Просто Он

Я целую ее не давая вставить ни слова, облизываю ее губы, обхватываю своим языком ее язык. Мне нужно погрузиться в нее глубоко. Сначала в рот, потом еще глубже туда, в самую сердцевину ее женского естества…

Я опрокидываю ее на кровать и ложусь сверху, глядя прямо в глаза, раздвигаю ножки и медленно, очень медленно ласкаю ее лепесточки своим членом.

Она снова всхлипывает, я вижу слезинки, застывшие на ресничках. Наклоняюсь, чтобы аккуратно сцеловать их.

— Женя, я люблю тебя. Ты моя. Вся моя, понимаешь? Просто моя…

Я вхожу глубоко, заставляя ее задохнуться от силы моего порыва, и наклоняюсь ниже, шепчу ей на ухо:

— Ты выйдешь за меня?

— Да.

— Ты будешь со мной каждый день, каждую ночь?

— Да!

— Ты будешь давать мне себя каждый день и каждую ночь?

— О… да! Да!

— И ты родишь мне сына?

— …Да! Да!

Я начинаю двигаться все быстрее и быстрее и вот уже мы бьемся вместе в экстазе, поднимаясь на самую вершину, я чувствую как пульсирует ее лоно, я вколачиваюсь в нее, и взрываюсь там, внутри, заливая ее. Потом падаю в изнеможении рядом, прижимая ее к себе.

Мне еле удается дышать, голова кружится, и я не могу сообразить, что же я хотел ей сказать.

— Да… Женя… у меня есть еще кое-что для тебя… Очень важное.

Глава 70. Женя

Меня реально бомбануло, когда Алекс протянул мне карту. Я не сразу поняла почему. Ведь вроде бы это нормально? Ну, мужчина, который любит тебя, за которого ты собралась замуж, он вроде как берет на себя обязательства, в том числе и финансовые.

Это же такая всем знакомая и веками проверенная схема! Мужчина думает о том, как добыть мясо и шкуры, женщина думает о том, как приготовить ужин и сделать уютным семейный очаг.

Конечно, давно уже со всех сторон я слышу, что схема устарела, что женщина зарабатывает, или может зарабатывать не меньше мужчины, что в современном обществе каждый сам решает выносить ли ему мусор или мыть посуду.

Но… почему-то я на своем пути не встречала нормальных женщин, которые бы отказались от схемы муж добытчик, а жена — для красоты. Ну, то есть жена может и зарабатывать, и уют создавать, делать все, что ей нравится, не задумываясь о финансах, потому что о финансах думает мужчина. Разве это не мечта каждой женщины быть обеспеченной своим любимым мужчиной? К этому же вроде все стремятся?

Или… возможно, я так безнадежно устарела.

Мне бы хотелось заниматься тем, что нравится — воспитывать дочь, переводить интересные книги, преподавать язык деткам, вести домашнее хозяйство, готовить любимому разные вкусности. Но если за моей спиной не стоит мужчина, который зарабатывает достаточно, чтобы содержать семью — то все мои мечты вылетают в трубу. Просто не хватит времени и сил на какие-то другие дела, будешь думать только о том, как заработать, чтобы прокормить ребенка.

Я никогда не считала, что это неправильно, ждать от мужчины помощи и защиты, в том числе и финансовой. Но…

Я хорошо запомнила некоторые моменты.

Отца, который кричал, что я никто, что за душой у меня ничего нет, что он оплачивал мне учебу, и значит я должна ходить по струнке, отрабатывая все вложенное. Хотя это именно он хотел, чтобы я училась в МГУ, где были запредельные баллы. Я прекрасно могла поступить в обычный ВУЗ на бюджет. Но ему хотелось щеголять дочкой-студенткой МГУ, потому что он сам и мама когда-то окончили именно этот университет.

Потом Власова, мужчину, которого я искренне считала любимым… Он мог ничтоже сумняшеся выдать, что, мол, все мы женщины только и думаем о том, как красиво устроится на мужской шее, свесить лапки, и доить, доить, доить… Да, это мне говорил мужчина, который занял у меня приличную сумму и не удосужился отдать, сказав потом, что эти деньги он на меня и потратил!

Наверное, я именно после Власова начала бояться стать зависимой от мужчин. Продумывала планы, как же мне все-таки подняться, начать самой зарабатывать. Конечно, без помощи подруг и брата ничего бы у меня не вышло. Совсем. Но…

Глядя на красивую блестящую карту, которую мне протягивал Алекс я почему-то снова вспоминаю все свои страхи.

— Эй, малыш, в чем дело?

— Алекс, я не знаю, просто…

Чувствую, как начинает заливать алым щеки. Мне стыдно брать деньги у мужчины. Да, он покупает мне подарки, я живу в его доме, он одел меня как куколку, но… деньги…

Хорошо еще, что это не хрустящие купюры…

Алекс видит мое замешательство и терпеливо объясняет, что это нормально, для пары, которая собирается вступать в брак вполне логично делить бюджет.

Да уж. Только я-то ничего в бюджет не приношу!

Он не понимает моего состояния. Продолжает говорить о том, что полностью возьмет на себя расходы по празднованию дня рождения Ульяны. И вообще, он позаботился обо мне даже на тот случай, если с ним что-то случится…

Вот тут меня накрывает. Понимаю, что тело покрывается мурашками, холод бежит по позвоночнику.

Не хочу его терять. Просто не могу! Я и так многое в жизни потеряла!

Алекс крепко прижимает меня к себе. Только не он! Только не остаться снова одной в этом мире.

Мне страшно. И я должна рассказать ему почему. Я чувствую, что кто-то хочет разрушить наш маленький рай. Кому-то нужно сделать так, чтобы меня рядом не было. Чтобы Алекс отказался от меня.

Неожиданно он спрашивает про Костика. Да уж, слишком вовремя брат попросил меня о помощи. Но как это может быть связано с компанией отца Алекса?

— Успокойся. Я не знаю, участвует ли в этом твой брат, правда, пока я очень мало что знаю. И да, мой отец имел большие проблемы работая вместе с твоим отцом…

Я чувствую, как в уголках глаз закипают соленые ручейки. Не хочу плакать. Я ни в чем не виновата, но как мне убедить в этом Алекса?

— Женя, я верю, что тебя именно просто хотят использовать, что сама ты не можешь принимать участие ни в каких махинациях и не принимаешь. Я верю тебе. И я люблю тебя.

— Спасибо я… Я даже не знаю, что сказать. Я больше всего боялась того, что ты обвинишь меня и…

Он не дает мне говорить, буквально обрушиваясь на мои губы, вцеловывая в меня понимание о том, что он мне верит. Целует не нежно, не мягко, совсем не ванильно. Напротив. Словно утверждая свое право на меня.

Почти сразу опрокидывает меня на кровать, смотрит в глаза, я чувствую головку его члена между своими складочками. Он двигает им распаляя меня. Это заводит невероятно. Я уже вновь готова не просто принять его — к этому я готова всегда — я готова получать бешеное, фантастическое блаженство. Он только мой. И я буду делать это только с ним. И хорошо мне будет только с ним. И ему будет так сладко только со мной — пусть я слегка самонадеянна, считая так, но… Да! Я в конце концов именно самонадеянна!