Противоборство

– Необходимо, товарищ Федоренко, пересмотреть вопрос обучения водителей танков,– распорядился Сталин.

Вскоре в танковые войска, в учебные центры по подготовке танкистов поступил приказ наркома обороны, запретивший экономить моторесурсы в процессе боевой подготовки танковых экипажей. И это, несомненно, стало одним из факторов роста мастерства механиков-водителей, что наряду с другими важными факторами, о которых речь чуть ниже, отразилось не только на живучести наших танков, но и привело к тому, что вскоре наши танкисты имели полное превосходство над фашистскими.

Что касается гитлеровского командования, то оно подготовке танкистов, и особенно механиков-водителей, придавало большое значение. Ни один танкист после потери машин или излечения в госпитале не попадал в другой род войск. Опережая хронологию событий, скажу: когда 6-я армия Паулюса и 4-я танковая армия Гота попали в окружение под Сталинградом и оказались в котле, Гитлер, поняв обреченность этих войск, установил очередность вывоза самолетами из котла некоторого контингента военнослужащих. На первом месте стояли именно танкисты. Не раненые и не генералы, а танкисты. Об этом пишет в книге «Поход на Сталинград» недобитый под Сталинградом генерал Г. Дерр.

Понять роль подготовки танкистов нетрудно. Успех атаки с их участием во многом зависит от мастерства механиков-водителей. Регулируя скорость, меняя направление движения, мгновенно останавливая машину или срывая ее с места, они помогают командиру и наводчику навести орудие точно на цель или мгновенным маневром уводят машину из-под огня противника. Иногда благодаря мастерству, мгновенном реакции механиков-водителей танки уходили, казалось бы, от неминуемой гибели.

В войну бытовал лозунг: «Броня любит сильных!» И это не было пустой фразой. [305]

Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник танковых войск Василий Сергеевич Архипов, который провел две войны в танке, причем каждую с первого и до последнего дня, в своих мемуарах «Время танковых атак» особо подчеркивает зависимость успеха боя от подготовки танковых экипажей и указывает, что они при этом несут не только физическую, но и психологическую нагрузку. Вот что он пишет:

«12 – 16 часов в грохочущем танке, в жаре и духоте, где воздух насыщен пороховым газом и парами горючей смеси, утомляют и самых выносливых.

Однажды наши медики провели эксперимент – взвесили поочередно 40 танкистов до и после 12-часового боя. Оказалось, что командиры танков за это время потеряли в среднем 2,4 килограмма массы, наводчики – по 2,2, стрелки-радисты – по 1,8. А больше всех убавилась масса механиков-водителей (по 2,8 килограмма) и заряжающих (по 3,1 килограмма). Поэтому на остановках люди засыпали мгновенно...»

Это и понятно. Механик-водитель, помимо психологического напряжения, сосредоточенности внимания, все время, с начала движения и до конца, прилагает усилия, манипулируя рычагами и педалями, а заряжающий... Попробуйте бережно «убаюкать» 70 снарядов массой по 18 – 20 килограммов в казенник ствола, выдерживая ошеломляющий темп стрельбы! А в 152-миллиметровых самоходках только один снаряд имеет массу 43,5 килограмма. [306]

Новые задачи

Тридцатьчетверка

Враг рвался к Сталинграду, крупному промышленному центру, который производил и танки Т-34, причем в немалых количествах. Нарком В. А. Малышев понимал, что если гитлеровцы подойдут к городу, многие заводы оттуда придется эвакуировать, в том числе и тракторный. Требовалось добиваться всемерного расширения производства Т-34 на других заводах страны.

В летние месяцы 1942 года было принято постановление ГКО о скоростном освоении и начале выпуска Т-34 на Уралмашзаводе в Свердловске и Кировском в Челябинске. Сроки? Самые минимальные – полтора месяца для кировчан, около двух месяцев для уралмашевцев. Эти дни, полные новых испытаний, невиданного трудового подъема, останутся навсегда ярчайшей страницей в летописи подвигов рабочего класса Урала.

Для кировцев задание было вдвойне тяжелым. Осваивая Т-34, завод вместе с тем должен был выпускать и танк КВ-1С. 15 июля в зале заседаний завода собрались начальники цехов, конструкторы, технологи, партийные, профсоюзные и комсомольские активисты.

– Задача, которая поставлена перед нами,– сказал И. М. Зальцман,– не имеет аналогов. В производстве остается КВ-1С. Одновременно с этим необходимо организовать массовый выпуск среднего танка Т-34. История не знает таких примеров, чтобы за один месяц перестраивался весь завод на выпуск новой машины. В ЦК партии мне так и сказали: «Да, технически это невозможно. Но Родине это нужно, и кировцы должны это сделать».

Производство нового танка в корне меняло технологию. От мелкосерийной, все еще сохранившейся на отдельных участках, надо было переходить к массовой сборке. В считанные дни предстояло смонтировать 1200 прибывших на завод станков и около 700 переместить из цеха в цех, спроектировать и изготовить несколько тысяч различных штампов, моделей, приспособлений, обучить тысячи рабочих и мастеров. Годы потребовались бы для выполнения такого объема работ в мирное время. Кировцы уложились в срок менее чем в пять недель. [307]

7 июля 1942 года главный инженер завода Махонин отдал первый развернутый приказ о начале работ. В нем говорилось: «Заместителю главного конструктора Н. Л. Духову обеспечить цеха чертежами танка Т-34».

Для непосвященного читателя, думаю, необходимо сделать кое-какие пояснения. Танк Т-34 был создан почти одновременно с КВ. Почти одновременно с КВ он был поставлен и на производство в Харькове. До войны его серийный выпуск должен был освоить и Сталинградский тракторный завод. Но до войны из его цехов не вышел ни один танк.

Когда было принято постановление ГКО о всемерном расширении выпуска танков, производством Т-34, как уже указывалось, занялся и завод «Красное Сормово».

Головным по танку Т-34 был назначен Харьковский завод, эвакуированный в Нижний Тагил. Его КБ, возглавляемое А. А. Морозовым, преемником М. И. Кошкина (Кошкин умер в 1940 г.), также получило права головного. Что это значит? Все изменения в машину должны вноситься с согласия головного КБ. Все рацпредложения, касающиеся ее, также могли внедряться только после получения согласия головного КБ. Подлинные кальки чертежно-конструкторской документации были в головном КБ.

В начале июля 1942 года для оказания помощи ЧТЗ в постановке танка Т-34 на производство из Нижнего Тагила в Челябинск выехала группа конструкторов под руководством заместителя главного конструктора В. Д. Дорошенко. В привезенной им чертежно-технической документации нашло отражение дальнейшее повышение боевых и технических возможностей Т-34 – внедрение пятискоростной коробки передач, командирской башни с лучшей обзорностью и другие конструктивные улучшения.

Как только завод получил постановление ГКО о производстве на ЧКЗ Т-34, одновременно с приказом об обеспечении цехов необходимыми в связи с этим чертежами был назначен и ведущий инженер. Выбор руководства завода и СКБ-2 пал на опытного и талантливого конструктора Леонида Ефимовича Сычева.