Против течения

— Эк же я долбанулся! Такого не помню! Но давай к политике вернёмся. А как поступили с общесоюзными предприятиями?

— РСФСР стала правопреемником Союза. Пришлось теперь всем этим «свободным» республикам жить по средствам. Сколько заработал, столько и получил. Самые «вкусные» предприятия перешли в российскую собственность. Мало того, все эти республики оказались должны Росси за построенные порты, дороги и всё остальное, что строилось и финансировалось из союзного бюджета. Пока расплатиться смогли только Таджикистан, Азербайджан и Туркмения. Остальные так и платят отступные платежи. Поэтому много наших бывших братьев ездит на заработки к нам.

— Постой, — я жестом торможу своего рассказчика, в России после наплыва рабсилы безработица наверное бешенная?

— Какая там безработица! Все эти гастарбайтеры, как их стали называть на немецкий манер, работают только в частном секторе.

— Как? — невольно вырвалось у меня, — у нас и частный сектор появился? Откуда? Это же было уголовное дело после Хрущёвских реформ.

— Конечно, до 1985 года не было. А потом приняли указ, разрешивший мелкое предпринимательства. Буквально через год не осталось государственного общепита, розничной торговли, лёгкой и пищевой промышленности. Половина строительной и дорожной отрасли тоже отошли в частные руки. В частном секторе работать, конечно, тяжело и рискованно, зато денег можно заработать больше.

— А как же с идеологией? С построением коммунистического общества, самого справедливого и самого гуманного в истории человечества? Ведь предпринимателя без эксплуатации человека быть не может. Так нас учат классики.

— Слава богу, наверху кто-то догадался, что теория это теория, а практика показывает совсем другое. Что важнее, чтобы большая часть населения жила счастливо, а не горбатилась за нищенские подачки. Особенно хорошо у нас получается вести дела с Балканской конфедерацией. Те собрали себе самые сливки НИОКРа [219] , качают идеи, доводят их до эскизов, а мы эти разработки пускаем в производство.

219

НИОКР — научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки

— Ладно, — Сансаныч опрокинул в себя последний глоток пива и аккуратно отодвинул кружку. — Утомился я что-то. Такую лекцию тебе прочитал, ого-го. Пойду домой и прилягу минут на шестьсот, а ты пока беги в авиакассы или в любое турбюро и бронируй билеты на завтра.

Сансаныч жмёт мне руку на прощанье и скрывается за тяжёлой дверью. Мне действительно пора идти за билетами, но я пока никак не могу отойти от новостей. Интересно, почему он ничего не рассказал про гонку вооружений, про Афганистан, про нефтяной кризис 1982 года? Неужели забыл?

Я посидел ещё немного, усваивая тот вал новой информации, что внезапно обрушился на меня. «Всё к лучшему в этом лучшем из миров» пришла мне в голову спасительная мысль. Деньги у меня есть, билеты я сейчас куплю, гостиниц в городе достаточно. Наверняка, завтра я буду уже дома. Вот интересно, как там мои друзья? Как жена, дети, внуки?

Впрочем, это тема для отдельного разговора…