Противостояние

«Затейнички» - подумал Тунда.

Тунда слез с повозки и подошел к своим бойцам, отбросив ногой в сторону пернач одного из имперских пехотинцев, на котором уже начала запекаться кровь. Он пригладил бороду и оскалился.

 - Что ребят, бойня, на, а мы трупы значит подбираем? Непорядок! – он хо-хотнул и, нагнувшись, схватил мертвого гоблина с торчащим из груди кинжалом и отшвырнул труп в сторону обочины.

 - Эт, Тунда, они разбойниками, небось, решили заделаться, да встретили друг друга в глуши! Кого еще тут встретишь? Нас то, небось, ждать не захотели!

Гномы дружно расхохотались, ничуть не беспокоясь, что кто-то услышит их в ночи. Если бы зеленые, а тем более имперцы с их магическими штучками, поставили бы перед собой цель вести разведку на этой земле, то хочешь, не хочешь, а их повозка была уже обнаружена. Смейся тут, не смейся. Но Булдук, собравшийся было поднять настроение отряду очередной, как он думал, шуткой, вдруг замолчал и, неуверенно, покосился на Тунду.

 - Ты бы глянул, командир – он указал на труп мечника у себя под ногами, брезгливо скорчив гримасу на лице.

 - Чего тычешь, на? Я бы тебе сказал, куда пальцы свои тыкать, да уши поберегу. Что там случилось? – Тунда подошел к бойцу и взглянул на мертвого мечника, на которого ему показывал Булдук – Хоть блюй, хоть не знаю что, слов нет. Откуда здесь это? – Тунда наморщился. По спине имперца, там, где проходила рана от удара оружия, можно было разглядеть гниющую плоть и виднеющиеся кости.

 - Что там командир?

 - Черная смерть, на – ответил гном.

 - Черная смерть? – бойцы, оставшиеся в повозке, попрыгали на землю. – Чума что ли?

 - Чума – кивнул Эгорд.

 - Проверь, сколько таких, чумазых, – Тунда с отвращением пнул мертвого мечника в бок и тот перевернулся на спину. Лицо человека оказалось бук-вально выедено заразой, из зрачков и открытого рта текла кровь. Тунда сплюнул и отошел от трупа.

 - Воняет – пояснил он.

Отойдя подальше от трупа, гном дал своим бойцам приказ не трогать зараженных Чумой, которых оказалось десять человек и четверо зеленых, и побыстрее расчистить дорогу, чтобы как можно скорее двинуться в путь. Несмотря на то, что Чума не действовала на гномов никоим образом и была побочной заразой лишь для людей, зеленых и некоторых других рас, не хотелось иметь дело с инфекцией. Мало ли чего можно ждать от Черной смерти, когда перед тобой открытая рана? Тунда заглянул в повозку. Щиты на месте, провиант в сундуке. Он остановился глазами на своем магическом чертеже. Руны перестали гореть привычным блеклым светом, а корешки, сдвинутые со своих мест, после резкой остановки повозки Булдуком, теперь были перемешаны. Вторично их уже не используешь. А чтобы создать такое заклинание круг придется чертить заново. И самое неприятное здесь, что такое можно сделать только когда повозка не на ходу, иначе высока вероятность, что линии окажутся кривыми и Сила будет в лучшем случае теряться, а в худшем обернет заклинание не в то русло. Тунда сжал кулаки и стукнул по краю повозки, оставив там несколько небольших дырочек. Все-таки шипы на перчатках, которые он никогда не снимал грозное оружие.

 - Готово – послышался сзади голос одного из бойцов.

Отлично. Тунда вздохнул. Раз готово значит, их больше здесь ничего не держит, нужно выдвигаться в путь. Все равно начертить новый магический круг сейчас по такой темени не удастся, а рисовать руны при свете факела или свеч было бы равносильно тому, что рисовать их на скаку. Поэтому стоило дождаться рассвета, да и где вероятность того, что им не придется останавливаться еще раз этой ночью, чтобы размять кости? Он дернул шею. Хрустнули суставы. Коли так, то нечего и думать. Нужно отправляться в путь. Не оборачиваясь, он махнул своим бойцам рукой.

 - Запрыгивайте, поедем.

Необычайно проворно для гнома, он с ловкостью, достойной любого ассасина, запрыгнул в повозку и вовремя – потому что туда, где он стоял только мгновение назад, со свистом вонзилась стрела с красивым ярко красным оперением. Будь знаком Тунда с обычаями ведения военных действий у имперцев, по которым такая стрела, пущенная к ногам врага, означала призыв к началу переговоров, и услышь, готовые сорваться с губ одного из своих бойцов слова о том, что имперцы хотят вести диалог, его последующие действия возможно бы несли другой характер. Но Тунда, никогда не служивший Царю Янтарных рудников и не знавший тонкостей военной стратегии, отреагировал по-своему. Точнее за него это сделал мини арбалет, висевший на поясе, а теперь оказавшийся в руке гнома. Тунда точным выстрелом поразил стрелявшего арбалетчика наповал и, перекувыркнувшись, выхватил топор, издав боевой клич. Как он мог быть таким неосторожным, ведь все говорило о возможности за-сады!

