Против течения

Особенно ей было грустно в те дни, когда Борька уходил в «ночное», как сегодня. Было очень одиноко в их маленькой квартире и очень хотелось к маме. В городе на людях всё-таки полегче. Лена медленно шла по бульвару Витоши, время от времени покупая себе порцию мороженого, благо, что его здесь было завались. Вот только местное мороженое напоминало самоё дешёвое, которое дома называлось «Фруктовое». Единственноем его достоинство — освежающих сладкий холод.

Девушка зашла в небольшой скверик на бульваре Скобелева и решила присесть. Тем более что здесь журчал фонтанчик, и лёгкая водяная пыль приятно освежала воздух.

— Лена, позвольте присесть рядом с вами? — Леночка даже вздрогнула от неожиданности. Она подняла голову и увидела перед собой лысоватого мужчину в расклешённых белых брюках и больших чёрных очках. — Меня зовут Линн Нейджл, я работаю с мистером Лабержем и вашим мужем. Так вот, Борис просил вам кое-что передать.

— Да, садитесь, пожалуйста, — утомлённая жарой и не ожидавшая никакой опасности, девушка отреагировала совершенно спокойно. — Что там хочет передать мой благоверный?

— У него сегодня ответственное погружение, — лысый несколько минут рассказывает о важности онейронавтики для мировой науки. Потом, как будто опомнившись, возвращается к текущему моменту. — О вас он тоже подумал и решил сделать маленький сюрприз! Для этого вам надо сесть к нам в машину и проехать в одно местечко. Какое именно, я сказать не могу, в этом и есть сюрприз, но Борис сказал, что вам оно понравится. Поэтому прошу вас в лимузин! — Мужчина галантно подал девушке руку, и, неожиданно крепко ухватив под локоть, повёл к чёрному автомобилю.

Леночке подобное обращение не понравилось, и она попыталась высвободить руку, но не тут-то было! Линн держал её локоть мёртвой хваткой.

— Не вздумай кричать, красавица, — мужчина вдруг резко сменил тон. — Лезь и не дёргайся, а то будет хуже и тебе и твоему мужу.

От неожиданности девушка послушно забралась на заднее сиденье, а Нейджл уселся рядом.

— Руки вперёд! — грубо скомандовал он, после чего защёлкнул на тонких девичьих запястьях наручники.

— Чего вы от меня хотите? Денег у меня нет, никаких секретов я не знаю, отпустите меня, пожалуйста, — перепуганная девочка вдруг заплакала от унижения и боли.

— Нам не нужны деньги, дура! — Голос Нейджла вдруг сорвался на крик, и он с размаху ударил девушку по лицу, — прекрати скулить, сучка! Не выношу женских слёз. Сиди тихо, ничего не говори, ни о чём не спрашивай. Я всё тебе расскажу, когда приедем на место. Будет тебе сюрприз, никуда не денется, — он противно захихикал.

Следующий день. София. Борис.

Утром, уставший после «трудовой» ночи, когда приходилось просыпаться через каждые три часа и писать отчёт об увиденном, я вернулся домой. Крайне удивило, что дома Леночки не оказалось. Первая мысль была, что её сегодня Лозанов попросил прийти пораньше на работу, но додумать мысль я не успел. Вдруг резко зазвонил телефон.

— Это Б'oрис Рог'oфф? — голос с американским акцентом был не знаком, но из-за агрессивного тона сразу стал неприятен.

— Я вас слушаю.

— Твоя жена есть у нас! Если хочешь увидеть её живой, делай как я скажу, тогда она останется цела.

— Что вам от меня надо? Подлые ублюдки!

— Не надо волновайтса! — голос на другом конце провода громко захохотал. — Вы должны подумать хорошо, и принять правильный решение. Ты не есть глупый, поэтому ты понимать, что нам нужно от тебья. Не вздумай жаловаться в полицию. Там работает много наших людей. Если я узнавать про это, то твою жену буду убивать.

— Козёл вонючий! Ты можешь сказать, ублюдок, что тебе надо?

— Не «тебе», а нам. Нам надо вывезти тебя в США, чтобы ты смог поделиться своим талантом с самым демократичным правительством в мире. Кроме того, шеф хочет получить и протоколы всех экспериментов. За это тебе будет и грин кард, и деньги, и дом. Скажи мне, где ты предпочёл бы жить, во Флориде, на Оаху или в Пасадене?

— Какие гарантии, что если я сейчас соглашусь с вами, то с Леной ничего не случится? — я тяну время, параллельно продумывая варианты дальнейших действий.

— Офф кос, никаких! Ты есть не в том положении, чтобы требовайт гарантии. Только слово джентльмена. Поверь, это уже не мало.

— Ладно, что я должен делать?

— Всё очень просто! Ты должен взять файлы с протоколами и завтра сразу после работы ждать телефонного звонка. Я тебе скажу, куда идти.

В гневе я кидаю трубку на рычаг аппарата и ищу номер Людмилы Живковой. Хорошо, что он записан прямо на первой странице Ленкиной книги расходов. Я с нежностью и внезапной жалостью вспомнил про неё, и подумал, что сделаю всё, чтобы выручить из этой передряги.

— Людмила, — от волнения я даже забыл поздороваться, — Людмила, у нас беда. Леночку похитили американцы!

— Боря, не торопись! — Людмила сначала не поняла о чём вообще идёт речь. Подожди, я освобожусь через час и тебе позвоню. Ты мне всё и про Лену и про шпионов расскажешь. Добре?

— То не есть добре! Мила, послушайте, случилось несчастье! Лену сегодня ночью, или вчера вечером похитили. По-хи-ти-ли!

— Как похитили?! Кто?! Этого не может быть! У нас в стране никогда никого не похищали. Нет! Это исключено.

— Увы, но это правда. Я сейчас разговаривал по телефону с похитителем. Он не скрывает, что работает на ЦРУ. Им нужен я, но меня им мало, они хотят получить ещё и протоколы опытов, для этого они хотят чтобы я украл протоколы. Тогда они вывезут меня из Болгарии.

— Я сейчас свяжусь с Христовым, это вопрос ДС. Он не поверит, но я буду максимально убедительна. Сколько у нас времени?

— Времени у нас немного. Похитители будут ждать меня завтра после работы.

— Хорошо, я постараюсь. — Людмила положила трубку.

Она, наверное, действительно была настойчива, потому что не прошло и пяти минут, как со мной связался майор Госбезопасности Петр Младенов.

Мне пришлось ещё раз повторить свой рассказ, постоянно напоминая собеседнику об утекающем времени.

— Я вас понял, мы будем работать над вашей проблемой, тем более что за вас хлопочет сам товарищ Живков.

Весь день я не находил себе места. То бродил из угла в угол, как тигр в клетке, то бросив всё, бегал вокруг дома. Дважды пробежал по маршруту от работы до дому в надежде, что это сможет натолкнуть меня на выход из положения.

На следующий день с утра я сидел рядом с телефоном в ожидании звонка Младенова. Около девяти телефон ожил с каким-то странным дребезжащим звуком.

— Утро доброе! Вы слышали сейчас щелчок, когда брали трубку? — без долгих расшаркиваний начал Младенов.

— Да. И звук у звонка стал какой-то необычный.

— Щелчок, это значит, что ваш номер будет прослушиваться, а вот со звуком ничего не должно было случиться. Вы куда-нибудь из дома выходили после нашего вчерашнего разговора?

— Да, искал место и улики… ничего не нашёл конечно…