Против течения

С нашей педработой только упусти момент, и уже опоздал. Вечно эта заедающая текучка. Тут очередные выпускные на носу. В этом году показатели по успеваемости выглядят заметно лучше, чем в прошлом. Рогов всё-таки молодец, хорошую идею придумал. Особенно девятые и десятые классы подтянулись. Сам-то он наоборот сдал как-то.

Что-то я стала уставать от этой школьной рутины. Надо на выходных к внукам съездить, в лес их вывезти. Может быть, даже на санках с ними покататься. Они всегда энергией заряжают. Особенно Женечка, она хоть и старшая, но такая непоседа. — От мысли о любимых внуках, неожиданно сил прибавилось. Улыбнувшись, Мария Кузьминична поднялась и пошла ставить воду.

— Опять девочки из комитета комсомола подходили. — Мысли снова возвращаются к школьным делам. — Просят, разрешить вечер в честь Советской Армии. Понятно, что танцы хотят. Хорошо, что догадалась взять время подумать. С Петей надо посоветоваться. Хотя я уже знаю, что он скажет. Долго думать тоже времени нет, через неделю уже 23. В понедельник скажу, чтобы рассказали подробно, что да как. Пусть составят список песен и музыки, которую будут играть. Надо, чтобы какие-нибудь стихи выучили про войну. Монтаж патриотический соорудили… Или не надо? Завтра выходной вот и подумаю на свежем воздухе. С этой мыслью Мария Кузьминична окончательно преобразилась в хозяйку дома.

Как ни странно, её муж, завсектора пропаганды райкома Партии, возвращаясь домой, раздумывал тоже о школьной жизни. Его заинтриговал успех музыкального клуба, который возник под эгидой райкома комсомола.

Ну, собирается молодёжь музыку послушать, обсудить новинки, да попрыгать, девок полапать… Однако, музыкальный клуб, который возник на «Точмаше» выбивался из общего ряда. Дело в том, что слух о новом виде досуга уже покатился по ВУЗовским и заводским общагам. На новогодней встрече народу было как в утреннем трамвае. Надо будет сказать ребятам из комсомола, чтобы ввели билеты или пригласительные. Распространять будем по передовикам и активистам. Надо обязательно поддержать это начинание, не забывая конечно подчёркивать о протестном характере творчества зарубежных исполнителей и о превосходстве нашей коммунистической идеологии. И обязательно чтобы включали в программы наших композиторов.

18 февраля. Комитет комсомола школы № 82.

— Девки! — радостный вопль Ленки Адониной оглушил всех сидевших в актовом зале. — Вчера Борька звонил, сказал, что Кузьма вечер в честь 23 февраля разрешила! Только обязала принести ей на подпись перечень песен, которые будут исполняться. И чтобы никакой темноты. Либо при всех люстрах, либо с цветомузыкой. Где ж её взять то, эту цветомузыку?

— Цветомузыка это классно, — проворковала Детушева. — Представляете, всполохи цветных бликов в ритме композиции? Красота! А где Боря? Почему его нет на заседании комитета комсомола?

— Сказал, что поехал на «Точмаш» выпрашивать вот эту вот цветомузыку. Говорит, что «а вдруг!?». Там, конечно, тоже в субботу будет дискотека, но может, найдётся, какая-то. Нам-то только чтобы Кузьма заткнулась.

— Лена, ты не должна так грубо говорить о старших товарищах! — вдруг начинает воспитывать Ирка Трунова, комсорг школы, — Мария Кузьминична парторг, а ты…

— Ирка, не зуди, что ты, как старуха, в самом деле?

…

Я, действительно, встретился с Андреем Черепановым. Он возглавил заводской музыкальный клуб. Инициатива наказуема, это закон вселенной.

— Даже не проси, меня же наши чувихи порвут на кусочки, если я им цветных зайчиков не обеспечу. — «Обрадовал» меня Череп.

— Ну, Андрей, ну, пожа-а-а-алуйста, ну поспрашивай у друзей, может у кого-то завалялась какая-нибудь ненужная такая штуковина. Нам же только обозначить, что вот, типа, цветомузыка есть и отгребитесь от нас.

— Не, ну, если так стоит вопрос, тогда может что и найдётся даже у меня. Я на первом курсе какую-то хрень из цветных лампочек собрал по схеме из «МК» [77] . Пошли прямо сейчас ко мне, я её тебе отдам, безвозмездно, то есть даром, в порядке благодарности за идею с музклубом.

