Прощай, принцесса

— Тебе и вправду было так легко?

— Ну, слушайте… Я пошел в клинику, понимаете? У меня есть рекламные объявления для занятий по дзюдо… Вы знаете, я провожу тренировки для мальчишек в школах, но за это очень мало платят, потому что у меня нет официального звания тренера, и мне выделяют деньги из родительского комитета — пятнадцать тысяч песет в месяц. Так вот я и начал распечатывать листовки, где приглашаю желающих на индивидуальные занятия по самообороне. Некоторые хотят заниматься с частным тренером, а потому мне иногда удается найти таким образом ученика-другого. Я отправился в клинику, чтобы распространить там рекламу, и поговорил с охранниками, их было трое, но они лишь посмеялись надо мной. Отец говорит, это все потому, что я еще молод, а люди часто не доверяют молодым.

— И как же ты переубедил их?

— Сказал, что у меня второй дан, но они не поверили, а решили попробовать. Но я честно предупредил, что раз там нет татами, они могут покалечиться. В общем, я уложил на лопатки всех троих, сеньор Карпинтеро…

— Тони.

— Да, прости, Тони… Я быстро побросал охранников на пол, и они начали смотреть на меня с некоторым уважением. Они захотели еще раз попробовать, но я опять их уложил. Потом мы начали болтать о самообороне и всяком таком… Я попросил их сказать мне, каким программным обеспечением они пользуются в клинике, чтобы иметь возможность проводить занятия по интернету, объяснять теорию. Они и выложили: у них стоит Guardian Gloobe, американский продукт, и еще оставили адреса электронной почты. Вот и все!

— Что все?

— Все. У себя дома при помощи другого компьютера я залез в их внутреннюю сеть. А так как вы… то есть ты сказал моему отцу, что тот псих уничтожил электронный архив и сжег кабинет главврача, я нашел информацию о том, что именно в тот день, восемнадцатого мая прошлого года, один из пациентов пытался разбить оргтехнику, пришел в состояние неконтролируемой ярости и начал крушить все вокруг. Чтобы узнать больше, я послал письмо ребятам из службы безопасности с вопросом о том, как конкретно они уладили возникшую сложную ситуацию, они прислали подробный рассказ о своих действиях, а я высказал некоторые свои соображения на этот счет. Но кое-что было странно.

— Он не сжег кабинет?

— Да нет, он и в самом деле здорово бушевал там. Полностью уничтожил компьютер и пару каких-то ценных ваз, прежде чем явилась охрана. Но мне сказали, что это была женщина, а не мужчина.

— Вот это да! Очень интересно. А ты можешь залезть в базу данных по пациентам?

— Да, конечно. У меня есть доступ ко всем жестким дискам клиники.

— Тогда запомни одно имя, Хулито: Лидия Риполь, она была пациенткой в девяносто четвертом — девяносто пятом годах. Прошу тебя достать ее историю болезни.

— Обещаю! Если она существует в электронном виде, я ее добуду — Парень снова улыбнулся.

— Ну вот, у тебя новое задание. Выполни его, пожалуйста, это очень важно.

— Лидия Риполь — это ведь та девушка, журналистка, которую убили, так, сеньор Карпинтеро?

— Если не прекратишь называть меня сеньор Карпинтеро, я устрою тебе хорошую взбучку. Ты этого хочешь добиться, Хулито?!

Тот опустил голову и спрятал смущенную улыбку:

— Простите.

— Понимаешь, ты заставляешь меня чувствовать себя стариком. — Я похлопал его по колену. Казалось, моя ладонь легла на что-то железное. — Сколько тебе лет?

— В следующем месяце исполнится двадцать шесть.

— Как получилось, что ты так здорово понимаешь в компьютерах?

— Да я не знаю. Нравится, я с детства увлекался. И всему научился сам. Я их собирал и разбирал, чтобы все узнать досконально. Отец говорит, что в будущем я сделаю неплохую карьеру, работая с компьютерами. Но я… — Хулито пожал плечами. — Я не пошел в колледж, едва начальную школу окончил. — Парень попытался было улыбнуться снова. Похоже, я затронул больную тему, предмет его давних споров с отцом. — Хотите, мы пойдем проведаем этого чокнутого?

