разошлись в разные стороны.

Дождь к тому времени прекратился, и сквозь гонимые ветром клочья облаков то и дело проглядывала луна. Андрей шел домой в хорошем расположении духа: с одной стороны, он был доволен тем, как провел этот вечер, а с другой, рад, что вовремя его закончил и, наверное, сумеет даже выспаться перед работой. Свежий ветер задувал ему, разгоряченному едой и алкоголем, в расстегнутое пальто и приятно обдувал его прикрытую одной только рубашкой грудь. Андрей глубоко вдохнул влажный воздух, поднял глаза к небу и, рассматривая почти полную луну, подумал: «А не продержится ли такая ясная погода до утра? Тогда, чем черт не шутит, завтра мы увидим солнце». Одолеваемый такими радостными мыслями, он через несколько минут был дома, где, наскоро исполнив вечерний туалет, тут же завалился спать.

2. Семейные ценности

Наутро, вопреки его ожиданиям, но не естественному ходу вещей, Андрея мучало похмелье. Не сказать, чтобы ему было совсем плохо, но голова его гудела, а в теле ощущалась неприятная слабость, пока он собирался на работу и шел до нее, раздобыв по пути в булочной кофе и какой-то выпечки на завтрак, чтобы заглушить подкатывающую время от времени тошноту. Но ни кофе, ни завтрак не помогли ему прийти в форму и погрузиться в работу, поэтому пару утренних часов он провел перед компьютером, перебирая в голове свои несвязные мысли и больше изображая вовлеченность в работу, чем действительно занимаясь ею.

Ближе к обеду у него зазвонил телефон. Звонил его начальник, которого в тот день не было на месте, – один из двух директоров и одновременно собственников фирмы, где он трудился.

– Здравствуйте, Сергей Михайлович!

– Привет, Андрей! Слушай, у меня к тебе одно поручение будет.

– Давайте, сделаем.

– Ты неплохо над той террасой на крыше потрудился, – он произнес название того самого отеля на Большом проспекте. – Есть у нас еще один объект очень на него похожий, только размером поменьше. Ну даже значительно поменьше. Мы сейчас оба с Игорем заняты другим большим и перспективным объектом.

Он не сказал каким именно, и Андрей не стал спрашивать, понимая, что пока, видимо, не время и скоро все равно все о нем узнают.

– Поэтому я хочу, чтобы ты самостоятельно этим вопросом занялся. Это квартира. Там выход на крышу, я так понимаю, есть, и они хотят что-то с пространством на этой крыше сделать. Клиент для нас важный – отказать я ему не мог, да и не в наших это правилах – от работы отказываться. Он человек занятой – у него жена этим вопросом занимается. Я тебе её контакты сейчас пришлю. Встреться с ней, поговори, пойми, что она хочет и во что это выльется. На сам объект сходи посмотри. Это не далеко от нас, на Зверинской улице, кажется, – продолжал начальник. – А мы с тобой потом обсудим, что там получается. Да, и бюджет подготовь. Мы вместе посмотрим еще раз и предложение им сделаем. Окей?

– Да, конечно, без проблем. Только я тут кое-какими прорисовками для Игоря Ивановича был занят. Это как срочно надо сделать?

– Слушай, не тяни, ладно? Я обещал, что мы быстро отреагируем. Я с Игорем говорил, он сказал мне, чем ты занят. Это не срочно, он согласен отложить. Так что ты займись вот этим делом в первую очередь, а потом, когда время будет, доделаешь то, что для него делал. Я его предупредил.

– Отлично! Тогда присылайте контакт. Прямо сейчас и займусь, – бодро отрапортовал Андрей, встряхнувшись.

– Хорошо. И еще, Андрей, там клиент действительно важный, – он сделал многозначительный акцент на этом слове, – так что ты, уж пожалуйста, отнесись к этому со всей ответственностью… Ну, да, в общем-то, я в тебе и не сомневаюсь. Именно поэтому тебя и попросил.

– Не переживайте, Сергей Михайлович. Все сделаем в лучшем виде.

– Ну и отлично. Спасибо. Пока.

– Вам спасибо! До свидания.

Андрей положил трубку и задумался. Разговор его порадовал. Он никогда раньше не занимался ни одним объектом самостоятельно, так что для него, даже несмотря на небольшие размеры предполагаемой террасы, это был профессиональный рост. Он не знал, как подготовить бюджет, но справедливо решил, во-первых, что он может всегда рассчитывать на помощь коллег и, во-вторых, что начальству о том, что он не знает, как подготовить бюджет, скорее всего, прекрасно известно.

