Противоборство
Шрифт:
Тут же Котин зачитал приказ о предоставлении Цейцу недельного отпуска и добавил:
– Вы страстный охотник, поезжайте, отдохните, поохотьтесь в тех местах, где вы недавно работали, мы выделили вам двухместный самолет. Николай Валентинович сиял.
Прошла неделя, а может быть, дней десять, и Цейц появился на работе свежий, отдохнувший, весь какой-то светящийся и снова окунулся в дела.
Но буквально через несколько дней Шашмурин увидел его в городском скверике, у цветника с бюстом Сталина. Он сидел на скамейке в необычной позе, положив голову на левое плечо конструктора Миши
Шашмурин с Резниченко довели Николая Валентиновича до заводского медпункта, положили на топчан. Медсестра сделала ему укол... Немного успокоившись, Николай Валентинович протянул Шашмурину старую «нестлеровскую» логарифмическую линейку и, еле сдерживая слезы, произнес:
– Николай Федорович, разыщите моего сына, вы знаете, он на фронте, летчик, передайте ему эту линейку, больше у меня ничего нет...
Укол не помог... Случилось непоправимое. Николай Валентинович Цейц скончался на руках у Николая Федоровича Шашмурина. Его похоронили в Челябинске.
Сын Цейца летал на туполевских бомбардировщиках штурманом. Летал бомбить Берлин. В одном из боевых вылетов он погиб...
Что же сталось с опытными образцами танков КВ-13? После смерти Н. В. Цейца их продолжали испытывать.
Тяжело приходилось в это время конструкторам. Свет в окнах КБ порой гас только под утро. Одни в глубокой тишине, когда даже шелест ватмана казался громом, обдумывали, как увеличить серийный выпуск танков Т-34, другие сидели над усовершенствованием КВ.
Котин по обыкновению засиделся в своем кабинете с каким-то гостем из наркомата и выехал с ним в город только поздно ночью.
Разговор по дороге, в машине, не клеился. Вдруг Котин, сидевший рядом с шофером, обернулся к гостю: [320]
– Вот беда! Я совсем забыл передать одно распоряжение в опытные мастерские. Не возражаете, если мы туда заедем на минутку? Только скажу несколько слов – и обратно...
Котин произнес это со свойственной ему легкостью и, только получив согласие спутника, приказал шоферу свернуть с шоссе.
Едва машина въехала во двор, как вслед за ней в воротах сверкнул двумя яркими фарами танк и быстро промчался мимо, неистово грохоча гусеницами и оглушая ревом мотора.
– Как идет! – восхищенно воскликнул Котин. – Ну как идет, только посмотрите! – продолжал восхищаться он, желая заразить своим восторгом и представителя наркомата.
– Что это за машина? —спросил гость. —Что-нибудь новое?
– Да, это наша «тринадцатая», опытная машина...
– Чертова дюжина? Многие не любят это число. Как вы относитесь к ней, Жозеф Яковлевич?
– Я не суеверен...
Котин открыл дверцу и посмотрел вслед танку, скрывшемуся за цехом.
– Знаете, что? Я, пожалуй, схожу, узнаю, как прошел пробег, что там нового у испытателей?
Когда Котин ушел, бывалый шофер, хорошо изучивший привычки «хозяина», сказал:
– Теперь придется ждать часа два. Раньше он не появится,– он выключил мотор и устроился поудобнее на сиденье, чтобы поспать.
Действительно, прогноз шофера подтвердился. Котин от танка вернулся не скоро. Он оживленно рассказывал о поведении машины на тяжелой дороге, говорил о том, что надо будет взять на заметку, где улучшить ходовую часть.
Через год, встретив
Котина, бывший гость из наркомата спросил его:– Ну как поживает «тринадцатая», не подвела чертова дюжина? Где она?
– Где? В нашем танковом музее. Она свою службу сослужила,– без былого восхищения ответил Котин.
Войска этот танк так и не увидели. Он остался незнакомцем и для основных цехов Кировского завода. Его судьба не вышла за пределы опытных мастерских. [321]
По «тигриному» следу
Стоит ли вспоминать прошлое?
В этой главе пойдет речь о том, когда и кем был создан фашистский тяжелый танк с устрашающим названием «тигр». Но, может быть, у кого-то возникнут вопросы: стоит ли вспоминать прошлое, тем более какие-то битые и перебитые «тигры», «пантеры», «королевские тигры», «фердинанды», вспоминать о том, кто их создал, когда, почему и кто их первый встретил и поджег? Стоит! Потому что без прошлого нет будущего.
...В июле 1963 года на танкодроме в Мунстерлагере (ФРГ) царило необычайное оживление. Здесь состоялась демонстрация первого, созданного после разгрома гитлеризма, западногерманского танка.
Своеобразной демонстрацией было уже то, что этому детищу, ранее известному под названием «стандарт», опять дана звериная кличка – «леопард». Это как бы подчеркивало его родство с битыми фашистскими «тиграми» и «пантерами».
Сейчас уже полным ходом в ФРГ идет выпуск танков «леопард-2». Сотни боевых машин поступили на вооружение бундесвера. Производство бронетанковой техники сосредоточено в руках тех же «танковых королей». Около 55 процентов боевых машин выпускают заводы баварской фирмы «Краус-Мафай», принадлежащей концерну Флика, а 45 процентов – фирма «Крупп-МАК» в Киле. Это те же концерны и фирмы, которые во вторую мировую войну выпускали бронекорпуса и пушки для фашистских танков, собирали их. На заводах этих же фирм и концернов размещался танковый «зверинец» Гитлера.
Новый западногерманский танк постоянно совершенствуется.
В ФРГ состоялась церемония передачи сухопутным войскам бундесвера серийного образца самоходного противотанкового комплекса (ПТРК) «Ягуар-2», созданного западногерманской фирмой «Тиссен-Хеншель». Это та самая фирма «Хеншель» в Касселе, на которой были созданы для гитлеровского вермахта танки с устрашающим названием «тигр» и «королевский тигр».
В бундесвере от вермахта переняли не только названия [322] танков, но и повадки, и традиции воспитания танкистов.
В 1956 году в Мюнхене издательство «Шильд-Ферлаг» выпустило книгу генерала фашистских танковых войск Г. Гудериана «Танки – вперед!». Как отмечал издатель,
«в этой книге Гудериан хотел отметить заслуги немецких танкистов, передать солдатам новых немецких бронетанковых войск военный опыт, доставшийся Германии такой дорогой ценой». И далее: «В качестве заглавия книги выбрана старая команда „Танки – вперед!“. В ней „...молодые танкисты найдут полезные для себя сведения. Этим книга будет способствовать быстрейшему возрождению немецких бронетанковых сил“.