— Нет, не нужно, Хулито. Я один схожу, будет плохо, если тебя увидят со мной, лучше уж ты продолжай поддерживать свою легенду. Пожалуйста, сосредоточься на поиске истории болезни Лидии Риполь.

— Как скажешь, сеньор Карпинтеро. Но ты приходи, пожалуйста, к нам завтра на обед. Отец просил пригласить тебя. Я разыщу все, что требуется.

Взяв пиджак, я достал бумажник и пересчитал наличность. Три банкноты по тысяче. Я вручил их парню. Он посмотрел на меня вытаращенными глазами, отрицательно мотая головой:

— Нет, сеньор… то есть Тони, нет. Ты уже расплатился с моим отцом.

— Хватит отнекиваться, бери, за мной еще две тысячи.

Он замахал на меня своими огромными руками:

— Нет, нет… спасибо. Это же куча денег!

— Бери, парень, бери!

И он взял.

— Так вы точно не хотите, чтобы я навестил того психа вместе с вами?

Казалось, он чувствует себя не в своей тарелке.

Когда Хулито наконец ушел, я плюхнулся на диван и попытался уснуть. Но, несмотря на безумный день, заснуть мне никак не удавалось. В голову лезли мысли о Сильверио и о том, как он себя поведет, узнав, что он мой сын. В какой-то момент я отключился и провалился в один из тех снов, что преследуют человека всю жизнь. Мне восемнадцать лет, и я раньше обещанного возвращаюсь из гимназии домой на улицу Корредера-Баха-де-Сан-Пабло. Моей матери нет дома, а вся квартира кажется погруженной в призрачную дымку. Коридор, ведущий в спальню родителей, представляется мне нереально длинным, а из комнаты слышны стоны. Неожиданно я проснулся и подскочил на постели, весь покрытый липким потом.

Оказывается, прошло всего полчаса. Сердце нервно колотилось, а мысли и чувства все никак не могли прийти в нормальное состояние. Такое случается вот уже сорок лет. Я тогда прошел по проклятому коридору и отворил дверь спальни. Но во сне мне этого никогда не сделать. Лучше бы я вообще никогда не распахивал ненавистную дверь.

Уже почти стемнело, когда я вошел в спортклуб Рикардо Сараголы. Охранник, стоявший у дверей, спросил, что мне надо. Он был удивительным образом похож на того, который встречал меня в прошлый раз, может, потому что одет был в такую же небесно-голубую форму «Тоталсекьюрити»? Я ответил, что хотел бы переговорить с администратором секции бокса. Парень проводил меня до стойки регистрации и остался стоять рядом в ожидании, пока сидящая за ней крашеная блондинка в голубом халате наговорится по телефону. Когда девушка наконец положила трубку, я обратился к ней, спрашивая, как бы мне увидеть тренера по боксу. Только вот имени его я не помнил.

— Польито дель Кальехон. Вы его имеете в виду? Понимаете, у нас тут не один тренер.

— Такой низенький сеньор, очень сильный, с вьющимися волосами.

— Да, это он, Польито дель Кальехон. Он сейчас в зале… Смотрите, вам нужно пройти по этому коридору…

— Подождите секундочку. Это что, тот самый Польито дель Кальехон — экс-чемпион Европы в легчайшем весе? По-моему, его звали Эустакио Гарсиа, но на ринге он носил прозвище Польито дель Кальехон. [18] Он же два раза становился олимпийским чемпионом.

18

Польито де Кальехон(Pollito de Callejon) — Птичка-невеличка (исп.).

— Ой, да, я совсем забыла — его же и в самом деле зовут Эустакио, но я не знала, что он был чемпионом Европы. Вы знаете, где проходят занятия боксом?

— Думаю, что найду, я бывал здесь раньше.

— Да, он был чемпионом Европы в легчайшем весе, — неожиданно вмешался по-прежнему стоявший рядом охранник. — Но если вам нужен мой совет, то, думаю, лучше обратить свое внимание на занятия боевыми искусствами. Это куда полезнее. От бокса мало прока в реальной жизни.