Вообще, Андрей неплохо ладил с руководством. Двое его директоров были давними друзьями (а ходили слухи, что и не только друзьями), и основали эту фирму уже около двадцати лет назад. Поскольку оба они были люди идейные и весьма талантливые, то детище их, может, и не приносило огромной прибыли, но уверенно развивалось и росло, превратившись из авантюры двух вчерашних выпускников в довольно солидную фирму со штатом человек в двадцать и весьма внушительным портфолио. Оба директора, каждый немного по-своему, придерживались в управлении демократических принципов, предпочитая принимать на работу людей таких же профессионально заинтересованных, как и они сами, и мотивировать их не только денежным вознаграждением, но и давая им по возможности ту работу, которая приносила бы им удовольствие. Андрей, которому до этого пришлось поработать в местах с несколько другим подходом к подчиненным, высоко ценил отношение руководства и всегда искренне радовался, если мог быть полезен компании.

Кроме всего прочего, в этот момент он был просто рад, что сможет, наконец, бросить ту работу, с которой он безуспешно пытался разобраться, борясь с похмельем, и которая все больше начинала его раздражать, хотя в глубине души он и понимал, что кроется причина его раздражения вовсе не в характере работы.

За этими мыслями его и застал сигнал мессенджера. Андрей взглянул на экран телефона. «Черных Инна Сергеевна» – было написано в сообщении и далее следовал номер телефона. Не теряя времени, Андрей позвонил. На том конце ему ответил немолодой (как ему показалось) женский голос. Он объяснил, кто он, зачем звонит, и предложил договориться о встрече. Оказывается, Инна Сергеевна уже давно ждала его звонка и была рада его слышать. Встретиться она была готова незамедлительно, потому как прямо сейчас находилась дома, а именно там и требовалось устроить террасу, и собиралась там находится до конца дня, занимаясь, с ее слов, некоторыми делами, которые готова была отложить из-за визита Андрея. Андрей же с радостью принял ее приглашение, пообещав явиться через полтора часа. Она назвала ему адрес, и на этом они попрощались.

Андрей поскорее закончил работу, допил очередной, уже остывший кофе и довольный покинул офис. Погода также не оправдала вчерашних ожиданий Андрея, о которых он вспомнил, невесело улыбнувшись, только сейчас: утром он был слишком занят своим собственным состоянием, чтобы обращать внимание на погоду. На улице по-прежнему моросил дождь, а свинцовое небо было по-прежнему непроницаемо для солнца. Несмотря на то, что до заката оставалось еще несколько часов и сейчас, по идее, должно было быть самое светлое время дня, в воздухе будто бы уже сгущалась вечерняя мгла – в окнах горел свет, зажглись кое-где фонари на улицах – в общем, было полное ощущение того, что через несколько минут на улице окончательно стемнеет.

Андрей прошел через Александровский парк, где среди голых черных деревьев и такой же голой и черной земли, местами перетоптанной уже людьми и собаками в грязь, кое-где проглядывала зеленая трава, которая, казалось, не знала, что ей делать: погибнуть ввиду времени года от недостатка света или продолжать бороться за жизнь ввиду чрезвычайно теплой погоды, и поэтому так и застыла в нерешительности в том состоянии, в котором пребывала в конце октября.

Выйдя из парка, он углубился в лабиринт узких улиц и проходных дворов и через несколько минут был возле дома по указанному адресу. Дом был новый. Фасад его, довольно успешно маскировавшийся под нечуждый городу и Петроградской стороне в целом конструктивизм, здесь, среди громадин устало нависших над улицей доходных домов двухвековой давности, смотрелся несколько чужеродно, хотя в общем и был симпатичен. Пройдя сквозь отделанный мрамором просторный холл, где за большой стойкой, которой могли бы позавидовать многие пятизвездочные отели, сидел охранник – ибо назвать этого широкоплечего мужчину в черном костюме консьержем вряд ли бы у кого-то повернулся язык, – Андрей вышел в небольшой зеленый внутренний двор. Здесь фасады уже не радовали такой строгостью стиля, которым, видимо, пожертвовали в угоду большим панорамным окнам и удобству жильцов. Несмотря на это, двор производил самое приятное впечатление: дорожки от подъезда к подъезду здесь были выложены гранитной плиткой, вдоль дорожек стояли со вкусом выполненные светильники, деревья были еще слишком молоды и пока только обещали следующему поколению жильцов уютную тень, но больше всего радовала глаз сочная зеленая трава, заполнявшая собой, несмотря на время года, все свободное пространство двора. Следуя указаниям, полученным от охранника, Андрей нашел нужный подъезд и поднялся на лифте на последний, седьмой этаж. Здесь, на верхней площадке, была всего одна, нужная ему квартира. Андрей взглянул на часы и, убедившись, что он пришел лишь немного раньше назначенного срока, позвонил в дверь.