Бойцы, оставшиеся снаружи, метнулись к повозке, выхватывая по пути оружие. Теперь, благодаря выстрелу Тунды, ни о каких переговорах не могло быть и речи. В пролеске замелькали фигуры имперских воинов, и в следующий миг по повозке гномов ударил залп арбалетчиков. Гномы поспешно попрыгали внутрь, прячась за щитами, расставленными вдоль стенки. Две стрелы на вылет пробили плотную ткань повозки и вонзились в противоположенную стенку.

 - Я им башки-то поотрываю, – прошипел Тунда.

 - Стрела! Они хотели поговорить, – бросил Эгорд.

Тунда стиснул зубы. Какого дракона им надо? Какие еще разговоры? Но теперь поздно жалеть о чем-то. Нужно показать людям всю свою накопившуюся за годы дурь. Обстрел арбалетчиков закончился. Они загнали их внутрь, теперь по закону жанра должно пойти наступление пехоты. Если среди них нет тех, кто может всадить в повозку молнию или чего похуже. Но никаких магических импульсов Тунда не чувствовал.

«Похоже, придется принять бой. Если сейчас пустить лошадей, то арбалетчики дадут новый залп, и дальше придется идти пешком!» - подумал он.

Снаружи послышались голоса и лязг металла. Пехотинцы брали строй. В повозку могли полететь зажигательные смеси. Поэтому нужно как можно скорее выбираться отсюда. Тунда схватил щит.

 - Строем! Или как там у вас говорят! Из повозки! Каждый прикрывает се-бя и за другим присматривает! – Он занес топор, резким ударом разрубил ткань повозки и, выставив перед собой щит, выпрыгнул вон. – В атаку!

Остальные гномы, не мешкая, метнулись следом за Тундой. Если бы не щиты, которые гномы так успешно успели прихватить с собой, следующий арбалетный залп, данный людскими стрелками, пригвоздил бы всех до одного подземных воинов к повозке. Имперскаях пехота знала толк в тактике и начала наступать на противника круговой атакой, смыкая ряды. Тунда, прижимаясь спиной к повозке и прячась за щитом, окинул довольно плотный строй пехотинцев. Не успели стрелы второго залпа вонзиться в щиты гномов, как тут же арбалетчики дали третий залп, умело перезарядив оружие. Тунда прошипел. Они оказались в окружении. Палатку сжимали, словно в тисках. Засевшие в подлесье стрелки не давали гномам совершенно никакого маневра, а пехота, сомкнув щиты и выставив перед собой копья, приближалась к повозке, подготавливая атаку.

 - Стройся, покажем гадам, как воевать, – прорычал Тунда. – Круг! Спина к спине!

Оставалось надеяться, что прием, который он не раз использовал в сражении с огненными драконами, защищаясь от шквала огня, поможет, а его бойцы знают такое построение и в Янтарных рудниках оно используется в боях и строевой подготовке. Гномы, похоже, действительно были знакомы с тактикой круговой обороны и, с грохотом сойдясь спина к спине, сомкнули щиты. Четвертый залп стрел арбалетчики выпустили сверху, стараясь пробить оборону гномов с незащищенной стороны. Однако Тунда в последний момент поднял щит. Тут же последовал выпад пехотинцев, выбросивших свои копья. Утяжеленные, они врезались в щиты, но лишь отскочили с лязгом от металла. Пехотинцы бросились в рукопашную, выхватив из ножен мечи. Тунда выверенным движением перезарядил мини арбалет и, не целясь, разрядил его в людской строй. Один из пехотинцев рухнул замертво. Но остальные, не обратив внимания на потерю товарища, приблизившись, атаковали спрятавшихся за щитами гномов. Щиты заскрипели под тяжестью ударов, но выкованные в кузницах пещерных мастеров выдержали натиск. Куда тяжелее пришлось гномам. Тунда почувствовал как его сапоги от напора пехотинцев и того веса, что вдруг обрушился на щит, проскользнули по земле, но подко-ванные шипованными прокладками тут же врылись в землю. Гномы ухнули. Неожиданно в щель меж щитами скользнул меч, прошедший в нескольких дюймах от бедра Булдука. Следующий подобный удар поцарапал броню Эгорда, пройдясь по панцирю.

 - Щиты, размыкаем щиты! Да побыстрее, кому дорога жизнь, – прохрипел Тунда.

Держаться больше не было сил. Гном понимал, что если сейчас не перейти в атаку, пехотинцы могут продавить их колпак. В круговой обороне каждое звено было равноценно и, если одно звено лопалось, то рвалась вся цепь. Пока был шанс контратаковать, нужно им в полной мере пользоваться. Именно сейчас они полностью оказались прикрыты от прямых имперских стрел, оказавшись в гуще пехоты, если конечно арбалетчики не рискнут стрелять прицельно, сохраняя при этом риск убить своих.