Психбольница

«Я люблю тебя и теперь буду любить вечно. Пора уезжать из этого города, как можно дальше. Все в огонь и не надо сожалений».

Неожиданно позвонила мама.

– У тебя все хорошо? Я скоро возвращаюсь.

– Да, все нормально, – вяло ответил сын. – Больше не гуляла по лесу?

– Как-то отпало желание. Хожу на процедуры и ем, как бешеный кролик. Пропылесось и помой полы к моему приезду. А вообще круто, если бы ты приготовил что-нибудь поесть.

Саша вздохнул.

– Я уже сварил макароны, правда они сгорели.

– Что же ты так?

– Оставил на плите и ушел в комнату. Никогда со мной такого не случалось.

– Давай не раскисай. Скоро увидимся.

Александр попрощался и подумал про себя: «уже не увидимся».

Во входной двери скрипнул ключ. Кто-то пришел. Саша притаился под одеялом, с ужасом уставившись на стену. По ней бегали световые полосы.

Дверь с грохотом закрылась, и кто-то стал пыхтеть, снимая обувь. Это была бабушка.

– Ты чего это улегся так рано? – спросила она, заглянув в темную комнату.

– Очень устал на учебе.

– А отчего гарью пахнет?

– Макароны варил.

– Эх ты! Сейчас все исправим.

Бабушка пошла на кухню и стала чем-то шуршать. Саша закрыл глаза и отметил, что в животе сильно бурлит. По всему телу разливалось тепло, словно юноша сидел около открытого огня. В наушниках играла музыка, фотографии листались медленно.

«К полуночи в аккурат покину родной зиккурат, – звучала музыка. – Меня найдут утром рано под пеленой тумана».

Все в точности так.

Бабушка пожарила котлеты, от которых по всей квартире разлетались пленительные запахи. Саша уже наелся черных макарон и закусил десятью таблетками кислоты. Время тянулось медленно, словно улитка по травинке, ну или по склону Фудзи. Странно, но в такой момент совершенно некому написать или позвонить. Телефонная книжка пестрила именами, но все они были бесполезны. Все друзья перестали быть друзьями, а от родственников ничего толкового не добьешься. Саша был один в целом мире. От гнетущего одиночества наворачивались слезы. Хотелось уснуть и больше не просыпаться. Аня сидела в интернете и чего-то ждала. Наверное, просто листала новостную ленту или смеялась над приколами. Не знаю.

Бабушка закончила кашеварить и ушла. Квартира опять погрузилась в тишину. Лишь телефон светился в темноте. Его экран притягивал мрачных призраков. Живот начал болеть и не переставая бурлил. То и дело к горлу подступала горьковатая волна, которую Александр тушил остатками чая. Казалось, что скоро все закончиться.

Перевалило за полночь и настал новый день. Сегодня свой праздник рождения справлял старый друг (не тот, который подло предал), а надежный и верный. Саша набрал текст поздравления и отослал его. Телефон садился. Машинально юноша поставил его заряжаться, а сам откинулся головой на подушку. Волна тепла превратилась в настоящий жар. Живот сводило от боли.

«Спокойной ночи», – подумал Саша и закрыл глаза.

Бледный свет струился через закрытые шторы. Решетки на окнах давно облупились и теперь казались ребрами жуткой клетки, в которой содержался преступник. Самоубийство! Преступление против человечности! Как аморально!

Александр открыл глаза и сначала подумал, что умер, но через секунду понял, что обознался. Проклятая старуха-судьба решила сохранить жизнь. Осознать это было тяжело, так как весь настрой был испорчен. Саша вскочил с кровати и протер слипшиеся глаза. Какой-то зов звучал в голове. Юноша достал из ящика веревку и завязал петлю.

«Посмотрим, как эта судьба теперь посмеется!»

На люстре появился длинный отросток, словно обрубленная пуповина, висевшая в пространстве. Александр глотнул немного холодной воды и поставил на пол стопки университетских книг. Потом залез и сунул голову в петлю. Слезы бежали по щекам. Зов не прекращался, показываясь, словно солнце из-за горизонта. На шею давило со страшной силой.

Голубой свет из окна падал на приставленный к стене стол. Этот свет был таким красивым, хоть и холодным. Времени на размышления не оставалось. Саша скрестил запястья за спиной и прыгнул со стопки книг. Петля натянулась и сжала в своих объятиях тонкую шею. Прошла секунда, а потом юноша почувствовал пятками твердый пол. Петля не выдержала веса и развязалась. Судьба не хотела, чтобы этим прекрасным утром умирал молодой человек.

– Почему ты меня мучаешь, жизнь? Дай мне спокойно умереть! Я все равно не нужен Ане, а без нее нет смысла дальше влачить дурацкие дни.

Александр принялся заново завязывать веревку. Все же петли вязать – это великой искусство, доступное далеко не каждому. Юноша завязал двойную петлю и проверил ее на прочность, сильно дернув.

«Лишь бы люстра не отвалилась», – подумал он.

Шаткая стопка толстенных книг раскачивалась от малейшего движения, отчего приходилось быть осторожным. Саша сунул голову в петлю и затянул ее. Как и в первый раз, он скрестил руки, чтобы ни за что не цепляться ими.

Оставалось только спрыгнуть. Это так просто. Один шаг в пустоту и миллион шагов в бесконечность. Саша подался в перед и почти упал, но в последний момент сбалансировал на книгах и выпрямился. Он только что совершил действие, спасшее ему жизнь. Что-то несознательно призывало его бросить это дело и пойти завтракать. Юноша снял петлю и ступил на пол. Книги повалились и импровизированный помост перестал существовать, как цельная единица. Александр стал бродить по комнате, подобно тигру в клетке. Четыре стены сдерживали душу и не давали ей покинуть тело. Четыре стены были тем местом, из которого хотелось вырваться.

Саша включил телефон и позвонил Роме.

– Саня, как ты? – взволнованно раздалось на том конце.

– Живой. Таблетки не подействовали, видать доза была маленькой, а петля не выдержала. Даже умереть я не могу, ничтожество. Смотрюсь на себя в зеркало и вижу красный след от веревки. Какой-то миг я все-таки провисел в воздухе. Знаешь, я тут подумал и понял, что нет таких проблем, с которыми можно не справиться. Любовь. Привязанность. Все это такая ерунда, не стоящая и капли пролитой крови. Эту неделю я прожил, как полноценный человек, но ожидающий неминуемого конца. У меня был хороший друг, которому я доверял самые сокровенные мысли. Так вот, он подло предал меня. Он подвел меня к черте. Если бы Аня ничего не знала, то проблемы, как таковой не существовало бы. Все это можно было бы замять и дальше общаться с ней. О нет! Нашелся добродетель, испортивший мне жизнь. Теперь Аня ненавидит меня. Это ужасно!

– Он хотел поступить, как лучше. Думал, что Аня прибежит спасать тебя.

– Да ей наплевать! Знаешь, что она написала?

– Что же?

– Я переживу. Черт возьми, она переживет мою кончину! От того рядом я или нет ей холодней не станет.

– Не вини его.

– Да я никогда не смогу простить такое предательство. Столько лет активного общения пошли коту под хвост. Минус один друг, минус одна любовь.

– Что собираешься делать?

– Что угодно, но только не умирать. Пойду прогуляюсь, подышу воздухом. Буде жить всем бедам назло. Спасибо, что хоть ты остался со мной. Я это очень ценю.