Просто будь рядом

— Дерзкая сволочь. Но по голосу слышно, как он бесится, он еле сдерживается. Думает, что сучке опять повезло, — сказала Ева и, взяв мемокуб с собой, пошла осматривать комнату для жертв.

— Цепи и наручники только на двоих, — отметила она. — Схвати он меня, Мелинда ему была бы уже не нужна. Он мог бы избавиться от нее и начать паковать вещи. Девочку бы он оставил и со временем нашел бы еще. Ему всегда хочется больше. Хочется новых ощущений. Со мной он мог бы не торопиться, растянуть на два, три дня. Может, попытался бы подоить тебя на предмет выкупа. Все-таки Макквин — мошенник, против такого искушения подзаработать он бы не устоял.

— Оставаться здесь с тобой и потратить столько времени на переговоры по открытым каналам о выкупе значило бы поставить под угрозу его главную цель.

— Но это добавило бы чувства риска. И он думает, что прекрасно подготовился. Он заносчив, — добавила Ева. — Самомнения у него выше крыши, считает себя умнее всех.

— Кем же он тогда считает тебя? — спросил Рорк. — Ведь ты его победила.

Ева пожала плечами.

— В прошлый раз он засыпался, потому что ему не повезло. Или наоборот, желторотому копу удачи привалило. Не так уж он и ошибается. Он годами избегал поимки. Годами. Он полностью уверен, что в состоянии это повторить. Схватить меня, убить Мелинду. Он хотел бы, чтобы я это видела — видела, как убивают кого-то, кого я спасла. Видела, как он убивает напарницу. А после, когда получит от меня все, что хотел, как убивает девочку. Или девочек. Меня он оставил бы напоследок. Он захотел бы, чтобы я видела, как он убивает ребенка, чтобы я почувствовала свою беспомощность. А потом он просто переместился бы на новое место. Куда-нибудь еще, подальше отсюда. Может, на этот раз в Европу. В какой-нибудь достаточно крупный город, достаточно модный для его вкуса. И начал бы собирать новую коллекцию.

— Но теперь ему придется собраться с силами, придумать новый план действий.

«Как и мне», — подумала Ева.

— У него есть запасной план. Он сориентируется, подстроится под новые обстоятельства. Он и вправду считает, что мы скоро встретимся. А вот, наверно, и судмедэксперт. Мне нужно к ней, а потом еще проверить, как дела у Лоуренса.

Засигналил телефон.

— Даллас.

— Лейтенант, — послышался голос Бри, — простите, что отрываю.

— Детектив, чем могу помочь?

— Врачи сейчас занимаются Мелиндой — поставили капельницу, обрабатывают повреждения. Хотят оставить ее до утра в больнице, понаблюдать. А Дарли… ну, вы знаете, что в таких случаях делают.

— Да.

— Они обе хотят с вами поговорить. Мы взяли у них предварительные показания, задали кое-какие вопросы. Но они хотят поговорить с вами. Кажется, им это важно. Риккио, врачи и родители Дарли дали согласие. Если у вас найдется на это время. Мы в Первой городской.

— Как только закончу здесь.

— Я им передам.

Когда Ева убрала телефон обратно в карман, Рорк протянул руку и нажал кнопку остановки записи.

— Тебе нужно передохнуть.

— Не нужно. Чем больше дел, тем мне легче. Со всем прочим разберусь, когда ничего другого не останется. Но только не сейчас. Стоит мне начать об этом думать, не знаю, что будет. У нас ведь даже результатов анализа ДНК нет, так что…

Рорк взял ее за руку, и она осеклась. Прочла ответ в его глазах.

— Ты все сделал?

— Результаты пришли, когда я выходил за полевым набором.

Что-то тошнотворно горькое подкатило к ее горлу.

— Я была права.

— Да. Безусловное совпадение.

— Что ж, лучше точно это знать, — сказала она и уткнулась взглядом в стену.

— Правда?

— Я так и знала — я ее узнала, в ту самую минуту, как мы друг на друга посмотрели. Я думала, я уже все приняла. А теперь… Черт, теперь я уже и не знаю… — она с силой провела ладонью по лицу, прижала пальцы к векам, под которыми пульсировала тупая боль. — Мне нужно работать. Нужно работать, а с этим разберусь позже.

Она пошла навстречу присевшему у трупа судмедэксперту. А Рорк остался и еще очень долго глядел на цепи с наручниками, вделанные в стену той ужасной тесной комнаты.

17

Ждать, пока тело запакуют в мешок, Ева не стала. Какой был смысл? Она пошла в ванную, которую под руководством Лоуренса самым тщательным образом обыскивали.

— Нашли что-нибудь?

— Элитное постельное белье, полотенца, неплохое пуховое одеяло. Можно отследить, где куплено. Кое-что он взял с собой. Макквин помешан на порядке, каждая вещь на своем месте, так что сразу видно, чего не хватает. Простыней, полотенец, кое-какой одежды, обуви. У него там дюжина галстуков, — он махнул рукой в сторону стенного шкафа. — И судя по тому, как они лежат, еще дюжину же он забрал с собой. Кому нужны две дюжины галстуков?

Ева подошла к шкафу, чтобы посмотреть самой.

— Он любит одежду, любит коллекционировать вещи. Хотя… Это я ни фига не понимаю в моде или галстуки все одинаковые?

— Либо так, либо мы оба ничего не понимаем. Один узор, одна марка.

— На него это не похоже. И вообще: тут слишком много вещей. Не в смысле много оставил — вообще слишком много. Это уже не коллекционирование, это…

— Жадность, — закончил за нее фразу Лоуренс. — Я тоже так решил. Может, это обратная реакция — он двенадцать лет провел в одной и той же тюремной одежде.

— Может, и так. Но в этом он снова изменил своим принципам. Любопытно.

— Да, в самом деле. Значит, так. Белье и прочее мы забираем на проверку. Остались только вещи напарницы. Там на столе должен был быть коммуникационный центр, стало быть, его он тоже забрал. Он поставил себе в ванной монитор, чтобы мог за ними следить и дрочить, козел. Простите, — Лоуренс взял себя в руки. — Это все из-за девочки.

— Понимаю.

— Он оставил запас шприцев. Опять-таки часть отсутствует.

— Сам он не употребляет, так что много ему не нужно. Новую напарницу подыскивать он пока не собирается.

— У напарницы была пара ящиков для своих вещей. Похоже, он наскоро порылся в них перед выходом, убедился, что никаких зацепок там нет. За ящиками и под днищами мы еще не проверяли. У нее тут был свой запас, — добавил он, показав на запечатанные и помеченные как вещественные улики мешки. — Целая аптека…

«И тогда, прежде, она делала точно также», — подумала Ева; в голове у нее промелькнули обрывки неясных воспоминаний.

— Хотела, чтобы наркотики всегда были под рукой — на случай, если Макквин уйдет на дно или бросит ее.

— А еще она любила разнообразить меню. Пока все, что мы находим, говорит больше о ней, чем о нем. Но можно видеть, где раньше что-то лежало и что это, скорее всего, было. С точки зрения улик у нас уже достаточно, чтобы засадить гада на два его прежних срока, но ни одна из них пока не дает подсказок, где он может скрываться.

— Может, он обмолвился одной из заложниц, — предположила Ева. — Макквин не предполагал, что они выберутся живыми, а он любит блеснуть интеллектом. Я отправляюсь побеседовать с ними, может, что-нибудь выясню.