77

МК — Моделист-конструктор — технический журнал, часто печатавший чертежи разных приборов для домашних мастеров.

Проблема празднования «Дня Советской Армии и Военно-Морского флота» была решена. Андрей даже помог мне поймать машину, чтобы отвезти аппаратуру в школу. Дальше девчонки решили всё сделать сами. Праздник для вас, говорят, поэтому вы не вмешивайтесь.

В пятницу вечером актовый зал шумел как растревоженный улей. Восьмые, девятые и десятые классы собрались на праздничный вечер, посвященный Дню Советской Армии.

Всё было бы прекрасно, если бы не наши алконавты — Блажнов и Кузя. Пришли они не к началу, а к разгару наших плясок, и поначалу никто не заметил, что парни на кочерге. Только когда раздались агрессивные вопли, я обратил внимание, что что-то пошло не так. Самое смешное, что скандалить чуваки начали между собой. Причина так и осталась неизвестна, но Блажник врезал Кузе, тот упал на скачущих рядом девчонок. Девки завизжали. Кузя, обладая экспрессивным темпераментом, попытался резко вскочить, но с первого раза у него не получилось, и он снова завалился. После того, как бедняге удалось всё-таки подняться, Блажник с криком: — «Пиздец тебе», внезапно зарядил «другу» с ноги. Поскольку сам тоже был в стельку, то удар не получился, а боец потерял равновесие и рухнул рядом с противником. Оба тут же попытались сцепиться уже в партере, но их парни уже оттаскивали друг от друга. Девки продолжали вопить, по потолку и стенам скользили цветные сполохи, а Макаревич из колонок блеял что-то про свечи:

…Но вот хозяин гасит свечи — Кончен бал и кончен вечер, Засияет месяц в облаках…

— Наверное, это будет последнее подобное мероприятие, — подумал я и выключил магнитофон. Вместе с музыкой прекратился и визг. Зато школота дружно засвистела, раздались топот ног и крики, требующие продолжения скачек.

— Друзья! — крикнул я в микрофон, — давайте будем вести себя спокойно и все проблемы решать путём переговоров. Если такой путь вас не устраивает, то будьте добры выйти во двор, или в коридор, и там, на нейтральной территории решить все возникшие вопросы. Я правильно говорю? Все согласны?

— Кончай, болтать, включай шарманку, — слышу пьяный крик Блажнова, — согласны все, всё понятно, я с Кузей позже разберусь.

Мне приходится обращаться к остальным: — Чтобы наш вечер не стал последним, я предлагаю тебе, Саша, взять Аркашу и пойти выяснять ваши высокие отношения на свежий воздух. Надеюсь, народ меня поддержит.

— Народ, Саша и Аркаша могут тут дальше оставаться или нет? Они бухие, и если останутся, то дискотеки нам запретят.

— Что? Профессор, ты что, совсем оборзел? — Блажнов завопил обиженно. — Давно в хлебальник не получал? Так, я исправлю, — и с этими словами начал проталкиваться в мою сторону.

— Блажник, ты остыл бы, пока сам по мозгам не получил — резко притормозил его Витька Мосягин, — а ну, свалил быстро!

Сашка что-то ещё буркнул, но с Витькой связываться не рискнул и свинтил. Танцы продолжились, но уже как-то без прежнего задора. Вскоре кончилась подготовленная бобина. Все сразу резко засобирались по домам. В общем, вечер был испорчен. Лена Адонина решила, что мне требуется поддержка:

— Борь, не бери в голову, подумаешь, бухие придурки… Но у них же ничего не получилось! — наигранным бодрым голоском начинает утешать меня девочка.

— Лена, мне девчонок из комитета жалко, вы же так старались. Пойдём, я лучше тебя домой провожу. По дороге анекдот расскажу, как раз про дискотеку.

Ленка довольна, и бежит одеваться. Ко мне подтягиваются Вадик с Олегом и Витёк Мосягин.

— Витёк, зря ты Сашку тормознул, я уже думал мы сейчас ему хлебальник отрихтуем, — заявляет Вадим. — Чего он нашего Кузю лупцевать начал? — Похоже, что Вадик действительно настроился на махалово.

— Вадик, — успокаивает его Витя, — нечего в зале шухер устраивать, потом с дериком пришлось бы разбираться, а так, если хочешь, я тебе его найду и махайся с ним, хоть до посинения.