Простые радости

– Слишком много телевидения вокруг, – мрачно заметил Роман. – Откуда они берут весь этот ужасный жаргон?

Несмотря на напряжение, Феникс рассмеялась.

– Она хочет, чтобы этот достопочтенный джентльмен вернул ей деньги, – продолжал Насти. – Если бы не это, я бы совершенно ничего от нее не узнал. Все очень просто.

– Да, довольно логично. – Роман повернулся спиной к Феникс. – Сказала ли она что-нибудь еще?

– Да. Я оставил это под конец. Солнечный Лучик исчезла из комнаты мотеля в середине ночи. После того, как его преподобие решил изменить маршрут. В совершенно другом направлении – в Сан-Диего.

Ванесса начала подниматься по склону горы. Она шла медленно, окруженная молчаливыми елями. День был теплым, душным и спокойным. Если Джеффри точно выполнил ее указания, то он уже должен быть впереди нее. То, что она намеревалась ему сказать, никто не должен услышать, и выполнить это все нужно как можно быстрее.

Она первая увидела его. Он сидел на поваленном стволе дерева, аккуратно разгладив брюки на коленях, и с подозрительностью оглядывал поляну, которую она выбрала для встречи. С противоположной стороны поляны из-за плотной стены елей доносился приглушенный звук низвергающегося водопада Сноквалли. Джеффри не выносил воду. Он просто ненавидел водопады. Ванесса знала, что он всегда боялся подходить слишком близко к падающему вниз потоку.

Должно быть, ему здесь не по себе. Еще одно очко в ее пользу.

– Джеффри?

Он вскочил на ноги и увидел ее.

– Ты здесь, – мягко улыбнулась Ванесса. – И вовремя. Спасибо, что выполнил мою просьбу.

Джеффри выглядел очень мрачным.

– Едва ли ты предоставила мне выбор.

– Ты это потому, что я сказала – мы можем потерять все? Я же не говорила, что мы потеряем все, дорогой. Не драматизируй.

Он опустил руки в карманы своего прекрасно сшитого серого костюма и повел плечами.

– Разве ты не заявила, что встреча – в этом забытом Богом месте – будет драматичной?

– Возможно, кто-нибудь другой скажет, что именно в таком месте он может встретиться с Богом, – произнесла она, прекрасно понимая, что ее слова вызовут в нем еще большее раздражение. – Я хотела быть совершенно уверенной, что мы будем одни. Нам нужно поговорить о многих серьезных вещах.

– Даже если бы и возникли какие-то проблемы, – сказал Джеффри, – со мной было бы все в порядке. Ты помнишь, что деньги-то у меня?

Этот дурак на самом деле считает, что может управлять ею.

– Конечно. Я только хочу сделать так, чтобы было лучше нам обоим. Майлс отправился в Швейцарию и ждет нас там. Пьер здесь и поможет реализовать мой план.

– Почему Майлс в Швейцарии?

Она сделала несколько шагов в сторону от него и слегка откинула голову, будто бы прислушиваясь к шуму водопада.

– Наше дело здесь подходит к концу. И боюсь, мы должны его закончить. Слишком большая опасность угрожает нам. Но затем мы должны снова где-нибудь обосноваться, и нам понадобятся деньги. Поэтому лучше всего нам всем встретиться в Швейцарии, ведь так? Честер в панике.

Джеффри нахмурился:

– Что должен делать Честер со всем этим?

– С Паркером получилось все как надо. Газеты сообщили именно то, что нам и хотелось.

– Это было нетрудно. Он ни разу не проснулся с того времени, как мы покинули клуб. Я спросил тебя о Честере.

Чем ближе он подойдет к краю, тем лучше: более вероятно, что он согласится с тем, что она предложит.

– Кто-то расспрашивал о прошлогодней поездке по стране. А точнее, они показали фотографию Эйприл и спросили, была ли она с Честером.

У Джеффри подкосились ноги, и он опустился на поваленное дерево.

– Кто? Кто спрашивал? И что они ответили?

– Не знаю. – Она встала за его спиной и начала массировать ему виски. – Расслабься, дорогой. Мы вместе справимся и с этим.

– Если ты не знаешь, кто сказал Честеру об этом, как мы узнаем, что он не сам все это придумал?

– Нет, не придумал. Был анонимный звонок. Все детали были описаны очень точно, вплоть до его поездки в Сан-Диего. – Она притянула к себе застывшее тело Джеффри. – О Мексике не упомянули.

– О, Господи.

– Они не упомянули о ней. – Она почувствовала, как он начал дрожать, и наклонилась, чтобы поцеловать его в ухо. – Положись на меня, Джеффри. Я решу это сама. Тебе необходимо расслабиться. Почему бы тебе не раздеться?

– Ради Бога, Ванесса, как ты можешь сейчас думать о подобных вещах?

Тихо смеясь, она пальцем провела по его открытой шее и вплотную подошла к нему.

– Я всегда считала, то, что ты называешь «подобными вещами», – очень полезно в стрессовых ситуациях. – Она начала расстегивать пуговицы на пиджаке своего черного льняного костюма. – По крайней мере, это касается меня. – Такого еще не было, чтобы под пиджаком у нее не оказалось никакой одежды.

Конечно же, Джеффри стало не по себе при виде ее груди: она всегда волновала его. Как и обнаженное тело любой женщины. Ванесса сжала губы. Ни одна женщина, кроме нее, не имела такой власти над ним.

Джеффри отвернулся.

– Ты должен помочь мне. – Ванесса до бедер задрала свою короткую узкую юбку. Она скинула туфли и черные ажурные чулки – больше на ней ничего не было.

– Ты должен сделать именно то, что я тебе скажу. Джеффри ничего не ответил.

Она взяла его правую руку и прижала к своей жаждущей удовлетворения плоти.

Наконец он взглянул на нее, на ту часть ее тела, что теперь волновала его.

– Тебе всегда всего недостаточно, – сказал он, подняв взгляд на ее вздымающуюся грудь.

– В этом мы очень похожи, – заметила она, задыхаясь от возбуждения. – Скорей. Скорей, – потребовала она, опускаясь на слабеющих ногах.

Он продолжал сидеть. Тогда она прижалась грудью кего лицу. Он медленно потерся о нее. Ванессой овладело отчаяние. Она схватила его пальцы и погрузила их в себя. И мгновенно кончила.

Как она и предполагала, Джеффри не выдержал и опрокинул ее на траву. В считанные секунды его член оказался у нее во рту. Ей пришлось довольно долго потрудиться, чтобы удовлетворить его.

Почти мгновенно после этого он снова был над ней и, тяжело дыша, раздвинул её бедра.

Да, она всегда умела подчинить его.

– Мы должны работать вместе и быстро, – сказала она, выгибаясь под ним.

– Да, – согласился он.

– Феникс не массажистка. Она адвокат. – Когда он замер, она поведала ему и остальное. После рассказа о сумасшедшем заключенном глаза Джеффри сузились. Затем она сделала заключение: – Мы собираемся его использовать. Он дан нам нашими молитвами.