Протеже

Именно в этот момент Люк сообщил, что получил небольшую роль в коммерческом ролике и на уик-энд поедет сниматься в Атланту. Диана честно пыталась разделить его восторг. И все же в пятницу утром, когда он собрал вещи и отбыл в аэропорт, она долго не могла успокоиться. Не меньше двух часов Диана металась по дому, то поглядывая на часы, то включая и выключая телевизор.

Наконец ноги сами занесли ее в комнату Люка. Она с удивлением обнаружила, что одна стена сплошь увешана сделанными им фотографиями – и к тому же весьма неплохими. Почему он ни разу ей не похвалился ими?

Обернувшись, Диана увидела, что на противоположной стене Люк поместил ее портреты, разогнанные до размера восемь на десять [7] .

На большей части снимков Диана не узнавала себя – и все же это была она. Люк умудрился поймать нечто неведомое, скрытое на дне ее души под деловитостью и сдержанностью – уязвимость. Боже милостивый, да ведь она выглядит как девчонка, без спросу надевшая мамину шубу! И как ему это удалось? Диане захотелось немедленно сорвать все до единого снимки и разорвать их в клочки. Она выскочила из комнаты, чувствуя себя еще отвратительнее.

7

Восемь на десять дюймов, то есть примерно 24 на 36 см.

Наверное, ей просто следует сменить обстановку. Пожалуй, самое время пожить в доме, давно купленном в Ист-Хэмптоне. Одна актриса, приятельница Молли, переезжая в Голливуд, уступила этот дом по вполне приемлемой цене. Собственно говоря, Молли и ссудила тогда Диану деньгами на покупку.

Диана выросла далеко от моря и до сих пор благоговела перед океаном: ее охватывало какое-то удивительное чувство, когда волны разбивались у ног.

Джорджия-Бич, удаленный от городской суеты, толкучки и шумных туристов, был не слишком малолюдным местечком. В домах, разделенных обширными участками земли, многие жили круглый год. Здесь возводили настоящие особняки. Конечно, Диана не могла позволить себе такую роскошь – ей принадлежал небольшой домик, обшитый досками, побелевшими от морской соли.

Во взятой напрокат машине Диана добралась сюда поздно вечером в пятницу. Воздух в доме показался ей спертым и сырым, и она распахнула окна, хотя с моря дул холодный ветер. По крайней мере у нее был изрядный запас дров для камина: их загодя приготовил местный житель, присматривавший за домами зимой.

Среди скопившейся почты Диана раскопала приглашение от соседа, Тома Райана. В субботу он устраивал у себя вечеринку с коктейлями. Ну что ж, надо подумать, ехать туда или нет. Ведь главная ее цель – как следует отдохнуть.

Диана затопила камин и устроилась возле огня, дожидаясь, пока дом прогреется и ее перестанет знобить.

Комната была обставлена белой плетеной мебелью, с цветастыми ситцевыми занавесками и подушечками. Диана полагала, что ей удалось воспроизвести сельский стиль викторианской эпохи. Для полноты картины она даже расставила по углам фикусы и пальмы в настоящих викторианских кадушках. Убранство дома как нельзя лучше соответствовало его простому внешнему виду и неизменно радовало глаз после сугубо современной обстановки городской квартиры. Поездка и одиночество подействовали на нее умиротворяюще. Теперь она ясно понимала, что не могла полностью расслабиться, когда дома постоянно торчал Люк.

Убаюканная шумом волн, разбивавшихся о берег, Диана мирно заснула в своей кровати под пологом.

– Диана, милая, как я рад, что ты все-таки выбралась сюда! Надеюсь, ты со всеми знакома?! – восклицал Том Райан, увлекая гостью в свою просторную людную гостиную. – Прежде всего реши, что будешь пить. Ирландское виски, крем-ликер или мяту? Никакого заморского пойла вроде вина – ведь сегодня день святого Патрика!

Том, жизнелюбивый и общительный мужчина в самом расцвете своих сорока лет, давно развелся и теперь менял подружек каждую пару месяцев. Он с большим успехом занимался торговлей недвижимостью, жил здесь круглый год, знал буквально всех, и буквально все с удовольствием ходили к нему в гости.

Диана не спеша пила виски со льдом, прислонившись к деревянной колонне чуть в стороне от гостей.

Она уже во второй раз пришла на вечеринку к Тому и наверняка была представлена многим из гостей, но никого из них не запомнила. Кажется, где-то здесь есть несколько маститых писателей, художников и дизайнеров. Кроме того, Том пригласил стайку хорошеньких женщин на любой вкус и в самых роскошных туалетах. При этом, конечно, господствовал ярко-зеленый цвет [8] – кое-кто из панкующих гостей даже выкрасил волосы зеленым.

8

Символ Ирландии – зеленый трилистник клевера, и потому в день ирландского святого Патрика принято наряжаться в зеленое.

У Дианы не нашлось ничего зеленого, и она надела серые шелковые брюки, длинную тунику из белого шелка и массивную серебряную цепочку. Празднику соответствовали только ее зеленые серьги из китайского агата.

Она чувствовала себя не в своей тарелке и немного смущалась. Как всегда, вне службы Диана не отличалась особой общительностью. Когда ей было что сказать, самое людное и важное деловое совещание не вызывало в ней ни малейшего трепета. Тогда как от пустой салонной болтовни в стиле «как поживаете» она неизменно казалась себе дурой.

Юный официант в зеленом фраке предложил ей пирожок. Диана потянулась за ним и натолкнулась на руку какого-то мужчины, внезапно появившегося возле нее. Пирожок достался ему, официант двинулся дальше в толпу.

– Ох, простите! – с досадой воскликнула Диана.

– Скорее я должен извиниться, – серьезно возразил мужчина, – поскольку приз достался мне. Пожалуйста, возьмите! – И он положил пирожок ей на ладонь.

Это был тонкий ломтик слоеного теста с какой-то неведомой начинкой. Диана, откусив половину, вернула остаток:

– Охотно поделюсь с вами. Уверяю вас, я не заразная.

– Верю. – Он взял свою долю.

– Что там было? – поинтересовалась Диана. – Цыпленок? Или омар?

– По-моему, краб с майонезом и укропом, – со знанием дела сообщил собеседник.

– Ага. Незнакомец не только ест пирожок, но и знает, с чем он.

– Более того, умеет его приготовить! – Преувеличенно покаянный тон мужчины вызвал у Дианы улыбку.

На вид ему было около тридцати пяти лет, он казался дюйма на два выше Дианы. Вьющиеся каштановые волосы, высокие скулы и пышные усы придавали его лицу иноземный колорит. Незнакомец был в голубой оксфордской рубашке, синем пуловере, темных брюках и в бежевом замшевом пиджаке.

Диана заметила, что он тоже внимательно разглядывает ее и глаза его выражают грусть.

– Вы подпираете эту колонну или она вас? Вижу, стоите здесь весь вечер, не сходя с места.

Стало быть, он заметил ее до того, как подошел за пирожком.

– Ну, скажем, у нас взаимовыгодное сотрудничество. Мне всегда не по себе на вечеринках. – Выпив, Диана почувствовала себя немного свободнее.

Незнакомец с пониманием кивнул:

– Вам легче прыгнуть в океан, чем заговорить с посторонним.